• Как правильно управлять финансами своего бизнеса, если вы не специалист в области финансового анализа - Финансовый анализ

    Финансовый менеджмент - финансовые отношения между суъектами, управление финасами на разных уровнях, управление портфелем ценных бумаг, приемы управления движением финансовых ресурсов - вот далеко не полный перечень предмета "Финансовый менеджмент"

    Поговорим о том, что же такое коучинг? Одни считают, что это буржуйский брэнд, другие что прорыв с современном бизнессе. Коучинг - это свод правил для удачного ведения бизнесса, а также умение правильно распоряжаться этими правилами

4. НЕКОТОРЫЕ ТЕСТОВЫЕ ПРОЦЕДУРЫ

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 
34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 

 

В социологическом исследовании объектом изуче­ния является социальная группа, некоторая социальная общность. Но очень часто сведения о социальной общ­ности приходится получать путем анализа данных об индивидах, ее составляющих. Суммарные сведения об индивидах — их социальные ориентации, мнения, сте­реотипы мышления — существенные характеристики социального целого. Поэтому, а также потому, ч го совре­менная наука развивается на междисциплинарной ос­нове, социологи активно используют методики, разрабо­танные в психологии. Рассмотрим некоторые наиболее распространенные в социологическом исследовании процедуры, заимствованные у психологов. Все их можно было бы назвать тестами, одни из которых меряют лич­ностные, а другие — групповые свойства.

 

Психологические тесты

Тестом называют кратковременное испытание, с помощью которого измеряется уровень развития или степень выраженности некоторого психического свой­ства (черты, характеристики), а также совокупности психических свойств личности или же психических состояний (отношений, взаимовосприятия) групп и общностей.

По предмету исследования можно выделить три класса тестов: (а) общеличностные, с помощью которых фиксируют некоторую целостность психических свойств личности35, (б) личностные — специальные тесты, пред­назначенные для диагностики той или иной особой черты, характеристики, свойства субъекта (например, творческих способностей, уровня общей ответственности, самоконтроля и т. д. } и (в) групповые, предназначенные для диагностики групповых психических процессов — уровня сплоченности групп и коллективов, особенностей группового психологического климата, межличностного восприятия, силы нормативного "давления" группы на ее членов и др.

35 Одно из направлений современной психологии личности (дифференциальная психология) целиком опирается на использование приемов психодиагностики. Наиболее видные представители этого на­правления в нашей стране — школы Б. Г. Ананьева и В. С. Мерлина [см, в, 159], а за рубежом—Р. Кеттела и Г. Айэенка [323, 319].

 

Общие особенности психологических тестов опреде­ляются предметом изучения и спецификой применяе­мой техники [1, 48, 302, 303, 304]. С точки зрения техни­ческих приемов, обычно выделяют четыре разновиднос­ти тестов: (а) так называемые объективные, преимуще­ственно аппаратурные, часто психофизиологические ис­пытания (например, измерение кожногальванического рефлекса служит индикатором эмоционального состоя­ния); (б) опросные методики или субъективные тесты, как, например, общеличностные тесты Г. Айзенка и Р. Кеттела. Эти тесты состоят из серии взаимоконтроли­рующих суждений о различных проявлениях лич­ностных черт с предложением испытуемому фиксиро­вать наличие или отсутствие данного свойства, черты, особенности поведения (так, один из индикаторов общей тревожности в тесте Айзенка: "Часто ли Вас беспокоит чувство, что Вы чем-то хуже других?"); (в) тесты "с ка­рандашом и бумагой", например, для диагностики внима­ния — вычеркивание определенных букв в тексте ("кор­ректорский тест") или вычерчивание оптимального выхо­да из лабиринта (оценка некоторых свойств интеллекта) и т. д.; (г) тесты, основанные на экспертной оценке пове­денческих проявлений испытуемых, например, активно используемая в практике отечественных психологов методика ГОЛ — групповой оценки личности. 36

36 Есть и другие классификации тестов, которые мы здесь не об­суждаем [302. С. 8—14].

 

Непременная особенность тестовой методики — мно­гократный контроль информации относительно измеряе­мой характеристики. В сущности, тест представляет се­рию испытаний, по совокупному выполнению которых оп­ределяется степень выраженности данного свойства.

Тестовые показатели всегда относительны. Точка соотнесения итогового балла (индекса) определяется ста­тистически на значительной группе испытуемых (обыч­но около 200—300 лиц). Например, для тестирования свойств памяти определяют статистически устойчивый показатель наибольшего и наименьшего числа запоми­наний тестового материала. Наименьший показатель по базовой группе становится исходным пунктом. Из­мерение свойств памяти данного субъекта всегда соотно­сится с базовыми точками отсчета.

Любой тест может быть применен только к груп­пам испытуемых, которые аналогичны базовой — той самой, на которой отрабатывались тестовые задания. Для измерения одного и того же свойства (например, уровня импульсивности), но в разных половозрастных или социальных группах при сохранении общего прин­ципа используются специфические наборы заданий.

С тем же требованием— быть адекватным изучае­мому объекту — связана адаптация тестов, первоначаль­но разработанных в иных социально-культурных усло­виях. В вербальных процедурах это касается и непос­редственно языковых проблем. Простой перевод на дру­гой язык часто искажает не только смысл пункта, но и его "вес" в общей шкале. Замена данного пункта дру­гим ведет опять-таки к изменениям в корреляционных связях с другими показаниями теста. Поэтому адапта­ция разработанного теста — сложная исследовательская работа.

Например, предпринятая нами совместно с каунасскими коллегами адаптация теста Д. Дженкинса на измерение пове­денческой активности заняла более года и включала следую­щие операции: перевод пунктов опросника, образующего тесто­вое задание, с языка оригинала на русский, а затем — незави­симо выполненный обратный перевод русского на язык ори­гинала; сличение текстов и устранение несогласованностей с точки зрения смысла и содержания пунктов; замена отдель­ных пунктов, не отвечающих нашим условиям, другими, анало­гичными по смыслу испытания; проба теста на выборке 100 человек и выбраковка неработающих пунктов; замена этих пунктов аналогичными и новая проба: согласование итогового варианта с автором теста Д. Дженкинсом и окончательная проба вопросника; определение "весов" каждого пункта применительно к нашим условиям путем сопоставления с другой процедурой и путем факторного анализа данных опросника.37

37 Работа выполнена А. Гоштаутасом, А. Семеновым и В. Ядовым [235. С. 232—233].

 

Обоснование надежности теста можно искать, как это обычно принято, в корреляции с другими показате­лями, измеряющими то же свойство, и с данными, изме­ряющими частные составляющие данного свойства. Но важнейшие критерии обоснования содержатся в теоре­тическом представлении об объекте исследования.

В основе любой психодиагностической процеду­ры — некоторая концепция личности, определенная "модель" человека. Так, в бихевиористской модели чело­века подчеркиваются поведенческие черты, в психо­аналитической — особенности подсознания, в когнити-вистской — свойства рассудка и т. д.

Следует также помнить, что обычно тест имеет так называемый "ключ", т. е. сопровождается инструкцией, в которой указаны правила итогового шкалирования по тесту. Неопытный исследователь может принять за "ключ" весовые характеристики шкальных пунктов, ча­сто указываемые в литературе. Но работа с тестом пред­полагает определенный порядок соотнесения пунктов по их "весам", причем в разных тестах — разную. Не зная "ключа", пользоваться тестом нельзя.

В целом же применение общеличностных тестов в социологических исследованиях представляется нам не вполне целесообразным, тогда как использование диаг­ностических методик для выявления особых личност­ных свойств и тем более — групповых вполне право­мерно. Так, И- С. Кон детально анализирует соот­ношение общесоциальных, социально-экономических и исторических, частносоциальных (связанных с особыми обстоятельствами деятельности индивидов) и индивиду­ально-психологических факторов, влияющих на станов­ление личности, формирование самосознания, регуляцию социального поведения [121]. Имеется немало примеров успешного использования психодиагностических ме­тодик в комплексных социологи-психологических иссле­дованиях. Так, при изучении факторов, cnocd эствующих развитию деловой ответственности, К. Муздыбаев пока­зал, что кок общеличностная черта ответственность су­щественно уступает в своей регулятивной силе осознан­ной целенаправленной ответственности, формируемой всей системой организации труда работников [179].

Особенно полезны в социологических исследованиях групповые тесты. Они весьма широко применяются в практике отечественных и зарубежных социологов, осо­бенно при изучении отношений в коллективах, в прик­ладных исследованиях широкого диапазона.

 

Проективная техника

 

Особенность проективных процедур в том. что стимулирующая ситуация приобретает смысл не в силу ее объективного содержания, но по причинам, свя­занным с субъективными наклонностями и влечения­ми испытуемого, т. е. вследствие субъективированного, личностного значения* придаваемого ситуации испыту­емым. Испытуемый как бы проецирует свои свойства в ситуацию [247а]. В интерпретации итогов проектив­ного теста большая нагрузка падает на теоретическую модель, используемую интерпретатором.

Примеры проективных методик многообразны. Рас­смотрим одну из них — тест семантического диффе­ренциала, разработанного в середине 50-х гг. Ч. Осгу-дом [354]. Этот тест хорошо зарекомендовал себя в ис­следованиях эмоциональных отношений людей к смыс­лу тех или иных понятий, суждений [73, 74].

Испытуемому предлагается последовательно выска­зать свое отношение к заданному объекту или понятию (например, "работа") по целому набору полярных семи-членных шкал (схема 22).

Если испытуемый положительно относится к объек­ту, его оценки будут сосредоточиваться ближе к пози­тивному полюсу шкал. Однако тест имеет смысл при со­поставлении данных по нескольким объектам, отнюдь не по абсолютному значению суммарных оценок.

Школы могут быть весьма конкретными или же связанными отдаленной ассоциацией. Ч. Осгуд приме­нял оба способа одновременно. Полюса, специально ото­бранные для термина "работа", например, таковы: при­ятное — неприятное, трудное — легкое, свое — чужое, главное — второстепенное и т. п.

В качестве полюсов шкал, неконкретизированных к данному случаю, Осгуд использовал 20 пар терминов, предварительно отобранных факторным анализом на 360 различных объектах оценивания. Он выделяет в этих 20 парах три ведущих фактора: "отношение", "сила", "ак­тивность". В числе итоговых шкал следующие: жестокий

—           добрый, кривой — прямой, мужской — женский, раз­болтанный — пунктуальный, активный — пассивный, вкусный — безвкусный, неудачный — удачный, твердый

—           мягкий, умный — глупый, новый — старый, хороший

—               плохой, слабый — сильный, важный — не имеющий значения, острый — округлый, хладнокровный — востор­женный, ложный — правдивый, бесцветный — красоч­ный, обычный — необычный, красивый — безобразный, медленный — быстрый.

 

Например, мы хотим выяснить, как отличаются от­ношения к разным понятиям у одного лица. Эти поня­тия: "работа", "досуг", "отдых", "занятость" и т. п. Рабо­та с тестом включает следующие стадии. После запол­нения всех шкал (20 или меньше) на каждое понятие материал готов для анализа.

Используем так называемый показатель "дистан­ции" (D) между двумя понятиями. Для этого (1) вычис­лим различия оценок для двух понятий (работа и до­суг) по каждой шкале в отдельности. Получим, напри­мер, различия (d): 1, 3, 4, 0, 4, 2, 5, 0... (2) Возведем разно­сти по шкалам в квадрат (d1): 1, 9, 16, 0, 16, 4, 25, 0... (3) Суммируем квадраты разностей по всем шкалам (Sd2): 1+9+16+0+16+4+25+0... (4) Наконец, извлечем квадрат­ный корень из суммы квадратов разностей по всем шкалам (D =^ Zd2). Полученная величина (D) есть показатель различия отношений к двум сравниваемым понятиям (объектам). Последовательно произведем ту же операцию со всеми парами понятий и составим мат­рицу, где в точках пересечения запишем значения дифференциала двух смежных объектов оценивания (схема 23).

Если, например, D12, т. е. дифференциал восприятия понятий "работа" и "досуг", будет равен 5, 6, a D14, т. е. "работа" — "занятость", составит 0,3 и в то же время D24, т. е. "досуг" — "занятость", равен 3,2, то отсю­да следует, что данный субъект (или группа при суммарном анализе на группу) воспринимает рабо­ту очень близко к смыслу "занятость" и совершен­но не так, как "досуг", но досуг слабо ассоциирует с занятостью, т. е. воспринимают его скорее в каче­стве рекреации. Могло бы быть и иначе: высокие значения дифференциала "работа" — "досуг", но близкие между работой и занятостью, досугом и занятостью, что говорило бы о насыщенности, на­пряженности и работы, и досуга в субъективном восприятии.

Тест Ч. Осгуда пригоден также для того, чтобы определить численные величины сравнительной симпатии (благожелательности) или антипатии к каждому из предложенных объектов. Для этого до­статочно подсчитать среднюю по всем шкалам оценку данного объекта данным испытуемым.

Так, в исследовании по методике Т. Дридзе [71. С. 197) семантический дифференциал использовался для ранжирования политических терминов, которые часто употребляются в газетных текстах ("демократия", "дик­татура", "выборы", "инициатива", "прогресс", "сосуще­ствование"...). Авторы исследования определяли, какие термины вызывают более положительное (или относи­тельно отрицательное) эмоциональное отношение у чита­телей. Практически эти данные могут быть использова­ны для отбора адекватного словаря в информационных материалах.

В нашем исследовании социальных идентификаций личности О. Дудченко и А. Мытиль использовали тест CD для оценки ассоциаций в семантическом простран­стве "Я сам — течение времени". Оценивалось, насколь­ко в условиях реформации (1994 г.) люди чувствуют себя скорее в прошлом, настоящем или в будущем, т. е. как они адаптируются/не адаптируются к происходя­щим радикальным изменениям в обществе [74. С.193].

 

Комментарий: отметка "+" означает большую близость ас­социаций, "-" означает меньшую близость.

Вполне очевидно, что рабочие существенно более ощущают себя в прошлом, а брокеры в настоящем и особенно в будущем, т. в. первые не смогли адаптироваться к условиям реформ, вторые достаточно успешно адаптированы и видят свое буду­щее как близкое самоощущению "Я". Рабочие же такой жиз­ненной перспективы не ощущают.

Тест позволяет рассчитывать не только дифференци­алы, но и корреляции между средними значениями оце­нок данного объекта по предложенным шкалам. При этом шкалы могут быть узкоспецифицированы приме­нительно к объекту оценивания, что обосновывается с помощью судейства.

Подсчитывать суммарные средине по всем шкалам можно и на группу (подвыборку), точно так же, как под­считывать средние значения дифференциалов.

Хорошо известны общеличностные тесты, основанные на "прочтении" ассоциаций, вызванных графическими изображе­ниями. Это тесты Роршаха и ТАТ. Первый использует мак­симально неопределенную предметную ситуацию. Ис­пытуемому предлагают 10 карточек с изображением различ­ных конфигураций, выполненных с помощью зачерненных пя­тен ("абстрактная картинка"). Он должен ответить на вопрос: "Что бы это значило?" Сами .по себе эти изображения ровно ничего не обозначают. Но испытуемый пытается придать им какой-то смысл и начинает фантазировать. По совокупности описаний каждой из 10 "картинок", целиком построенных на ассоциациях и воображении, исследователь старается опре­делить доминирующие мотивы, эмоции, скрытые импульсы от­ношения к действительности.

Другой пример — ТАТ, или тематическая оценка сюжета. Предлагаются реальные картинки — графические изображе­ния, сюжеты которых варьируют от вполне недвусмысленного до весьма неопределенного. Испытуемый должен сочинить рассказ по картинке подобно тому, как это делают школьники первого класса, у которых учитель стремится развить  вообра­жение. Оценка итогов теста опять-таки сводится к выявлению господствующих эмоций, скрытых импульсов, беспокойств, до­минирующих отношений к реальности.

Обычный прием проективной процедуры — неза­конченность фразы, требование ассоциировать по поводу заданных стимулов.

Так, предлагается быстро написать, что придет на ум по ассоциации с заданными терминами (например, "реформа", "государственный служащий", "предприни­матель", "сосед", "я сам"...)- Испытуемых просят закон­чить прерванные фразы типа: "Когда я прихожу домой после работы...", "Люди в нашем городе делятся на..."[111]. Берется любой сюжет, подсказанный зада­чей исследования, и в ответах ищут все те же доминан­ты мотивов, интересов, влечений.

Обоснованность проективных процедур определяет­ся прежде всего теоретическими посылками, руковод­ствуясь которыми исследователь истолковывает данные. Надежность тестов проверяют по системе обычных кор­реляций с другими методиками и по известной группе.

Обычно социологи используют, так сказать, "ослаб­ленные" варианты проективных процедур. Это перенос в ситуации, хотя и воображаемые, но достаточно конкрет­ные, чтобы можно было вполне определенно интерпрети­ровать реакцию человека.38

38  В 1997 году начали издаваться томики "Энциклопедии психологических тестов" [302; 303; 304], где подробно описываются обоснованность, процедура и интерпритация теста.

 

Тесты на выявление личностных диспозиций

Диспозиция личности — это фиксированная в ее социальном опыте предрасположенность воспринимать и оценивать условия деятельности, собственную ак­тивность и действия других, а также предуготовлен-ность действовать в определенных условиях опре­деленным образом. Этим понятием объединяют разно­образные по треб ностно-мотив ацио иные структуры субъекта, которые так или иначе регулируют его соци­альное поведение.

Можно предположить, что личностные диспозиции образуют иерархически организованную систему39, вер­шину которой составляет общая направленность инте­ресов и система ценностных ориентации, средние уров­ни — система обобщенных социальных установок ("ат-титюдов") на многообразные социальные объекты и си­туации, а нижний — поведенческие готовности к дей­ствию в максимально конкретизированных социальных ситуациях (т. е. поведенческие установки).

39 Такое предположение, основанное на работах Д. Н. Узнадзе, В. Н. Мясищева, В. Г. Ананьева, А. Н. Леонтьева, И. Макгайра, М. Роки-ча, М. Абельсова, Ч. Осгуда и многих других в области изучения соци­альных установок (аттитюдов), последовательно проверялось нами в длительном и многоплановом изучении взаимосвязи социальных и со­циально-психологических факторов, регулирующих поведение личнос­ти. Излагаемый здесь подход опирается на выводы из этого исследова­ния [306, 235].

 

Диспозиции высшего уровня — продукт воздей­ствия социально-культурных условий и реализуемых в этих условиях высших социальных потребностей лич­ности (обобщенная потребность включения в общности), диспозиции средних уровней — результат "столкнове­ния" потребностей освоения определенных видов и форм деятельности и соответствующих социальных условий, в которых эти потребности реализуются, диспозиции ниж­него уровня иерархии фиксируются как готовность к оценке ситуации и действию на основе предшествующего опыта, реализации потребностей включения в группы и организации, адаптации в данной предметной среде, т. е. в "микросоциальных" условиях деятельности.

Экспериментально показано (А. А. Горбатков), что в диспозиционной системе имеет место позитивно-нега­тивная асимметрия: на стадии адаптации к новым ус­ловиям ведущую роль в регуляции поведения принима­ют на себя диспозиции, связанные со стремлением не уклоняться от принятой субъектом социальной нормы, в дальнейшем же лидируют позитивные диспозиции как готовность к реализации интервализованных (усво­енных) субъектом ценностей и социальных установок. Осознанные диспозиции преимущественно доминируют в регуляции социального поведения в таких ситуациях, которые требуют активного напряжения усилий субъекта. В привычной же ситуации на первый план выдвигаются полуосознаваемые или неосознаваемые диспозции (В. С. Магун).

Итак, регистрируя в социологическом и социаль­но-психологическом исследовании диспозиции лично­сти, мы тем самым получаем информацию о возмож­ной направленности поведения людей в определен­ных условиях. Однако крайне важно иметь в виду, что разные диспозиционные образования обладают различной "прогностической силой" в отношении возможного поведения.

Система ценностных ориентации (именно система, их целостность, а не отдельные ориентации) указывает на направленность интересов личности в восприятии наиболее важных (в субъективном смысле) сторон жиз­ни и отношения к общим условиям деятельности, нрав­ственные принципы человека. Знание о ценностной си­стеме — неплохой показатель для прогноза общей направленности поведения как целеустремленного или Же сравнительно нецелеустремленного, как относительно конформного и неконформного (т. е. как относительно самостоятельного и относительно несамостоятельного).

Методики для выявления системы ценностных ориентации многообразны. Одна из них, предложенная М. Рокичем и адаптированная к нашим условиям40, состоит в том, что обследуемым предлагается последова­тельно ранжировать 18 наименований терминальных ценностей — целей жизни и 18 наименований инструментальных ценностей, т. е. ориентации на ос­новные средства достижения жизненных целей.

40 Адаптация выполнена А. Гоштаутасом, А. А. Семеновым, В.А.Ядовым [235. С. 208—209].

 

Список терминальных ценностей включает следующие: активная, деятельная жизнь; жизненная мудрость (зрелость суждений и здравый смысл, достигаемые жизненным опы­том); здоровье (физическое и психическое здоровье); интерес­ная работа; красота природы и искусства (переживание прекрасного в природе и искусстве); любовь (духовная и физи­ческая близость с любимым человеком); материально обеспе­ченная жизнь (отсутствие материальных затруднений); нали­чие хороших и верных друзей; общая хорошая обстановка в стране, в нашем обществе, сохранение мира между народами (как условие благополучия каждого); общественное признание (уважение окружающих, коллектива, товарищей по работе); познание (возможность расширения своего образования, круго­зора, общей культуры, интеллектуальное развитие); равенство (равные возможности для всех); самостоятельность как неза­висимость в суждениях и оценках; свобода как независимость в поступках и действиях; счастливая семейная жизнь; творче­ство (возможность творческой деятельности): уверенность в себе (свобода от внутренних противоречий, сомнений); удоволь­ствия (жизнь, полная удовольствий, развлечений, приятного проведения времени).

Список инструментальных ценностей: аккуратность (чис­топлотность, умение содержать в порядке свои вещи, порядок в делах); воспитанность (хорошие манеры, вежливость); высокие запросы (высокие притязания); жизнерадостность (чувство юмора); исполнительность (дисциплинированность); не­зависимость (способность действовать самостоятельно, реши­тельно); непримиримость к недостаткам в себе и в других; об­разованность (широта знаний, высокая общая культура); ответ­ственность (чувство долга, умение держать слово); рациона­лизм (умение здраво и логично мыслить, принимать обдуманные, рациональные решения); самоконтроль (сдержанность, са­модисциплина); смелость в отстаивании своего мнения, своих взглядов; твердая воля (умение настоять на своем, не отступать перед трудностями); терпимость (к взглядам и мнениям дру­гих, умение прощать другим их ошибки и заблуждения); ши­рота взглядов (умение понять чужую точку зрения, уважать иные вкусы, обычаи, привычки); честность (правдивость, ис­кренность); эффективность в делах (трудолюбие, продуктив­ность в работе); чуткость (заботливость).

Наименования ценностей предлагаются в виде отдельных карточек для ранжирования от наиболее значимой до наиме­нее значимой, и в итоге мы получаем ранговые порядки всей структуры.

Устойчивость процедуры при повторном опросе через две недели для списка терминальных ценностей составляет 82,3%, инструментальных — 78,7%. При укрупнении рангов ценнос­тей из 18-членной шкалы в 6-членную устойчивость повыша­ется соответственно до 88,3% и 86,3%. Укрупнение произво­дится с учетом различной устойчивости первых, последних и "срединных" рангов (наименее устойчивых) таким образом:

Исходные ранги

1

2

3,4

5—8

9—16

17,18

Укрупненные ранги

1

2

3

4

5

6

Итоговые показатели по этой процедуре: (а) средние ран­ги ценностей, (б) типологические структуры (их можно полу­чить многомерным анализом, включая факторный, таксоно­мию, распознавание образов — см. с. 218—220; 206—208) и (в) выделение в системе ранжированных ценностей тех из них, которые представляют особый интерес для данного исследова­ния (например, можно выделить ценности, относящиеся к по­литической жизни). Средние ранги таких "ценностных синд­ромов" указывают на соотносительную значимость данной сферы деятельности или данных способов деятельности в ряду других. Понятно, что эти операции можно производить не только в индивидуальном разрезе (в психологических и соци­ально-психологических исследованиях), но и в групповых раз­работках, т. е. по разным социально-профессиональным, соци­ально-демографическим и иным подвыборкам обследуемых.

Имеются и другие приемы выявления системы цен­ностей: путем глубокого интервью, предложением раз­вернутых "портретов" неких воображаемых лиц, в каждом из которых описываются интересы и наклонности неких условных персонажей (надо выбрать наиболее "симпатичный" и отвергнуть "несимпатичный" образ) [192], путем ранжирования более краткого спиа са цен­ностей или предложений, имеющих ценностно-мотивационную окраску [171, 67].

Методики для регистрации обобщенных социальных установок предназначены для предсказания ха­рактерных черт реального поведения личности в тех ус­ловиях, к которым эти установки относятся. К числу таких методик относятся — описанный выше "ка­фетерий" из многих установочных суждений (см. с. 170), шкалограмма (с. 168—173), техника Тёрстоуна (с. 175—180) и различные проективные техники (напри­мер, описанная на с. 30—305 этой книги). Последние, однако, обладают удовлетворительной прогностической "силой" при оценке общих характеристик поведения в определенной сфере деятельности, но плохо согласуются с фактическими поступками в четко очерченных, конк­ретных условиях.

Для прогноза конкретных поступков следует при­бегнуть к фиксированию ситуативных социальных ус­тановок. В нашем собственном опыте лучше всего та­кие предсказания реализовались при использовании простой техники, называемой "предсказание по реак­ции на одно суждение".

В международном исследовании Всемирной организации здравоохранения следовало добиться уверенного предсказания, обратится ли данный человек к врачу, если ему адресуют приглашение из поликлиники для профилактического обсле­дования. Мы применили разные варианты методик: ценностно-ориентационные (где, конечно, фигурировало здоровье как ценность жизни), методики на обобщенные социальные уста­новки к своему здоровью, к современной медицине и более конкретно — к возможностям системы медицинского обслу­живания в данной местности и т.п. Но наибольшую прогнос­тическую силу обнаружил простейший прямой вопрос: "Как бы Вы отнеслись к предложению обследоваться у врача?" — с тремя вариантами *ответов: безусловно позитивным, позитив­ным "при определенных условиях" и безусловно негативным. Спустя несколько недель респонденту посылалось официальное Приглашение из клиники. И в Каунасе, где проводилось обследо­вание, и в Роттердаме (Нидерланды) положительный ответ на указанный вопрос дал наибольшую корреляцию с фактическим приходом опрошенных в клинику [369. С. 25—44].

К числу методик диспозиционного плана относятся и специальные тесты на систему основных интересов личности (каждый из частных интересов, например, в области знания, искусства, досуга и др., сопровождается индикаторами конкретных занятий или конкретных ув­лечений) [213. С. 305—309], интересов в рамках сво­бодного времени и досуга, а также общей направленнос­ти поведения на досуге [235. С. 201—208], тесты на от­ношение к различным элементам производственной ситуации, о которых уже говорилось, ценностно-ориента-ционные методики, предназначенные для определения направленности интересов в сфере образования, в трудо­вой деятельности [248. С. 113—124], тесты на изучение преступных наклонностей [143] и установок в области политики.

Широкое использование такого рода методик социо­логами подтверждает их практическую полезность в теоретике-прикладных исследованиях.

 

Социометрическая процедура

 

Социометрическая техника используется для изме­рения не личностных, но групповых свойств. Эту проце­дуру называют также социометрическим тестом, так как она фиксирует определенные свойства группы как целостного образования.

В принципе для изучения малых групп можно ис­пользовать четыре вида показателей [197]:

а) характеристики, измерение которых не требует специальных инструментов: цели деятельности групп и коллективов, их соответствие требованиям данной со­циальной организации, содержание социальных норм, действующих в коллективах и группах. Эти показатели могут быть получены путем качественного анализа су-щества дела, хота возможно применение и формализо­ванных методик, например, контент-анализа cooi ветству-ющих документов, регламентирующих деятельность кол­лектива, стандартизованного наблюдения за его работой;

б)                  характеристики, получаемые путем усреднения данных относительно членов группы или организации, например, социально-демографические (средний возраст разряд, соотношение по представительству различных профессий и т. п.), производственно-результативные (производительность труда, объем итоговой продукции, показатели ее качества на группу, прибыль и другие стоимостные показатели);

в)           структурные показатели, к числу которых относят­ся рассматриваемые ниже социометрические индексы;

г)              показатели групповых норм и ценностей, один из которых — индекс ценностно -ориентацией ного единства группы (ЦОЕ), разработанный А. И. Донцовым [70].41

41 В кв. [303] представлен большой набор тестов для исследова­ния групповых и межличностных отношений.

 

Мы рассмотрим более подробно социометрические процедуры, фиксирующие структуру эмоциональных взаимоотношений между членами группы.

Термин "социометрия" связан с именем Дж. Море­но, который в 30-е гг. нашего века разрабатывает осо­бую социопсихологическую теорию, согласно которой изменение психологических отношений в малой группе является якобы главным условием изменения отноше­ний во всей социальной системе [174]. При всем уто­пизме такого подхода, Морено предложил весьма полез­ную эмпирическую процедуру для измерения некоторых групповых характеристик.

Социометрический тест предназначен для диагнос­тики эмоциональных связей, т, е. взаимных симпатий и антипатий между членами группы [303. С. 5—20].

Назначение социометрической процедуры может быть трояким: (а) измерение степени сплоченности — разобщенности в группе; (б) выявление "социометричес­ких позиций", т. е. соотносительного авторитета членов группы по признакам симпатии — антипатии, где на крайних полюсах оказывается "лидер" группы и "отвер­гнутый"; (в) обнаружение внутригрупповых подсис­тем — сплоченных образований, во главе которых могут быть свои неформальные лидеры.

Во всех случаях используется опросный лист, где каж­дый член группы должен указать свое отношение к другим членам группы по различный вытекающим из задач исследо­вания критериям, например, с точки зрения совместной рабо­ты, проведения досуга, участия в решении деловой проблемы, в игре и т. д. в группе.

Так называемая общая социометрическая картина предус­матривает измерение отношений между членами группы по нескольким критериям одновременно, как это делал, напри­мер, Е. С. Кузьмин и его сотрудники [131].

Для того чтобы выявить взаимоотношения в рабочей бри­гаде, каждому из 13 членов бригады предлагается следующий опросный лист [131. С. 80]:

1.             С кем бы Вы желали работать вместе? а) на операции (назовите фамилии), б) в бригаде (назовите фамилии).

2.          С кем бы Вы не хотели работать вместе? а) на операции (назовите фамилии), б) в бригаде (назовите фамилии).

3.          С кем бы Вы хотели дружить в свободное время? а) от­дыхать (назовите фамилии), б) совместно учиться (назовите фа­милии), в) по-настоящему дружить (назовите фамилии). Имея всего 13 членов группы, экспериментатор составляет социомет­рическую матрицу (схема 24).

Работа с матрицей включает следующие операции:

(1)              Матрица составляется только на один из признаков, например, по критерию "Работа".

(2)               Матрица позволяет оценить степень сплоченности группы по соотношению положительных и отрицательных вы­боров. В нашем примере при 76 положительных, 3 отрица­тельных и 77 безразличных (всего 156 возможностей выбо­ра — 49% положительных выборов, 1,9% отрицательных и 49,1% отсутствия выборов).

Индекс сплоченности группы — еще более сильный пока­затель, учитывающий взаимность выборов или отвержений:

где Лц+ — число взаимно положительных; А^г~ — число взаимно отрицательных; N '• (N у — 1) — число всех возмож­ных взаимных выборов.

(3) Матрица дает возможность определить Так называмый социометрический статус (позицию) каждого члена группы от наиболее до наименее авторитетного. Одна из предложенных для этого формул:

где Сц+ — число положительных; Сц~ — число отрицательных выборов, полученных n-м членом группы от остальных.

В нашем случае А занимает наиболее высокую групповую позицию, тогда как члены группы Д и 3 имеют самый низ­кий статус:

(4)          Используются многообразные индексы социометричес­кой диагностики группы, включая среднестатистические по нескольким критериям. Например, нетрудно подсчитать сред­нюю индекса отточенности по критериям "работа" и "досуг" вместе. То же самое можно сделать для определения общего сопиометрического статуса любого из членов группы, исполь­зуя для этого показатели статуса по ряду критериев.

(5)           На основе матрицы строится также графическое изоб­ражение связей симпатий и антипатий — социограмма. Свя­зи симпатии обозначают непрерывной линией с указанием направления от одного к другому лицу, а связи антипатии — прерывистой. Если Л симпатизирует В, но В не симпатизи­рует А, то в социограмме запишем: А*^ В. Отсутствие выбора или отвержение не обозначаются.

Например, в социограмме на рис. 12 показано, что А — ли­дер группы, вместе с В и С образующий ее ядро. Члены груп­пы Е и G испытывают взаимную неприязнь, F оказывается вов­се вне контактов с остальными (отвергнутый). Чтобы улуч­шить групповой климат, надо повлиять на взаимоотношения между Е и G или содействовать переходу этих лиц в другой коллектив; было бы неплохо вывести из группы отвергнутого. Потеря же А означала бы нарушение эмоционально-психоло­гической целостности этой группы, ибо он ее цементирует и является активным носителем групповых норм и традиций.

Рис. 12. Социограмма отношений симпатии и антипатии в группе из 7 человек (А, В, С, D, F, G)

 

(6)             Разработаны более сложные приемы анализа группо­вых структур на основе социометрического теста с использова­нием корреляционных коэффициентов и языка теории графов (см. с. 345). Так, В. И. Паниотто предложил расчеты индексов сплоченности как минимального числа связей, которые необхо­димо разорвать, чтобы граф стал несвязным; устойчивости групповых связей как нормированное минимальное число вершин, которые надо удалить, чтобы граф стал несвязным; индекс неоднородности структуры — нормированное число вер­шин, остающихся неподвижными при всех перестройках гра­фа, описывающих структуру группы по данному критерию [197. С. 149—151].

Надежность рассмотренной процедуры зависит прежде всего от правильного отбора критериев социо­метрии, что диктуется программой исследования и пред­варительным знакомством со спецификой группы. Ус­тойчивость данных определяется повторным опросом, а их обоснованность — путем наблюдения реальных от­ношений в коллективе или методом контроля по известной группе. Очень важно гарантировать каждому участнику анонимность опроса, так как речь идет здесь о довольно интимных сторонах жизни группы.

Использование социометрического теста обнаружи­ло незаурядные прикладные возможности. Психологи и педагоги, социологи и практики на предприятиях пользуются социометрическим тестом для диагностики групповой сплоченности, выявления лидеров. Широко применяется этот тест в научных исследованиях при оп­ределении влияния уровня сплоченности на эффектив­ность групповой работы, для изучения механизмов "ро­левого обучения" и влияния группового климата на этот процесс [28, 119].

Будучи простым в употреблении, социометрический тест, как и другие тесты, является арбитражным. Его по­казания относительны, и все замеры приобретают смысл только в случае, если производятся по единой процедуре для всех членов группы. При сопоставлении агрегатных (общегрупповых) характеристик опять-таки следует пользоваться единой процедурой. Индексы авторитета и социометрического статуса, разумеется, не абсолютны. Они приобретают значения именно в контексте социо­метрической матрицы данной группы.

Вместе с тем была доказана ограниченность данных процедур, ибо с их помощью фиксируются поверхност­ные, не глубинные взаимоотношения в группах, причем специфика групп и коллективов остается невыявленной.

Практические советы

1.            Помня, что ни один из методов сбора пер­вичных данных не универсален, следует прежде всего решить, какой (какие) способ лучше всего отвечает программным целям исследования. Основания для данного решения: тип исследова­ния (теоретике-прикладной или прикладной) и его принципиальный план (формулярный, опи­сательный или аналитико-экспериментальный), а также наличие ресурсов, необходимых для ис­пользования данных методов.

2.                  В качестве главного метода следует выб­рать наиболее соответствующий программным целям и максимально экономный. В теоретико-прикладном исследовании для углубленного анализа можно воспользоваться разными мето­дами, но не обязательно с охватом всей выбо­рочной совокупности. Разумно сформировать квотные подвыборки, объединяемые рядом общих признаков (например, половозрастных, про­фессионально-квалификационных и т. п.), и в разных подвыборках применить разные комби­нации методов. Тогда при анализе данных, пользуясь "соединительными муфтами" ("сквозные" признаки для всех подвыборок), мы получаем возможность более основательной интерпретации общих зависимостей и связей.

3.                   Несовпадение данных, полученных раз­личными методами и техниками при их долж­ной надежности, чаще всего объясняется тем, что выявляются различные аспекты изучаемых явлений и процессов. Правильный подход со­стоит в том, чтобы, выяснив причины несовпаде­ний, использовать разнохарактерные сведения для многоплановой интерпретации и (или) фор­мулировки гипотез, нуждающихся в дополни­тельной проверке.

4.                    Какой бы метод мы ни использовали, важно знать уровни соответствующих ошибок, особенно уровень неустойчивости исходных дан­ных по разным показателям. Используя в даль­нейшем различные приемы анализа получен­ной информации, следует помнить, что статисти­ческие ошибки вывода (доверительный интер­вал таких ошибок) непременно должны быть со­относимы с ошибкой исходной информации, так как последняя повышает его неопределенность. Во всех случаях величина статистической ошибки вывода должна быть меньше ошибки первичной регистрации данных.

 

 

В социологическом исследовании объектом изуче­ния является социальная группа, некоторая социальная общность. Но очень часто сведения о социальной общ­ности приходится получать путем анализа данных об индивидах, ее составляющих. Суммарные сведения об индивидах — их социальные ориентации, мнения, сте­реотипы мышления — существенные характеристики социального целого. Поэтому, а также потому, ч го совре­менная наука развивается на междисциплинарной ос­нове, социологи активно используют методики, разрабо­танные в психологии. Рассмотрим некоторые наиболее распространенные в социологическом исследовании процедуры, заимствованные у психологов. Все их можно было бы назвать тестами, одни из которых меряют лич­ностные, а другие — групповые свойства.

 

Психологические тесты

Тестом называют кратковременное испытание, с помощью которого измеряется уровень развития или степень выраженности некоторого психического свой­ства (черты, характеристики), а также совокупности психических свойств личности или же психических состояний (отношений, взаимовосприятия) групп и общностей.

По предмету исследования можно выделить три класса тестов: (а) общеличностные, с помощью которых фиксируют некоторую целостность психических свойств личности35, (б) личностные — специальные тесты, пред­назначенные для диагностики той или иной особой черты, характеристики, свойства субъекта (например, творческих способностей, уровня общей ответственности, самоконтроля и т. д. } и (в) групповые, предназначенные для диагностики групповых психических процессов — уровня сплоченности групп и коллективов, особенностей группового психологического климата, межличностного восприятия, силы нормативного "давления" группы на ее членов и др.

35 Одно из направлений современной психологии личности (дифференциальная психология) целиком опирается на использование приемов психодиагностики. Наиболее видные представители этого на­правления в нашей стране — школы Б. Г. Ананьева и В. С. Мерлина [см, в, 159], а за рубежом—Р. Кеттела и Г. Айэенка [323, 319].

 

Общие особенности психологических тестов опреде­ляются предметом изучения и спецификой применяе­мой техники [1, 48, 302, 303, 304]. С точки зрения техни­ческих приемов, обычно выделяют четыре разновиднос­ти тестов: (а) так называемые объективные, преимуще­ственно аппаратурные, часто психофизиологические ис­пытания (например, измерение кожногальванического рефлекса служит индикатором эмоционального состоя­ния); (б) опросные методики или субъективные тесты, как, например, общеличностные тесты Г. Айзенка и Р. Кеттела. Эти тесты состоят из серии взаимоконтроли­рующих суждений о различных проявлениях лич­ностных черт с предложением испытуемому фиксиро­вать наличие или отсутствие данного свойства, черты, особенности поведения (так, один из индикаторов общей тревожности в тесте Айзенка: "Часто ли Вас беспокоит чувство, что Вы чем-то хуже других?"); (в) тесты "с ка­рандашом и бумагой", например, для диагностики внима­ния — вычеркивание определенных букв в тексте ("кор­ректорский тест") или вычерчивание оптимального выхо­да из лабиринта (оценка некоторых свойств интеллекта) и т. д.; (г) тесты, основанные на экспертной оценке пове­денческих проявлений испытуемых, например, активно используемая в практике отечественных психологов методика ГОЛ — групповой оценки личности. 36

36 Есть и другие классификации тестов, которые мы здесь не об­суждаем [302. С. 8—14].

 

Непременная особенность тестовой методики — мно­гократный контроль информации относительно измеряе­мой характеристики. В сущности, тест представляет се­рию испытаний, по совокупному выполнению которых оп­ределяется степень выраженности данного свойства.

Тестовые показатели всегда относительны. Точка соотнесения итогового балла (индекса) определяется ста­тистически на значительной группе испытуемых (обыч­но около 200—300 лиц). Например, для тестирования свойств памяти определяют статистически устойчивый показатель наибольшего и наименьшего числа запоми­наний тестового материала. Наименьший показатель по базовой группе становится исходным пунктом. Из­мерение свойств памяти данного субъекта всегда соотно­сится с базовыми точками отсчета.

Любой тест может быть применен только к груп­пам испытуемых, которые аналогичны базовой — той самой, на которой отрабатывались тестовые задания. Для измерения одного и того же свойства (например, уровня импульсивности), но в разных половозрастных или социальных группах при сохранении общего прин­ципа используются специфические наборы заданий.

С тем же требованием— быть адекватным изучае­мому объекту — связана адаптация тестов, первоначаль­но разработанных в иных социально-культурных усло­виях. В вербальных процедурах это касается и непос­редственно языковых проблем. Простой перевод на дру­гой язык часто искажает не только смысл пункта, но и его "вес" в общей шкале. Замена данного пункта дру­гим ведет опять-таки к изменениям в корреляционных связях с другими показаниями теста. Поэтому адапта­ция разработанного теста — сложная исследовательская работа.

Например, предпринятая нами совместно с каунасскими коллегами адаптация теста Д. Дженкинса на измерение пове­денческой активности заняла более года и включала следую­щие операции: перевод пунктов опросника, образующего тесто­вое задание, с языка оригинала на русский, а затем — незави­симо выполненный обратный перевод русского на язык ори­гинала; сличение текстов и устранение несогласованностей с точки зрения смысла и содержания пунктов; замена отдель­ных пунктов, не отвечающих нашим условиям, другими, анало­гичными по смыслу испытания; проба теста на выборке 100 человек и выбраковка неработающих пунктов; замена этих пунктов аналогичными и новая проба: согласование итогового варианта с автором теста Д. Дженкинсом и окончательная проба вопросника; определение "весов" каждого пункта применительно к нашим условиям путем сопоставления с другой процедурой и путем факторного анализа данных опросника.37

37 Работа выполнена А. Гоштаутасом, А. Семеновым и В. Ядовым [235. С. 232—233].

 

Обоснование надежности теста можно искать, как это обычно принято, в корреляции с другими показате­лями, измеряющими то же свойство, и с данными, изме­ряющими частные составляющие данного свойства. Но важнейшие критерии обоснования содержатся в теоре­тическом представлении об объекте исследования.

В основе любой психодиагностической процеду­ры — некоторая концепция личности, определенная "модель" человека. Так, в бихевиористской модели чело­века подчеркиваются поведенческие черты, в психо­аналитической — особенности подсознания, в когнити-вистской — свойства рассудка и т. д.

Следует также помнить, что обычно тест имеет так называемый "ключ", т. е. сопровождается инструкцией, в которой указаны правила итогового шкалирования по тесту. Неопытный исследователь может принять за "ключ" весовые характеристики шкальных пунктов, ча­сто указываемые в литературе. Но работа с тестом пред­полагает определенный порядок соотнесения пунктов по их "весам", причем в разных тестах — разную. Не зная "ключа", пользоваться тестом нельзя.

В целом же применение общеличностных тестов в социологических исследованиях представляется нам не вполне целесообразным, тогда как использование диаг­ностических методик для выявления особых личност­ных свойств и тем более — групповых вполне право­мерно. Так, И- С. Кон детально анализирует соот­ношение общесоциальных, социально-экономических и исторических, частносоциальных (связанных с особыми обстоятельствами деятельности индивидов) и индивиду­ально-психологических факторов, влияющих на станов­ление личности, формирование самосознания, регуляцию социального поведения [121]. Имеется немало примеров успешного использования психодиагностических ме­тодик в комплексных социологи-психологических иссле­дованиях. Так, при изучении факторов, cnocd эствующих развитию деловой ответственности, К. Муздыбаев пока­зал, что кок общеличностная черта ответственность су­щественно уступает в своей регулятивной силе осознан­ной целенаправленной ответственности, формируемой всей системой организации труда работников [179].

Особенно полезны в социологических исследованиях групповые тесты. Они весьма широко применяются в практике отечественных и зарубежных социологов, осо­бенно при изучении отношений в коллективах, в прик­ладных исследованиях широкого диапазона.

 

Проективная техника

 

Особенность проективных процедур в том. что стимулирующая ситуация приобретает смысл не в силу ее объективного содержания, но по причинам, свя­занным с субъективными наклонностями и влечения­ми испытуемого, т. е. вследствие субъективированного, личностного значения* придаваемого ситуации испыту­емым. Испытуемый как бы проецирует свои свойства в ситуацию [247а]. В интерпретации итогов проектив­ного теста большая нагрузка падает на теоретическую модель, используемую интерпретатором.

Примеры проективных методик многообразны. Рас­смотрим одну из них — тест семантического диффе­ренциала, разработанного в середине 50-х гг. Ч. Осгу-дом [354]. Этот тест хорошо зарекомендовал себя в ис­следованиях эмоциональных отношений людей к смыс­лу тех или иных понятий, суждений [73, 74].

Испытуемому предлагается последовательно выска­зать свое отношение к заданному объекту или понятию (например, "работа") по целому набору полярных семи-членных шкал (схема 22).

Если испытуемый положительно относится к объек­ту, его оценки будут сосредоточиваться ближе к пози­тивному полюсу шкал. Однако тест имеет смысл при со­поставлении данных по нескольким объектам, отнюдь не по абсолютному значению суммарных оценок.

Школы могут быть весьма конкретными или же связанными отдаленной ассоциацией. Ч. Осгуд приме­нял оба способа одновременно. Полюса, специально ото­бранные для термина "работа", например, таковы: при­ятное — неприятное, трудное — легкое, свое — чужое, главное — второстепенное и т. п.

В качестве полюсов шкал, неконкретизированных к данному случаю, Осгуд использовал 20 пар терминов, предварительно отобранных факторным анализом на 360 различных объектах оценивания. Он выделяет в этих 20 парах три ведущих фактора: "отношение", "сила", "ак­тивность". В числе итоговых шкал следующие: жестокий

—           добрый, кривой — прямой, мужской — женский, раз­болтанный — пунктуальный, активный — пассивный, вкусный — безвкусный, неудачный — удачный, твердый

—           мягкий, умный — глупый, новый — старый, хороший

—               плохой, слабый — сильный, важный — не имеющий значения, острый — округлый, хладнокровный — востор­женный, ложный — правдивый, бесцветный — красоч­ный, обычный — необычный, красивый — безобразный, медленный — быстрый.

 

Например, мы хотим выяснить, как отличаются от­ношения к разным понятиям у одного лица. Эти поня­тия: "работа", "досуг", "отдых", "занятость" и т. п. Рабо­та с тестом включает следующие стадии. После запол­нения всех шкал (20 или меньше) на каждое понятие материал готов для анализа.

Используем так называемый показатель "дистан­ции" (D) между двумя понятиями. Для этого (1) вычис­лим различия оценок для двух понятий (работа и до­суг) по каждой шкале в отдельности. Получим, напри­мер, различия (d): 1, 3, 4, 0, 4, 2, 5, 0... (2) Возведем разно­сти по шкалам в квадрат (d1): 1, 9, 16, 0, 16, 4, 25, 0... (3) Суммируем квадраты разностей по всем шкалам (Sd2): 1+9+16+0+16+4+25+0... (4) Наконец, извлечем квадрат­ный корень из суммы квадратов разностей по всем шкалам (D =^ Zd2). Полученная величина (D) есть показатель различия отношений к двум сравниваемым понятиям (объектам). Последовательно произведем ту же операцию со всеми парами понятий и составим мат­рицу, где в точках пересечения запишем значения дифференциала двух смежных объектов оценивания (схема 23).

Если, например, D12, т. е. дифференциал восприятия понятий "работа" и "досуг", будет равен 5, 6, a D14, т. е. "работа" — "занятость", составит 0,3 и в то же время D24, т. е. "досуг" — "занятость", равен 3,2, то отсю­да следует, что данный субъект (или группа при суммарном анализе на группу) воспринимает рабо­ту очень близко к смыслу "занятость" и совершен­но не так, как "досуг", но досуг слабо ассоциирует с занятостью, т. е. воспринимают его скорее в каче­стве рекреации. Могло бы быть и иначе: высокие значения дифференциала "работа" — "досуг", но близкие между работой и занятостью, досугом и занятостью, что говорило бы о насыщенности, на­пряженности и работы, и досуга в субъективном восприятии.

Тест Ч. Осгуда пригоден также для того, чтобы определить численные величины сравнительной симпатии (благожелательности) или антипатии к каждому из предложенных объектов. Для этого до­статочно подсчитать среднюю по всем шкалам оценку данного объекта данным испытуемым.

Так, в исследовании по методике Т. Дридзе [71. С. 197) семантический дифференциал использовался для ранжирования политических терминов, которые часто употребляются в газетных текстах ("демократия", "дик­татура", "выборы", "инициатива", "прогресс", "сосуще­ствование"...). Авторы исследования определяли, какие термины вызывают более положительное (или относи­тельно отрицательное) эмоциональное отношение у чита­телей. Практически эти данные могут быть использова­ны для отбора адекватного словаря в информационных материалах.

В нашем исследовании социальных идентификаций личности О. Дудченко и А. Мытиль использовали тест CD для оценки ассоциаций в семантическом простран­стве "Я сам — течение времени". Оценивалось, насколь­ко в условиях реформации (1994 г.) люди чувствуют себя скорее в прошлом, настоящем или в будущем, т. е. как они адаптируются/не адаптируются к происходя­щим радикальным изменениям в обществе [74. С.193].

 

Комментарий: отметка "+" означает большую близость ас­социаций, "-" означает меньшую близость.

Вполне очевидно, что рабочие существенно более ощущают себя в прошлом, а брокеры в настоящем и особенно в будущем, т. в. первые не смогли адаптироваться к условиям реформ, вторые достаточно успешно адаптированы и видят свое буду­щее как близкое самоощущению "Я". Рабочие же такой жиз­ненной перспективы не ощущают.

Тест позволяет рассчитывать не только дифференци­алы, но и корреляции между средними значениями оце­нок данного объекта по предложенным шкалам. При этом шкалы могут быть узкоспецифицированы приме­нительно к объекту оценивания, что обосновывается с помощью судейства.

Подсчитывать суммарные средине по всем шкалам можно и на группу (подвыборку), точно так же, как под­считывать средние значения дифференциалов.

Хорошо известны общеличностные тесты, основанные на "прочтении" ассоциаций, вызванных графическими изображе­ниями. Это тесты Роршаха и ТАТ. Первый использует мак­симально неопределенную предметную ситуацию. Ис­пытуемому предлагают 10 карточек с изображением различ­ных конфигураций, выполненных с помощью зачерненных пя­тен ("абстрактная картинка"). Он должен ответить на вопрос: "Что бы это значило?" Сами .по себе эти изображения ровно ничего не обозначают. Но испытуемый пытается придать им какой-то смысл и начинает фантазировать. По совокупности описаний каждой из 10 "картинок", целиком построенных на ассоциациях и воображении, исследователь старается опре­делить доминирующие мотивы, эмоции, скрытые импульсы от­ношения к действительности.

Другой пример — ТАТ, или тематическая оценка сюжета. Предлагаются реальные картинки — графические изображе­ния, сюжеты которых варьируют от вполне недвусмысленного до весьма неопределенного. Испытуемый должен сочинить рассказ по картинке подобно тому, как это делают школьники первого класса, у которых учитель стремится развить  вообра­жение. Оценка итогов теста опять-таки сводится к выявлению господствующих эмоций, скрытых импульсов, беспокойств, до­минирующих отношений к реальности.

Обычный прием проективной процедуры — неза­конченность фразы, требование ассоциировать по поводу заданных стимулов.

Так, предлагается быстро написать, что придет на ум по ассоциации с заданными терминами (например, "реформа", "государственный служащий", "предприни­матель", "сосед", "я сам"...)- Испытуемых просят закон­чить прерванные фразы типа: "Когда я прихожу домой после работы...", "Люди в нашем городе делятся на..."[111]. Берется любой сюжет, подсказанный зада­чей исследования, и в ответах ищут все те же доминан­ты мотивов, интересов, влечений.

Обоснованность проективных процедур определяет­ся прежде всего теоретическими посылками, руковод­ствуясь которыми исследователь истолковывает данные. Надежность тестов проверяют по системе обычных кор­реляций с другими методиками и по известной группе.

Обычно социологи используют, так сказать, "ослаб­ленные" варианты проективных процедур. Это перенос в ситуации, хотя и воображаемые, но достаточно конкрет­ные, чтобы можно было вполне определенно интерпрети­ровать реакцию человека.38

38  В 1997 году начали издаваться томики "Энциклопедии психологических тестов" [302; 303; 304], где подробно описываются обоснованность, процедура и интерпритация теста.

 

Тесты на выявление личностных диспозиций

Диспозиция личности — это фиксированная в ее социальном опыте предрасположенность воспринимать и оценивать условия деятельности, собственную ак­тивность и действия других, а также предуготовлен-ность действовать в определенных условиях опре­деленным образом. Этим понятием объединяют разно­образные по треб ностно-мотив ацио иные структуры субъекта, которые так или иначе регулируют его соци­альное поведение.

Можно предположить, что личностные диспозиции образуют иерархически организованную систему39, вер­шину которой составляет общая направленность инте­ресов и система ценностных ориентации, средние уров­ни — система обобщенных социальных установок ("ат-титюдов") на многообразные социальные объекты и си­туации, а нижний — поведенческие готовности к дей­ствию в максимально конкретизированных социальных ситуациях (т. е. поведенческие установки).

39 Такое предположение, основанное на работах Д. Н. Узнадзе, В. Н. Мясищева, В. Г. Ананьева, А. Н. Леонтьева, И. Макгайра, М. Роки-ча, М. Абельсова, Ч. Осгуда и многих других в области изучения соци­альных установок (аттитюдов), последовательно проверялось нами в длительном и многоплановом изучении взаимосвязи социальных и со­циально-психологических факторов, регулирующих поведение личнос­ти. Излагаемый здесь подход опирается на выводы из этого исследова­ния [306, 235].

 

Диспозиции высшего уровня — продукт воздей­ствия социально-культурных условий и реализуемых в этих условиях высших социальных потребностей лич­ности (обобщенная потребность включения в общности), диспозиции средних уровней — результат "столкнове­ния" потребностей освоения определенных видов и форм деятельности и соответствующих социальных условий, в которых эти потребности реализуются, диспозиции ниж­него уровня иерархии фиксируются как готовность к оценке ситуации и действию на основе предшествующего опыта, реализации потребностей включения в группы и организации, адаптации в данной предметной среде, т. е. в "микросоциальных" условиях деятельности.

Экспериментально показано (А. А. Горбатков), что в диспозиционной системе имеет место позитивно-нега­тивная асимметрия: на стадии адаптации к новым ус­ловиям ведущую роль в регуляции поведения принима­ют на себя диспозиции, связанные со стремлением не уклоняться от принятой субъектом социальной нормы, в дальнейшем же лидируют позитивные диспозиции как готовность к реализации интервализованных (усво­енных) субъектом ценностей и социальных установок. Осознанные диспозиции преимущественно доминируют в регуляции социального поведения в таких ситуациях, которые требуют активного напряжения усилий субъекта. В привычной же ситуации на первый план выдвигаются полуосознаваемые или неосознаваемые диспозции (В. С. Магун).

Итак, регистрируя в социологическом и социаль­но-психологическом исследовании диспозиции лично­сти, мы тем самым получаем информацию о возмож­ной направленности поведения людей в определен­ных условиях. Однако крайне важно иметь в виду, что разные диспозиционные образования обладают различной "прогностической силой" в отношении возможного поведения.

Система ценностных ориентации (именно система, их целостность, а не отдельные ориентации) указывает на направленность интересов личности в восприятии наиболее важных (в субъективном смысле) сторон жиз­ни и отношения к общим условиям деятельности, нрав­ственные принципы человека. Знание о ценностной си­стеме — неплохой показатель для прогноза общей направленности поведения как целеустремленного или Же сравнительно нецелеустремленного, как относительно конформного и неконформного (т. е. как относительно самостоятельного и относительно несамостоятельного).

Методики для выявления системы ценностных ориентации многообразны. Одна из них, предложенная М. Рокичем и адаптированная к нашим условиям40, состоит в том, что обследуемым предлагается последова­тельно ранжировать 18 наименований терминальных ценностей — целей жизни и 18 наименований инструментальных ценностей, т. е. ориентации на ос­новные средства достижения жизненных целей.

40 Адаптация выполнена А. Гоштаутасом, А. А. Семеновым, В.А.Ядовым [235. С. 208—209].

 

Список терминальных ценностей включает следующие: активная, деятельная жизнь; жизненная мудрость (зрелость суждений и здравый смысл, достигаемые жизненным опы­том); здоровье (физическое и психическое здоровье); интерес­ная работа; красота природы и искусства (переживание прекрасного в природе и искусстве); любовь (духовная и физи­ческая близость с любимым человеком); материально обеспе­ченная жизнь (отсутствие материальных затруднений); нали­чие хороших и верных друзей; общая хорошая обстановка в стране, в нашем обществе, сохранение мира между народами (как условие благополучия каждого); общественное признание (уважение окружающих, коллектива, товарищей по работе); познание (возможность расширения своего образования, круго­зора, общей культуры, интеллектуальное развитие); равенство (равные возможности для всех); самостоятельность как неза­висимость в суждениях и оценках; свобода как независимость в поступках и действиях; счастливая семейная жизнь; творче­ство (возможность творческой деятельности): уверенность в себе (свобода от внутренних противоречий, сомнений); удоволь­ствия (жизнь, полная удовольствий, развлечений, приятного проведения времени).

Список инструментальных ценностей: аккуратность (чис­топлотность, умение содержать в порядке свои вещи, порядок в делах); воспитанность (хорошие манеры, вежливость); высокие запросы (высокие притязания); жизнерадостность (чувство юмора); исполнительность (дисциплинированность); не­зависимость (способность действовать самостоятельно, реши­тельно); непримиримость к недостаткам в себе и в других; об­разованность (широта знаний, высокая общая культура); ответ­ственность (чувство долга, умение держать слово); рациона­лизм (умение здраво и логично мыслить, принимать обдуманные, рациональные решения); самоконтроль (сдержанность, са­модисциплина); смелость в отстаивании своего мнения, своих взглядов; твердая воля (умение настоять на своем, не отступать перед трудностями); терпимость (к взглядам и мнениям дру­гих, умение прощать другим их ошибки и заблуждения); ши­рота взглядов (умение понять чужую точку зрения, уважать иные вкусы, обычаи, привычки); честность (правдивость, ис­кренность); эффективность в делах (трудолюбие, продуктив­ность в работе); чуткость (заботливость).

Наименования ценностей предлагаются в виде отдельных карточек для ранжирования от наиболее значимой до наиме­нее значимой, и в итоге мы получаем ранговые порядки всей структуры.

Устойчивость процедуры при повторном опросе через две недели для списка терминальных ценностей составляет 82,3%, инструментальных — 78,7%. При укрупнении рангов ценнос­тей из 18-членной шкалы в 6-членную устойчивость повыша­ется соответственно до 88,3% и 86,3%. Укрупнение произво­дится с учетом различной устойчивости первых, последних и "срединных" рангов (наименее устойчивых) таким образом:

Исходные ранги

1

2

3,4

5—8

9—16

17,18

Укрупненные ранги

1

2

3

4

5

6

Итоговые показатели по этой процедуре: (а) средние ран­ги ценностей, (б) типологические структуры (их можно полу­чить многомерным анализом, включая факторный, таксоно­мию, распознавание образов — см. с. 218—220; 206—208) и (в) выделение в системе ранжированных ценностей тех из них, которые представляют особый интерес для данного исследова­ния (например, можно выделить ценности, относящиеся к по­литической жизни). Средние ранги таких "ценностных синд­ромов" указывают на соотносительную значимость данной сферы деятельности или данных способов деятельности в ряду других. Понятно, что эти операции можно производить не только в индивидуальном разрезе (в психологических и соци­ально-психологических исследованиях), но и в групповых раз­работках, т. е. по разным социально-профессиональным, соци­ально-демографическим и иным подвыборкам обследуемых.

Имеются и другие приемы выявления системы цен­ностей: путем глубокого интервью, предложением раз­вернутых "портретов" неких воображаемых лиц, в каждом из которых описываются интересы и наклонности неких условных персонажей (надо выбрать наиболее "симпатичный" и отвергнуть "несимпатичный" образ) [192], путем ранжирования более краткого спиа са цен­ностей или предложений, имеющих ценностно-мотивационную окраску [171, 67].

Методики для регистрации обобщенных социальных установок предназначены для предсказания ха­рактерных черт реального поведения личности в тех ус­ловиях, к которым эти установки относятся. К числу таких методик относятся — описанный выше "ка­фетерий" из многих установочных суждений (см. с. 170), шкалограмма (с. 168—173), техника Тёрстоуна (с. 175—180) и различные проективные техники (напри­мер, описанная на с. 30—305 этой книги). Последние, однако, обладают удовлетворительной прогностической "силой" при оценке общих характеристик поведения в определенной сфере деятельности, но плохо согласуются с фактическими поступками в четко очерченных, конк­ретных условиях.

Для прогноза конкретных поступков следует при­бегнуть к фиксированию ситуативных социальных ус­тановок. В нашем собственном опыте лучше всего та­кие предсказания реализовались при использовании простой техники, называемой "предсказание по реак­ции на одно суждение".

В международном исследовании Всемирной организации здравоохранения следовало добиться уверенного предсказания, обратится ли данный человек к врачу, если ему адресуют приглашение из поликлиники для профилактического обсле­дования. Мы применили разные варианты методик: ценностно-ориентационные (где, конечно, фигурировало здоровье как ценность жизни), методики на обобщенные социальные уста­новки к своему здоровью, к современной медицине и более конкретно — к возможностям системы медицинского обслу­живания в данной местности и т.п. Но наибольшую прогнос­тическую силу обнаружил простейший прямой вопрос: "Как бы Вы отнеслись к предложению обследоваться у врача?" — с тремя вариантами *ответов: безусловно позитивным, позитив­ным "при определенных условиях" и безусловно негативным. Спустя несколько недель респонденту посылалось официальное Приглашение из клиники. И в Каунасе, где проводилось обследо­вание, и в Роттердаме (Нидерланды) положительный ответ на указанный вопрос дал наибольшую корреляцию с фактическим приходом опрошенных в клинику [369. С. 25—44].

К числу методик диспозиционного плана относятся и специальные тесты на систему основных интересов личности (каждый из частных интересов, например, в области знания, искусства, досуга и др., сопровождается индикаторами конкретных занятий или конкретных ув­лечений) [213. С. 305—309], интересов в рамках сво­бодного времени и досуга, а также общей направленнос­ти поведения на досуге [235. С. 201—208], тесты на от­ношение к различным элементам производственной ситуации, о которых уже говорилось, ценностно-ориента-ционные методики, предназначенные для определения направленности интересов в сфере образования, в трудо­вой деятельности [248. С. 113—124], тесты на изучение преступных наклонностей [143] и установок в области политики.

Широкое использование такого рода методик социо­логами подтверждает их практическую полезность в теоретике-прикладных исследованиях.

 

Социометрическая процедура

 

Социометрическая техника используется для изме­рения не личностных, но групповых свойств. Эту проце­дуру называют также социометрическим тестом, так как она фиксирует определенные свойства группы как целостного образования.

В принципе для изучения малых групп можно ис­пользовать четыре вида показателей [197]:

а) характеристики, измерение которых не требует специальных инструментов: цели деятельности групп и коллективов, их соответствие требованиям данной со­циальной организации, содержание социальных норм, действующих в коллективах и группах. Эти показатели могут быть получены путем качественного анализа су-щества дела, хота возможно применение и формализо­ванных методик, например, контент-анализа cooi ветству-ющих документов, регламентирующих деятельность кол­лектива, стандартизованного наблюдения за его работой;

б)                  характеристики, получаемые путем усреднения данных относительно членов группы или организации, например, социально-демографические (средний возраст разряд, соотношение по представительству различных профессий и т. п.), производственно-результативные (производительность труда, объем итоговой продукции, показатели ее качества на группу, прибыль и другие стоимостные показатели);

в)           структурные показатели, к числу которых относят­ся рассматриваемые ниже социометрические индексы;

г)              показатели групповых норм и ценностей, один из которых — индекс ценностно -ориентацией ного единства группы (ЦОЕ), разработанный А. И. Донцовым [70].41

41 В кв. [303] представлен большой набор тестов для исследова­ния групповых и межличностных отношений.

 

Мы рассмотрим более подробно социометрические процедуры, фиксирующие структуру эмоциональных взаимоотношений между членами группы.

Термин "социометрия" связан с именем Дж. Море­но, который в 30-е гг. нашего века разрабатывает осо­бую социопсихологическую теорию, согласно которой изменение психологических отношений в малой группе является якобы главным условием изменения отноше­ний во всей социальной системе [174]. При всем уто­пизме такого подхода, Морено предложил весьма полез­ную эмпирическую процедуру для измерения некоторых групповых характеристик.

Социометрический тест предназначен для диагнос­тики эмоциональных связей, т, е. взаимных симпатий и антипатий между членами группы [303. С. 5—20].

Назначение социометрической процедуры может быть трояким: (а) измерение степени сплоченности — разобщенности в группе; (б) выявление "социометричес­ких позиций", т. е. соотносительного авторитета членов группы по признакам симпатии — антипатии, где на крайних полюсах оказывается "лидер" группы и "отвер­гнутый"; (в) обнаружение внутригрупповых подсис­тем — сплоченных образований, во главе которых могут быть свои неформальные лидеры.

Во всех случаях используется опросный лист, где каж­дый член группы должен указать свое отношение к другим членам группы по различный вытекающим из задач исследо­вания критериям, например, с точки зрения совместной рабо­ты, проведения досуга, участия в решении деловой проблемы, в игре и т. д. в группе.

Так называемая общая социометрическая картина предус­матривает измерение отношений между членами группы по нескольким критериям одновременно, как это делал, напри­мер, Е. С. Кузьмин и его сотрудники [131].

Для того чтобы выявить взаимоотношения в рабочей бри­гаде, каждому из 13 членов бригады предлагается следующий опросный лист [131. С. 80]:

1.             С кем бы Вы желали работать вместе? а) на операции (назовите фамилии), б) в бригаде (назовите фамилии).

2.          С кем бы Вы не хотели работать вместе? а) на операции (назовите фамилии), б) в бригаде (назовите фамилии).

3.          С кем бы Вы хотели дружить в свободное время? а) от­дыхать (назовите фамилии), б) совместно учиться (назовите фа­милии), в) по-настоящему дружить (назовите фамилии). Имея всего 13 членов группы, экспериментатор составляет социомет­рическую матрицу (схема 24).

Работа с матрицей включает следующие операции:

(1)              Матрица составляется только на один из признаков, например, по критерию "Работа".

(2)               Матрица позволяет оценить степень сплоченности группы по соотношению положительных и отрицательных вы­боров. В нашем примере при 76 положительных, 3 отрица­тельных и 77 безразличных (всего 156 возможностей выбо­ра — 49% положительных выборов, 1,9% отрицательных и 49,1% отсутствия выборов).

Индекс сплоченности группы — еще более сильный пока­затель, учитывающий взаимность выборов или отвержений:

где Лц+ — число взаимно положительных; А^г~ — число взаимно отрицательных; N '• (N у — 1) — число всех возмож­ных взаимных выборов.

(3) Матрица дает возможность определить Так называмый социометрический статус (позицию) каждого члена группы от наиболее до наименее авторитетного. Одна из предложенных для этого формул:

где Сц+ — число положительных; Сц~ — число отрицательных выборов, полученных n-м членом группы от остальных.

В нашем случае А занимает наиболее высокую групповую позицию, тогда как члены группы Д и 3 имеют самый низ­кий статус:

(4)          Используются многообразные индексы социометричес­кой диагностики группы, включая среднестатистические по нескольким критериям. Например, нетрудно подсчитать сред­нюю индекса отточенности по критериям "работа" и "досуг" вместе. То же самое можно сделать для определения общего сопиометрического статуса любого из членов группы, исполь­зуя для этого показатели статуса по ряду критериев.

(5)           На основе матрицы строится также графическое изоб­ражение связей симпатий и антипатий — социограмма. Свя­зи симпатии обозначают непрерывной линией с указанием направления от одного к другому лицу, а связи антипатии — прерывистой. Если Л симпатизирует В, но В не симпатизи­рует А, то в социограмме запишем: А*^ В. Отсутствие выбора или отвержение не обозначаются.

Например, в социограмме на рис. 12 показано, что А — ли­дер группы, вместе с В и С образующий ее ядро. Члены груп­пы Е и G испытывают взаимную неприязнь, F оказывается вов­се вне контактов с остальными (отвергнутый). Чтобы улуч­шить групповой климат, надо повлиять на взаимоотношения между Е и G или содействовать переходу этих лиц в другой коллектив; было бы неплохо вывести из группы отвергнутого. Потеря же А означала бы нарушение эмоционально-психоло­гической целостности этой группы, ибо он ее цементирует и является активным носителем групповых норм и традиций.

Рис. 12. Социограмма отношений симпатии и антипатии в группе из 7 человек (А, В, С, D, F, G)

 

(6)             Разработаны более сложные приемы анализа группо­вых структур на основе социометрического теста с использова­нием корреляционных коэффициентов и языка теории графов (см. с. 345). Так, В. И. Паниотто предложил расчеты индексов сплоченности как минимального числа связей, которые необхо­димо разорвать, чтобы граф стал несвязным; устойчивости групповых связей как нормированное минимальное число вершин, которые надо удалить, чтобы граф стал несвязным; индекс неоднородности структуры — нормированное число вер­шин, остающихся неподвижными при всех перестройках гра­фа, описывающих структуру группы по данному критерию [197. С. 149—151].

Надежность рассмотренной процедуры зависит прежде всего от правильного отбора критериев социо­метрии, что диктуется программой исследования и пред­варительным знакомством со спецификой группы. Ус­тойчивость данных определяется повторным опросом, а их обоснованность — путем наблюдения реальных от­ношений в коллективе или методом контроля по известной группе. Очень важно гарантировать каждому участнику анонимность опроса, так как речь идет здесь о довольно интимных сторонах жизни группы.

Использование социометрического теста обнаружи­ло незаурядные прикладные возможности. Психологи и педагоги, социологи и практики на предприятиях пользуются социометрическим тестом для диагностики групповой сплоченности, выявления лидеров. Широко применяется этот тест в научных исследованиях при оп­ределении влияния уровня сплоченности на эффектив­ность групповой работы, для изучения механизмов "ро­левого обучения" и влияния группового климата на этот процесс [28, 119].

Будучи простым в употреблении, социометрический тест, как и другие тесты, является арбитражным. Его по­казания относительны, и все замеры приобретают смысл только в случае, если производятся по единой процедуре для всех членов группы. При сопоставлении агрегатных (общегрупповых) характеристик опять-таки следует пользоваться единой процедурой. Индексы авторитета и социометрического статуса, разумеется, не абсолютны. Они приобретают значения именно в контексте социо­метрической матрицы данной группы.

Вместе с тем была доказана ограниченность данных процедур, ибо с их помощью фиксируются поверхност­ные, не глубинные взаимоотношения в группах, причем специфика групп и коллективов остается невыявленной.

Практические советы

1.            Помня, что ни один из методов сбора пер­вичных данных не универсален, следует прежде всего решить, какой (какие) способ лучше всего отвечает программным целям исследования. Основания для данного решения: тип исследова­ния (теоретике-прикладной или прикладной) и его принципиальный план (формулярный, опи­сательный или аналитико-экспериментальный), а также наличие ресурсов, необходимых для ис­пользования данных методов.

2.                  В качестве главного метода следует выб­рать наиболее соответствующий программным целям и максимально экономный. В теоретико-прикладном исследовании для углубленного анализа можно воспользоваться разными мето­дами, но не обязательно с охватом всей выбо­рочной совокупности. Разумно сформировать квотные подвыборки, объединяемые рядом общих признаков (например, половозрастных, про­фессионально-квалификационных и т. п.), и в разных подвыборках применить разные комби­нации методов. Тогда при анализе данных, пользуясь "соединительными муфтами" ("сквозные" признаки для всех подвыборок), мы получаем возможность более основательной интерпретации общих зависимостей и связей.

3.                   Несовпадение данных, полученных раз­личными методами и техниками при их долж­ной надежности, чаще всего объясняется тем, что выявляются различные аспекты изучаемых явлений и процессов. Правильный подход со­стоит в том, чтобы, выяснив причины несовпаде­ний, использовать разнохарактерные сведения для многоплановой интерпретации и (или) фор­мулировки гипотез, нуждающихся в дополни­тельной проверке.

4.                    Какой бы метод мы ни использовали, важно знать уровни соответствующих ошибок, особенно уровень неустойчивости исходных дан­ных по разным показателям. Используя в даль­нейшем различные приемы анализа получен­ной информации, следует помнить, что статисти­ческие ошибки вывода (доверительный интер­вал таких ошибок) непременно должны быть со­относимы с ошибкой исходной информации, так как последняя повышает его неопределенность. Во всех случаях величина статистической ошибки вывода должна быть меньше ошибки первичной регистрации данных.