• Как правильно управлять финансами своего бизнеса, если вы не специалист в области финансового анализа - Финансовый анализ

    Финансовый менеджмент - финансовые отношения между суъектами, управление финасами на разных уровнях, управление портфелем ценных бумаг, приемы управления движением финансовых ресурсов - вот далеко не полный перечень предмета "Финансовый менеджмент"

    Поговорим о том, что же такое коучинг? Одни считают, что это буржуйский брэнд, другие что прорыв с современном бизнессе. Коучинг - это свод правил для удачного ведения бизнесса, а также умение правильно распоряжаться этими правилами

Конец следствия по ореховским

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 
34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 
51 52 53 

Московская прокуратура 16 октября закончила следствие по делу одной из самых кровавых российских преступных группировок ореховской (лидеры ореховских Буторин (Ося) Олег Пылев (Саныч) и Гриня). Более десяти человек обвинялись в организации преступного сообщества, бандитизме и убийствах. От их рук гибли криминальные авторитеты, бизнесмены и «соратники». Следователям стали известны шокирующие подробности «ликвидации» знаменитого киллера Александра Солоника. В настоящее время более десяти ореховских, среди которых Александр Пустовалов (по кличке Саша Солдат), Олег Пылев (Саныч), Андрей Гусев и Сергей Махалин, знакомятся с материалами уголовного дела. Прежде всего их обвиняют в целой серии заказных убийств.

Могущественная преступная группировка начала свою деятельность еще в конце 80-х годов.

Тогда разрозненные преступные группировки Москвы объединил тракторист из Новгородской области и будущий криминальный «генерал» Сергей Тимофеев по кличке Сильвестр. Под его руководством ореховские быстро достигли успеха и вскоре стали контролировать юг и юго-запад Москвы. Сильвестр одним из первых догадался вкладывать «заработанные» таким образом сотни миллионов долларов в легальный бизнес.

Ореховские участвовали в приватизации предприятий на Урале, контролировали половину крупных коммерческих банков Москвы, открывали магазины, рестораны, спортивные залы.

После гибели Сильвестра (1994 г.), по мнению оперативников, С. Буторин (Ося) возглавил одну из крупных бригад ореховских. Ося старался привлечь в бригаду профессиональных военных и бывших сотрудников спецслужб. В его группировку вошли бывший спецназовец А. Пустовалов по кличке Саша Солдат и другие. Ореховские тесно сотрудничали с бригадой из Медведкова. В бригаде ореховских существовали жесткие законы. В частности, ее лидеры были помешаны на здоровом образе жизни.

Подробности убийства Солоника

Следователям удалось раскрыть подробности ликвидации киллера Солоника. По их мнению, в конце 1996 года Ося начал опасаться, что активно разыскиваемый и много знающий Солоник, который скрывался в Греции, в случае поимки начнет рассказывать о «заказах». Тогда Ося принял решение устранить Сашу Македонского и отправил к нему бригаду «чистильщиков» – Александра Шарапова, Александра Пустовалова и Андрея Гусева. «Чистильщики» поселились на шикарной вилле, находившейся неподалеку от дома, где Солоник жил вместе с подругой Светланой Котовой (победительницей конкурса «Мисс Мира» – 96). Чтобы не вызвать опасений, к Солонику пошел имевший с ним хорошие отношения Саша Солдат. Пустовалов пригласил Солоника на следующий день «отдохнуть в городе». Ничего не подозревавший Солоник согласился и ночью заехал вместе с Котовой на виллу к ореховским. Они предложили ему выпить. Во время непринужденной беседы Гусев неожиданно сбил Солоника с ног. Затем Гусев и Шарапов держали Солоника за руки и ноги, а Саша Солдат набросил ему на шею веревку и долго душил. После этого Пустовалов убил подругу киллера, сломав ей подъязычные кости, а затем расчленил труп. Тело Солоника бандиты вывезли в лесистую местность и там закопали. Останки Котовой бросили в заранее выкопанную яму в другом месте.

Тело Солоника нашли благодаря схеме, которую кто-то (скорее всего, сами ореховские) подкинул рубоповцам, находившимся в те дни в Греции. Позже пошли слухи, что Саша Македонский на самом деле жив.

– Этот вопрос закрыт, – утверждает один из следователей управления по борьбе с бандитизмом прокуратуры Москвы. – Проведены все необходимые экспертизы, в том числе и генетические. Убитый в Греции – Солоник.

Аресты ореховских начались после того, как в 1998 году они убили следователя Одинцовской военной прокуратуры Юрия Керезя. Сперва арестовали 13 человек, год спустя – еще 10. Всех обвинили в убийствах (следователи уверяют, что уже доказано 30 эпизодов) и бандитизме.

В 2002 году в Мосгорсуде началось слушание уголовного дела в отношении ранее задержанных 13 ореховских, которые обвиняются в совершении 28 убийств.

На суде ореховцы сразу поняли, что рассчитывать на снихождение суда у них нет никакой надежды. Поэтому они вели себя на суде крайне вызывающе – оскорбляя нецензурными словами прокурора в зале суда и проявляя полное безразличие к ходу процесса. Все они были осуждены к длительнм срокам.

Но их лидеру Сергею Буторину (Ося) после арестов членов его бригады в 1999 году удалось скрыться в Испании. В 2001 году он был арестован испанской полицией за хранение оружия и незаконное пересечение границы. Испанский суд приговорил его к восьми годам лишения свободы. После отбытия срока в испанской тюрьме Ося, по всей видимости, будет экстрадирован в Россию, где его будут судить за совершенные здесь убийства.

В декабре испанские власти все же выдали на время суда Сергея Буторина в Москву.

Ореховские

Штаб-квартирой, где собиралась бригада Двоечника, был небольшой пивной бар с бильярдной на Елецкой улице. Так получилось, что Елецкую улицу с самого начала «забила» бригада Двоечника.

Ровно в полдень около бильярдной припарковалось несколько машин, в основном отечественного производства – «девятки», «восьмерки», «семерки». Были и подержанные иномарки. Многие пацаны из бригады Двоечника уже сидели на втором этаже, когда Стас поднялся в бильярдную.

Кто-то гонял шары на столах, но, как только появился Двоечник, все сразу отложили игру, оборвали разговоры и уселись за стол. Двоечник подошел к каждому и поздоровался за руку.

– Ну что, пацаны… Вчера все собирались на стрелку, – начал он, – и пытались… Да что зря базарить, – он махнул рукой, – что мы там пытались! Короче, тема такая: как жить будем дальше?

– В каком смысле? – раздались голоса.

– Тут война намечается. Теперь каждый за себя. – И Двоечник коротко обрисовал картину вчерашнего разговора с точек зрения разных бригадиров. В конце он рассказал о том, что вчера «завалили» Культика. Подводя итог, Двоечник снова спросил: – Что вы думаете, пацаны, как жить будем?

Он посмотрел на Стаса. Тот отлично знал такой взгляд своего шефа и понял, что именно ему нужно начать разговор.

– А чего тут думать? – начал он. Все пацаны посмотрели на него. – Нужно жить по одной формуле: нам чужого не нужно, но и своего не отдадим!

– Конкретно сказал, правильно! – разом заговорили ребята.

– Правильно-то правильно, – сказал Двоечник, – только единственное, как определить, что наше, а что не наше? Боюсь, что многие считают своим то, что мы считаем принадлежащим нам. Дело в том, что при Сильвестре все было общим. Мы имели определенный процент с наших точек.

– Так пускай эти точки нашими и останутся! – предложил Дэн.

– А насчет тебя – отдельный разговор! – прервал его Двоечник. – Ты куда вчера с волынами пропал?

– Я же Стасу говорил – батарейки разрядились…

– А перезвонить никак не мог?

– А зачем звонить? Я как-то не подумал…

Неожиданно зазвонил мобильный Двоечника. Он вынул из кармана свою серую «Моторолу».

– Да! Здорово, братан! Зачем? О чем базар-то?.. Хорошо, будем.

Сунув телефон обратно в карман, он обратился к ребятам:

– Пацаны, пока мы с вами базарили, нам уже стрелку забили. Люди Фонаря.

– Фонаря? – переспросил Стас. Он прекрасно знал, что Фонарь – это бригадир соседей бригады, которая контролировала все коммерческие структуры рядом с «хозяйством» Двоечника.

– Значит, так, – решил Двоечник, – на стрелку с Фонарем поедет… – и он посмотрел на ребят, выбирая среди них нужные кандидатуры. Тринадцать человек, склонив головы, затаились.

– Поедут Стас и Дэн. Гарик – за рулем.

Приказы Двоечника никогда не обсуждались. Кого он назначал, тот их и выполнял. Никто никогда не отказывался.

– Старший – Стас, – ткнул пальцем Двоечник в сторону своего телохранителя и «правой руки» и продолжил: – Там разговор будет. Они хотят перетереть по поводу автосервиса на Елецкой. Ты историю этого вопроса знаешь, – он вновь посмотрел на Стаса. – Сервис никому не отдавать! Если долю хотят – пусть вкладывают или дают что-то на обмен. И вообще, Стас, не выступай там! Фонарь – человек резкий, непредсказуемый, жестокий. Так что пусть Дэн тебя подстрахует. – Двоечник намекал на то, что Дэну нужно взять с собой оружие. – Гарик на связи в машине. Все, пацаны, идите готовьтесь. Стрелка у вас, – Двоечник взглянул на часы, – через сорок минут.

– А где стрелка-то? – спросил Дэн.

– Спроси у своего старшего, – ухмыльнулся Двоечник.

Стас прекрасно понял, что вопрос Дэна был неуместным. Стрелка должна была проходить в том месте, о котором шла речь, то есть у автосервиса, находившегося рядом с залом игральных автоматов, на той же Елецкой улице.

Через несколько минут Стас, Дэн и Гарик покинули бар.

Шли молча.

– У тебя волыны где? – спросил Стас.

– В машине, в багажнике спрятаны, – ответил Дэн.

Подготовка к стрелке заняла не более двадцати минут. Стасом таких стрелок было проведено достаточно много. Все они кончались по-разному – иногда мирно, ограничиваясь коротким разговором, а иногда и кровью. Были перестрелки, взрывы, разборки с участием «господина Калашникова», как Стас называл автомат. Так что он считался опытным переговорщиком. Но сегодня было другое.

Стрелка была назначена со своими бывшими друзьями, коллегами, теми, кто входил в многочисленную империю Сильвестра. Тот же Фонарь с его многочисленными недостатками и скверным характером был своим. Но вопрос, который ставился теперь, уже не принадлежал к категории «своих» – о разделе сфер интересов. А тут уже не может быть своих и чужих. Все – наше, общаковское. В бригаде тринадцать человек, и они всем этим владеют. А остальные – чужие.

Стас внутренне готовил себя к разговору с Фонарем. Главное – не заводиться, не давать этому беспредельщику никакого повода и следить за своей речью, чтобы Фонарь потом не поставил предъяву за оскорбление.

Вскоре машина медленно подкатила к автосервису. Автосервис – слишком громкое название. На самом деле – несколько металлических гаражей, объединенных в одно большое помещение. В свое время этим владел крупный криминальный авторитет. Теперь за него отвечала бригада Двоечника.

Остановившись поодаль, Стас осмотрелся. Никаких незнакомых машин он не заметил. Слесари, работавшие в автосервисе, ремонтировали автомобили. Кто-то сидел у гаража и курил. Стас понял, что он приехал первым. Вскоре появилась темно-синяя «семерка» – «БМВ» с затемненными стеклами. Приветливо мигнули фары. Все, приехали…

– Дэн, ты со мной, – коротко произнес Стас.

Дэн кивнул и показал на свой живот, где под курткой был спрятан пистолет «ТТ».

– А ты, Гарик, оставайся в машине и будь на связи.

Гарик, молодой парень лет двадцати, также кивнул и похлопал себя по куртке, где также был спрятан «ствол».

Стас с Дэном медленно вышли из машины и направились в сторону «БМВ».

Из «семерки» появилась крупная фигура бригадира Фонаря. Ростом он был около метра восьмидесяти, широкие плечи, мощная шея, круглое лицо. В прошлом Фонарь занимался боксом, поэтому нос его был перебит. Вдобавок Фонарь был контужен взрывом и более четырех месяцев провалялся в больнице. После этого, как говорили, у него «поехала крыша» и он совсем свихнулся – чуть что, хватался за «ствол» и палил без раздумий. Одно время Сильвестр даже отстранил его от бригадирства, сказал, что сначала нужно вылечиться. Но после гибели Сильвестра Фонарь каким-то образом снова стал бригадиром в своей бригаде. Пацаны боялись его жестокого и бескомпромиссного характера.

Стас не боялся Фонаря, но все же старался остерегаться, поэтому всегда разговаривал с ним осторожно.

Подойдя вплотную, Стас приветливо кивнул, приветствуя Фонаря.

– Здорово, Стас! – ответил Фонарь. – А что, Двоечник не приехал?

– У него дела, – коротко произнес Стас, – важные. Так что, если ты не возражаешь, тему со мной перетрем.

– Я не возражаю, – сказал Фонарь и неожиданно похлопал по плечу Стаса.

Тот насторожился. Может, это условный знак? Немного позади фонаря стоял какой-то верзила. Раньше Стас его не видел. Посмотрев на парня, он обратился к Фонарю:

– А что, у тебя новые люди появились?

– Да, команда расширяется, многие хотят работать со мной, – не без гордости сказал Фонарь. – Пацанов набрал крепких, надежных, из подмосковного Видного. Ребята нормальные, а главное – проверенные. В общем, Стас, здесь такая канитель… Этот автосервис и зал игровых автоматов, который рядом находится… Короче, пацаны наши решили, что это как бы наша территория. Мы, конечно, понимаем, что мы с вами рядом находимся, так что процентов тридцать мы вам будем присылать ежемесячно, – подвел итог разговора Фонарь.

«Ничего себе стрелочка! – подумал Стас. – Уже все за нас решено!»

– Слышь, Фонарь, – неожиданно сказал он. – Чего-то ты какую-то непонятку гонишь! Какие тридцать процентов? Я знаю, что наши пацаны и сам Двоечник придерживаются другого мнения. Здесь наша тема! Мы пацана похоронили после разборки по сервису и по игральным автоматам, а ты нам какие-то тридцать процентов хочешь присылать! Все это нам слишком тяжело досталось.

– Какой пацан? Какая разборка? Не понял тебя, брат! – делано удивился Фонарь.

– А ты вспомни девяносто третий год, как мы Моню завалили по этой теме.

– Я что-то не в курсах… – Фонарь сунул руку в карман.

Стас насторожился. Неужели он сейчас вытащит волыну и начнет палить?..

После Витохи

После убийства Витохи ореховская группировка утратила внутреннее единство. Сейчас она делится на два невраждебных друг другу лагеря. В каждом из них действует несколько вполне автономных банд.

Бригадами до недавнего времени руководили «авторитеты» нового поколения. Например, тридцатисемилетний главарь по кличке Торпеда, имеющий безупречную анкету – ни одной судимости.

Другой главарь, по кличке Полковник, четырежды судим, но занимает весьма респектабельное место в нынешнем обществе: преуспевающий коммерсант, владелец сети магазинов.

«Идеологических» противоречий между «авторитетами» нет; оба отрицают воровскую иерархию и жизнь «по понятиям», оба признают единственный аргумент – взведенный курок. Но борьба за власть и сферы влияния регулярно разводит партнеров по разные стороны баррикад.

У каждого главаря под началом около тридцати активных боевиков. Резерв аморфен и нестабилен. Рекрутировать новобранцев приходится из особой категории молодежи – наркоманов. В период ломки за дозу те готовы на все.

Завлекать новичков практически нечем. Финансовый кризис 1998 года существенно сузил былое влияние бригады. Так, из-под контроля группировки в последние месяцы выпал некогда самый лакомый кусочек – оптовые рынки. Бывший Клондайк столицы терпит натуральное бедствие, некоторые рынки не в силах даже платить за аренду помещений.

Взаимоотношения внутри бригады обострились до предела. Даже одна неучтенная проститутка может послужить поводом для крупной стычки. Междоусобные разборки из-за сфер влияния происходят как минимум раз в месяц. После каждой разборки милиция подбирает брошенное боевиками оружие и три-четыре трупа.

Чем больше крови проливает группировка, тем набожнее становятся те, кому пока еще удалось выжить. Многие ореховские боевики по-своему усвоили библейскую заповедь. В их интерпретации она звучит примерно так: «Не убивай, и тебя тоже не убьют».

Через несколько дней они вернулись в Москву. За это время был составлен план работы. Он состоял из нескольких пунктов: необходимо было найти надежных людей, купить оружие, технику и подготовить список тех, на кого нужно было первоначально «наезжать». На выполнение этих пунктов ушло около трех месяцев.

Людьми в основном занимался Белок. Он часто разъезжал по небольшим военным городкам, находящимся в Подмосковье.

Вскоре в составе бригады уже было двенадцать, затем четырнадцать, а потом шестнадцать человек. Белок взял на себя и оружие. В воинских частях, откуда были набраны в бригаду прапорщики, он сумел законтачить с офицерами, которые отвечали за оружие. Что-то купил у ребят, которые привозили оружие из Чечни. Затем они вышли на команду, которая занималась контрабандой оружия из Приднестровья.

Первое время в бригаде имелись всего две автомашины. Под штаб-квартиру облюбовали одно тихое кафе. Теперь нужно было составлять список потенциальных клиентов, с которых можно получать деньги. С этим было сложнее. За список отвечал Коша.

Коша стал сосредоточенно вспоминать всех своих знакомых боевиков, бригадиров, коммерсантов, с которыми раньше работал Сильвестр. Кое-какой список вырисовался. Затем Белок через свои связи «пробил» этих людей. Треть из них были убиты, но остальные живы и здоровы. Некоторые из них, правда, поменяли место жительства, а некоторые – даже фамилии. Но их поиск – дело техники и времени.

Теперь нужно было разработать концепцию будущей программы. Она заключалась в том, что именно они – наследники Сильвестра. А в свое время Сильвестр когда-то вложил в бизнесменов деньги, а они теперь пришли получить эти деньги.

– А если нам не поверят и просто-напросто пошлют? – сомневался Белок.

– Вот тогда мы будем проводить силовые акции, – ответил Коша. – Акции должны быть безжалостными. Мы должны наносить человеку удар по самому его больному месту, тогда у него не будет никакого выбора. Лично я к этому готов. А ты, Белок?

– А куда мне деваться? Выбор сделан…

Коша с Белком решили, что команду нужно сначала обкатать, прежде чем браться за серьезные дела. Если ребята пойдут сразу «наезжать» на бизнесменов и бандитов, то те могут дать серьезный отпор, а пацаны растеряются и потеряют боевой дух. Лучшим способом тренировки и определенной закалки, а главное – получения навыка была служба наемниками.

Вот и стали Белок с Кошей через свои связи в криминальном мире браться за выполнение «устрашающих» заказов.

К тому времени в Москве, по криминальным понятиям и криминальным раскладам, различным группировкам в качестве ликвидаторов и киллеров выгоднее было использовать так называемых наемников по вызову из провинции..

Это было удобно. В случае чего стрелки падали не на них, а на исполнителей. А во-вторых, костяк группировок оставался неприкосновенным, люди не гибли, не подставлялись. И в-третьих, была возможность «скинуть» тех же самых наемников. Выполнит задание киллер – а потом его шлепнуть. Получается двойная выгода – платить не надо и все концы в воду.

Бригаде Коши и Белка первое время пришлось проходить через такие испытания. Часто их люди выполняли задания, а потом вместо вознаграждения над ними производилась расправа. Вот тогда Белок с Кошей выходили на арену сами и лично уничтожали лидеров тех бригад, которые обманывали их боевиков.

Через полгода у бригады накопился определенный боевой опыт. Но помимо опыта Коша придавал большое значение связям с правоохранительными органами. Не случайно Сильвестр заимел высокопоставленных покровителей как на Лубянке, так и в МВД. Безусловно, для криминальных авторитетов иметь милицейских информаторов большое дело.

Всегда можно получить предупреждение в случае подготовки какой-то операции, если, конечно, информатор имеет доступ к разработке конкретной бригады.

Всегда можно получить информацию и о человеке, задержанном за перевозку оружия, а иногда можно и договориться о его освобождении за деньги. Все это достаточно широко практиковалось с начала девяностых.

Коша прекрасно знал, что многие сотрудники милиции жили не только на зарплату, а получали дополнительную «надбавку» либо от коммерсантов, либо от бандитов, которым они продавали свои услуги.

Здесь особенно помог Белок. Как бывший сотрудник СОБРа, он знал многих руоповцев, которые за деньги оказывали определенные услуги криминальному миру. Да и как может лейтенант РУОПа разъезжать на джипе стоимостью пятьдесят тысяч долларов при мизерной зарплате? Поэтому Белок и свел со многими работниками РУОПа и Главного управления внутренних дел Москвы знакомства, и те стали снабжать его определенной информацией.

На первом этапе, поскольку бригада Коши еще не «засветилась», его интересовала информация о коммерсантах и бандитах, которые были замешаны в крупных сомнительных сделках или криминальных аферах. Заработав немного денег, Коша с Белком стали активно тусоваться в ночных клубах, казино, в модных ресторанах, где бывал московский криминалитет вкупе с полукриминальными коммерсантами. Вскоре у них появились определенныные связи в том мире. Затем – новые заказы. Особенно в этом плане в услугах Коши нуждались, как ни странно, коммерсанты. Слишком часто в это время они «кидали» друг друга.

Как-то в ночном клубе Кошу познакомили с одним солидным клиентом, сотрудничество с которым сулило очень выгодные перспективы.

Алик Туманян являлся американским гражданином. Вместе со своим старшим братом он уехал из родной Армении в Штаты лет десять назад.

Однажды Коша с Белком сидели в ресторане в компании Алика Туманяна. Ресторанчик, располагавшийся в центре города, был небольшой, уютный. Музыки в нем не было. Алик специально выбрал этот ресторан, чтобы спокойно поговорить о самом главном – о будущем заказе, который должны были выполнить Коша с Белком.

После недолгого разговора на общие темы Алик взял фужер с мозельским, отпил небольшой глоток и посмотрел на своих собеседников. Коша понял, что сейчас начнется серьезный разговор.

– Дело такое, – сказал Алик, сделав небольшую паузу, будто подыскивая слова. – Пару лет назад мы с моим братом, Самвелом Туманяном, работали с одним банкиром, Артемом Овсянниковым. Так получилось, что эта гнида – только так его можно назвать, – Алик отпил вина, – нас «кинула». А мы вложили практически все наши «бабки».

– И сколько вы вложили? – спросил Коша.

– Двадцать «лимонов».

– Ого! – присвистнул Белок. – Сумма серьезная!

– Но кто же знал, пацаны? – развел руками Алик. – Работали почти год, никаких сбоев, все было нормально! Вырисовывали определенную схему контракта.

– А чем занимались? – поинтересовался Белок.

– Да всем, на чем можно сделать деньги. Помните, была такая фирма – «Русская Америка»? С ними мы закручивали бизнес. И сахаром торговали, и продуктами… Всем, чем попало. И самое главное – работали с этим Овсянниковым пятьдесят на пятьдесят: мы вкладывали «бабульки», он от начала до конца отслеживал контракт по схеме. Мы обеспечивали американскую сторону контракта или европейскую. И что обидно – все шло по нарастающей. Начинали с «лимона», потом на пятерку перешли, потом на десятку, а потом – на двадцатку. Кто бы мог подумать?..

– Короче, он тебя «кинул», – понимающе кивнул Коша.

– Обидно – столько работали, а он…

– А так и бывает, – со знанием дела сказал Коша, он хорошо знал, как «кидают» людей. – Сначала он тебе, так сказать, нарастил, завлек в ситуацию, а потом понял, что из тебя больше ничего не выжать, и обрубил концы. А вообще, какая у него официальная версия?

– В арбитраж подавал, наезд пробовал на него сделать? – поинтересовался Белок.

Алик достал пачку сигарет, закурил, медленно выпустил дым.

– Так, пытались кое-что сделать… С арбитражем, конечно, глухо. Нам его не выиграть. Там кто больше денег «задвинет», тот и выигрывает. Плюс, – Алик сделал паузу, – Артем в столице сидит, а мы за бугром. Он больше людей знает, ему и карты в руки.

– Это точно, – кивнул Белок. – А с наездами пробовал?

– Обращался к разной братве… но ничего не получилось. Этот «перец» только с охраной ездит. Причем охрана у него омоновская.

– У-у! – протянул Коша. – Это усложняет дело!

– Пацаны, но вы же люди серьезные! – сказал Алик. – Мне вас рекомендовали и сказали, что вы решаете все вопросы.

– Так что тебе от нас нужно? – спросил Коша, хотя догадывался, что ответит Алик.

– Прежде всего, хотелось свои «бабки» обратно получить. Лучше всего, чтобы этого человека кто-либо на время в гости позвал, так скажем, – Алик резко обернулся и посмотрел по сторонам. Убедившись, что в ресторанчике, кроме них, никого нет, он отпил очередной глоток мозельского и посмотрел на Кошу, словно изучая его реакцию.

Коша, постукивая по столу ножом, улыбнулся:

– Только и всего?

– Ну, если, конечно, это не подействует, тогда… – Алик пальцем провел на столе черту, что означало ликвидацию.

– Понятно, – сказал Коша и повернулся к Белку. – Что ты думаешь?

У них уже была разработана схема разговора. Белок выдержал небольшую паузу и сказал:

– ОМОН, охрана… Дело серьезное, очень непростое. Плюс твой «перец», как ты его называешь, тоже человек непростой.

– Я вам скажу, где он живет, где у него дача, с кем он кружится…

– Кстати, с кем он работает? – поинтересовался Коша.

– Есть одна бригада… Точнее, не бригада, а структура, достаточно серьезная. Возглавляет ее некий Тарас. Не знаю, фамилия это или имя. В ваших кругах он известен под кличкой Циклоп.

– А, Циклоп? Знаю, – кивнул Коша. – Это человек авторитетный.

– А живет Овсянников в поселке по Киевскому шоссе, место называется Гоголево. Там Циклоп купил несколько участков. Так что он работает с Циклопом. Хотя говорят, что он еще с кем-то деньги прокручивает.

– Понятно, – кивнул Коша. – Вопрос, сам понимаешь, нелегкий и требует достаточно серьезной подготовки и серьезных вложений. Какие твои условия, коммерсант?

– Обычно в таких случаях берут тридцать процентов, – осторожно сказал Алик, внимательно глядя на Кошу и Белка. Но, быстро поняв, что номер не пройдет, он опустил глаза и снова поднес к губам фужер.

– Нет, братан, – покачал головой Коша, – не знаю, кто на такую работу подпишется. А если и подпишется, то на полный провал… Как ты думаешь? – Коша посмотрел на Белка. Тот утвердительно кивнул головой.

– ОМОН, Циклоп… Сам понимаешь. Здесь с тридцатью процентами никак нельзя! – продолжил Коша.

– Какие ваши условия? – спросил Алик.

– Мы всегда работаем за пятьдесят процентов. Хотя здесь с тебя можно было взять и семьдесят… Слишком много риска. Ну ладно, не будем нарушать нашу традицию. Согласен на пятьдесят? Если да, то мы беремся.

Алик, помолчав немного, достал из кармана калькулятор и хотел его включить, но передумал и сказал:

– А собственно, что я считаю? Десять «лимонов» ваших получается.

– Да, десять. Плюс проценты еще с него возьмем, – уточнил Коша. – Проценты – наши целиком.

– А мне проценты?.. – нерешительно спросил Алик.

Ребята отрицательно покачали головами:

– Нет, ничего. Во-первых, неизвестно, сколько мы получим. Мы же не знаем, сколько у него денег. Может, он их уже спустил, может, сам в долгах. Расскажи нам лучше про охрану! – Белок придвинулся к Алику поближе.

– Не надо про охрану, – остановил Алика Коша. – Ты скажи нам, где банк находится. Больше ничего не нужно.

– Ну что, коммерсант, решаем вопрос? – ухмыльнулся Белок.

– Я должен с братом поговорить. Его деньги тоже там лежат.

– Сколько тебе нужно времени?

– Нисколько, – ответил Алик, доставая мобильный телефон. – Сейчас в Штаты позвоню, брата найду, и сразу решим этот вопрос. – Он взглянул на часы.

– А сколько сейчас там времени-то? – спросил Коша.

– Раннее утро. Он еще спит. Главное, чтобы мобильный был включен!

Алик быстро набрал длинный телефонный номер. Коша с Белком поглядывали по сторонам и старались понять, что задумал этот американский армянин.

Тем временем Алик громко заговорил:

– Алло, Самвел? Ты меня слышишь? Здравствуй, братишка! Как твои дела? Извини, что так рано звоню – дело неотложное! Помнишь, мы с тобой говорили про нашего друга? Есть хорошие ребята, проверенные, надежные, с хорошей репутацией. Но они берутся за пятьдесят процентов… Да, цифру я им назвал. Что думаешь?.. Нет, это ребята серьезные! Согласен или нет? Надо ответить сейчас… Понял, братишка. Целую, обнимаю. Скоро буду, увидимся!

Алик закрыл крышку телефона.

– Дай посмотреть, что за аппарат! – заинтересовался Коша.

– Да ничего особенного, обычный «Эрикссон»…

– У нас в России такого нет, – Коша стал разглядывать аппарат.

– Осторожно, не нажми кнопку, а то меня на деньги поставишь за соединение с Нью-Йорком! – улыбнулся Алик.

Коша нехотя протянул ему телефон.

– Ну что, согласен брат, – сообщил Алик.

– Прекрасно! – кивнул Коша. – Двадцать процентов предоплата, и мы начинаем работать.

– Двадцать процентов?! – Алик вытаращил глаза. – Это же очень серьезные деньги!

– А ты что думал, что мы несерьезные люди? Откуда мы знаем о твоих намерениях? Это будет гарантия.

– Ребята, но у меня с собой и денег таких нет… – развел руками Алик.

– Но у тебя есть кредитная карточка? – спросил Белок. – Я видел, ты доставал из кошелька деньги, а там их несколько – золотые, платиновые… Сними чуток лавэ, и тут же начнем работать!

Алик тяжело вздохнул:

– Я должен два дня подумать.

– Слышь, Белок, – Коша толкнул Белка локтем в бок, – на двадцать «лимонов» он может решить вопрос за одну минуту, позвонив своему брательнику! А на двадцать процентов он будет два дня думать! Мне кажется, что какое-то фуфло идет или развод! Пойдем, братишка! По-моему, мы не на того человека попали. Только надо за столик заплатить!

Коша, нахмурившись, поднялся и посмотрел на Алика. Тот быстро заговорил:

– Нет, ребята, что вы! Я согласен! Я имел в виду не подумать, а найти способ, как перевести и получить деньги.

– А что тут сложного? Есть специальная компания, «Вестерн Юнион» называется, по-моему, – сказал Коша. – Вот и переведи! Потеряешь несколько процентов, зато получишь десять «лимонов» и будешь жить на пять с плюсом через какое-то время!

– Кстати, о времени, – встрепенулся Алик. – Как долго вы будете… работать?

– Это, братишка, не от нас зависит. Но могу точно сказать – тема очень хорошая. Мы же как бы в доле, тоже хотим десяточку побыстрее получить! Ну что, по рукам?

– По рукам, – улыбнулся Алик. – За это надо выпить!

– Давай, – кивнул Коша. – Только я ничего, кроме минералки, не пью.

– Что, в завязке, что ли?

– Нет, по жизни… Все время голова светлая и руки крепкие должны быть.

– А ты? – Алик обратился к Белку.

– Нет, почему? Я могу…

– Он тоже в завязке, – оборвал Белка Коша. – Он тоже ничего не пьет.

Посидели еще некоторое время, потом расплатились и вышли из ресторана на улицу.

Усевшись в припаркованный неподалеку «Мерседес», Белок спросил у Коши:

– Ну, что ты думаешь?

– Не так легко этого «перца» будет взять… Я покруче придумал! Мы с тобой сначала этого армяшку похитим, с братика деньги скачаем, а потом уже и «перца» возьмем.. Только делиться с армяшкой не будем. Думаю, тридцаточку мы с тобой в ближайшее время заработаем! – усмехнулся Коша.

– Ну ты даешь! Так вот почему ты у него аппаратик-то взял?

– Конечно, я же сразу проверил! Телефончик Самвела я запомнил, – Коша достал из бардачка листок бумаги и записал телефонный номер. – Так что когда за «бабульками» поедем, армяшку этого и прихватим! Надо будет местечко надежное найти.

– Может, квартиру снимем?

– Нет, никакой квартиры не надо. Нужно наших пацанов «зарядить», чтобы сняли коттедж с бассейном. И чтобы подвальчик был обязательно, пусть там эта гнида кричит, и слышно все равно ничего не будет.

– А с «перцем» как будем?

– С этим посложнее. То же самое – надо снять коттедж, желательно по Киевке. Я уже разработал схему.

– А если омоновцы?

– А это уже, братишка, по твоей части! – усмехнулся Коша. – Короче, у меня такой планчик. Сначала пацанов посадим, пусть покатаются за Овсянниковым, посмотрят, где он бывает, что и как. Потом доложат по местам. А потом посмотрим, в каком месте его лучше прихватить.

– Здорово! – восхитился Белок. – Коша, ты прямо академик! Ну, криминальных наук, конечно…

– Ладно тебе, братишка! Все крупные деньги – криминальные, так что… Я – академик по зарабатыванию денег. А в криминал, сам понимаешь, мне не очень хочется. Я не романтик этого дела.

– А кто романтик-то? Воры только всякие, старой формации.

– Мне кажется, что с этим делом тоже все закончено. Все сейчас в бизнесе. А деньги, как тебе известно, не пахнут.

– Точно говоришь!

Неожиданно зазвонил телефон. Коша взял трубку. Он услышал голос одного из своих бригадиров – Миши Звонкова по кличке Звонок.

– Слушай, тут такое дело, – доложил Миша. – Помнишь, был один киллер, который из тюрьмы сбежал?

– Ну, помню. А чего ты по трубе об этом говоришь, в открытую? Ты что, опять напился?

– Нет, Коша, тут дело серьезное! Короче, мы отдыхаем сейчас в одном казино. Он тут с нами сидит!

– Да ты что?!

– Короче, он с тобой встретиться хочет.

– Зачем? – строго спросил Коша. – Что, меня «заказали», что ли?

– Коша, ты что «ерша» гонишь? – хмыкнул Звонок. – Если бы тебя «заказали», зачем ему тогда с тобой встречаться? Шлепнул бы тебя, и все дела!

– Ты, это, Звонок, чего «пургу» гонишь? За «базаром» следи! – строго сказал Коша.

– Прости, «папа»! Это просто от волнения. Дело выгодное. У него к нам предложение есть.

– Задержи тогда этого артиста. А мы сейчас подъедем. В каком казино сидите?

– Недалеко от парка Горького.

– Понял тебя!

Коша знал, что это «парк Горького» означает казино, которое было им хорошо известно.

Брифинг ГУБОПа

В конце года, в декабре, ГУБОП провел брифинг по «ворам в законе». На нем сообщалось, что в столице действуют около двухсот «воров в законе». В основном они контролируют ресторанный и игорный бизнес, проституцию и рынки. В настоящее время пятьдесят воров сидят в зоне, четверо числятся в розыске.

Московская прокуратура 16 октября закончила следствие по делу одной из самых кровавых российских преступных группировок ореховской (лидеры ореховских Буторин (Ося) Олег Пылев (Саныч) и Гриня). Более десяти человек обвинялись в организации преступного сообщества, бандитизме и убийствах. От их рук гибли криминальные авторитеты, бизнесмены и «соратники». Следователям стали известны шокирующие подробности «ликвидации» знаменитого киллера Александра Солоника. В настоящее время более десяти ореховских, среди которых Александр Пустовалов (по кличке Саша Солдат), Олег Пылев (Саныч), Андрей Гусев и Сергей Махалин, знакомятся с материалами уголовного дела. Прежде всего их обвиняют в целой серии заказных убийств.

Могущественная преступная группировка начала свою деятельность еще в конце 80-х годов.

Тогда разрозненные преступные группировки Москвы объединил тракторист из Новгородской области и будущий криминальный «генерал» Сергей Тимофеев по кличке Сильвестр. Под его руководством ореховские быстро достигли успеха и вскоре стали контролировать юг и юго-запад Москвы. Сильвестр одним из первых догадался вкладывать «заработанные» таким образом сотни миллионов долларов в легальный бизнес.

Ореховские участвовали в приватизации предприятий на Урале, контролировали половину крупных коммерческих банков Москвы, открывали магазины, рестораны, спортивные залы.

После гибели Сильвестра (1994 г.), по мнению оперативников, С. Буторин (Ося) возглавил одну из крупных бригад ореховских. Ося старался привлечь в бригаду профессиональных военных и бывших сотрудников спецслужб. В его группировку вошли бывший спецназовец А. Пустовалов по кличке Саша Солдат и другие. Ореховские тесно сотрудничали с бригадой из Медведкова. В бригаде ореховских существовали жесткие законы. В частности, ее лидеры были помешаны на здоровом образе жизни.

Подробности убийства Солоника

Следователям удалось раскрыть подробности ликвидации киллера Солоника. По их мнению, в конце 1996 года Ося начал опасаться, что активно разыскиваемый и много знающий Солоник, который скрывался в Греции, в случае поимки начнет рассказывать о «заказах». Тогда Ося принял решение устранить Сашу Македонского и отправил к нему бригаду «чистильщиков» – Александра Шарапова, Александра Пустовалова и Андрея Гусева. «Чистильщики» поселились на шикарной вилле, находившейся неподалеку от дома, где Солоник жил вместе с подругой Светланой Котовой (победительницей конкурса «Мисс Мира» – 96). Чтобы не вызвать опасений, к Солонику пошел имевший с ним хорошие отношения Саша Солдат. Пустовалов пригласил Солоника на следующий день «отдохнуть в городе». Ничего не подозревавший Солоник согласился и ночью заехал вместе с Котовой на виллу к ореховским. Они предложили ему выпить. Во время непринужденной беседы Гусев неожиданно сбил Солоника с ног. Затем Гусев и Шарапов держали Солоника за руки и ноги, а Саша Солдат набросил ему на шею веревку и долго душил. После этого Пустовалов убил подругу киллера, сломав ей подъязычные кости, а затем расчленил труп. Тело Солоника бандиты вывезли в лесистую местность и там закопали. Останки Котовой бросили в заранее выкопанную яму в другом месте.

Тело Солоника нашли благодаря схеме, которую кто-то (скорее всего, сами ореховские) подкинул рубоповцам, находившимся в те дни в Греции. Позже пошли слухи, что Саша Македонский на самом деле жив.

– Этот вопрос закрыт, – утверждает один из следователей управления по борьбе с бандитизмом прокуратуры Москвы. – Проведены все необходимые экспертизы, в том числе и генетические. Убитый в Греции – Солоник.

Аресты ореховских начались после того, как в 1998 году они убили следователя Одинцовской военной прокуратуры Юрия Керезя. Сперва арестовали 13 человек, год спустя – еще 10. Всех обвинили в убийствах (следователи уверяют, что уже доказано 30 эпизодов) и бандитизме.

В 2002 году в Мосгорсуде началось слушание уголовного дела в отношении ранее задержанных 13 ореховских, которые обвиняются в совершении 28 убийств.

На суде ореховцы сразу поняли, что рассчитывать на снихождение суда у них нет никакой надежды. Поэтому они вели себя на суде крайне вызывающе – оскорбляя нецензурными словами прокурора в зале суда и проявляя полное безразличие к ходу процесса. Все они были осуждены к длительнм срокам.

Но их лидеру Сергею Буторину (Ося) после арестов членов его бригады в 1999 году удалось скрыться в Испании. В 2001 году он был арестован испанской полицией за хранение оружия и незаконное пересечение границы. Испанский суд приговорил его к восьми годам лишения свободы. После отбытия срока в испанской тюрьме Ося, по всей видимости, будет экстрадирован в Россию, где его будут судить за совершенные здесь убийства.

В декабре испанские власти все же выдали на время суда Сергея Буторина в Москву.

Ореховские

Штаб-квартирой, где собиралась бригада Двоечника, был небольшой пивной бар с бильярдной на Елецкой улице. Так получилось, что Елецкую улицу с самого начала «забила» бригада Двоечника.

Ровно в полдень около бильярдной припарковалось несколько машин, в основном отечественного производства – «девятки», «восьмерки», «семерки». Были и подержанные иномарки. Многие пацаны из бригады Двоечника уже сидели на втором этаже, когда Стас поднялся в бильярдную.

Кто-то гонял шары на столах, но, как только появился Двоечник, все сразу отложили игру, оборвали разговоры и уселись за стол. Двоечник подошел к каждому и поздоровался за руку.

– Ну что, пацаны… Вчера все собирались на стрелку, – начал он, – и пытались… Да что зря базарить, – он махнул рукой, – что мы там пытались! Короче, тема такая: как жить будем дальше?

– В каком смысле? – раздались голоса.

– Тут война намечается. Теперь каждый за себя. – И Двоечник коротко обрисовал картину вчерашнего разговора с точек зрения разных бригадиров. В конце он рассказал о том, что вчера «завалили» Культика. Подводя итог, Двоечник снова спросил: – Что вы думаете, пацаны, как жить будем?

Он посмотрел на Стаса. Тот отлично знал такой взгляд своего шефа и понял, что именно ему нужно начать разговор.

– А чего тут думать? – начал он. Все пацаны посмотрели на него. – Нужно жить по одной формуле: нам чужого не нужно, но и своего не отдадим!

– Конкретно сказал, правильно! – разом заговорили ребята.

– Правильно-то правильно, – сказал Двоечник, – только единственное, как определить, что наше, а что не наше? Боюсь, что многие считают своим то, что мы считаем принадлежащим нам. Дело в том, что при Сильвестре все было общим. Мы имели определенный процент с наших точек.

– Так пускай эти точки нашими и останутся! – предложил Дэн.

– А насчет тебя – отдельный разговор! – прервал его Двоечник. – Ты куда вчера с волынами пропал?

– Я же Стасу говорил – батарейки разрядились…

– А перезвонить никак не мог?

– А зачем звонить? Я как-то не подумал…

Неожиданно зазвонил мобильный Двоечника. Он вынул из кармана свою серую «Моторолу».

– Да! Здорово, братан! Зачем? О чем базар-то?.. Хорошо, будем.

Сунув телефон обратно в карман, он обратился к ребятам:

– Пацаны, пока мы с вами базарили, нам уже стрелку забили. Люди Фонаря.

– Фонаря? – переспросил Стас. Он прекрасно знал, что Фонарь – это бригадир соседей бригады, которая контролировала все коммерческие структуры рядом с «хозяйством» Двоечника.

– Значит, так, – решил Двоечник, – на стрелку с Фонарем поедет… – и он посмотрел на ребят, выбирая среди них нужные кандидатуры. Тринадцать человек, склонив головы, затаились.

– Поедут Стас и Дэн. Гарик – за рулем.

Приказы Двоечника никогда не обсуждались. Кого он назначал, тот их и выполнял. Никто никогда не отказывался.

– Старший – Стас, – ткнул пальцем Двоечник в сторону своего телохранителя и «правой руки» и продолжил: – Там разговор будет. Они хотят перетереть по поводу автосервиса на Елецкой. Ты историю этого вопроса знаешь, – он вновь посмотрел на Стаса. – Сервис никому не отдавать! Если долю хотят – пусть вкладывают или дают что-то на обмен. И вообще, Стас, не выступай там! Фонарь – человек резкий, непредсказуемый, жестокий. Так что пусть Дэн тебя подстрахует. – Двоечник намекал на то, что Дэну нужно взять с собой оружие. – Гарик на связи в машине. Все, пацаны, идите готовьтесь. Стрелка у вас, – Двоечник взглянул на часы, – через сорок минут.

– А где стрелка-то? – спросил Дэн.

– Спроси у своего старшего, – ухмыльнулся Двоечник.

Стас прекрасно понял, что вопрос Дэна был неуместным. Стрелка должна была проходить в том месте, о котором шла речь, то есть у автосервиса, находившегося рядом с залом игральных автоматов, на той же Елецкой улице.

Через несколько минут Стас, Дэн и Гарик покинули бар.

Шли молча.

– У тебя волыны где? – спросил Стас.

– В машине, в багажнике спрятаны, – ответил Дэн.

Подготовка к стрелке заняла не более двадцати минут. Стасом таких стрелок было проведено достаточно много. Все они кончались по-разному – иногда мирно, ограничиваясь коротким разговором, а иногда и кровью. Были перестрелки, взрывы, разборки с участием «господина Калашникова», как Стас называл автомат. Так что он считался опытным переговорщиком. Но сегодня было другое.

Стрелка была назначена со своими бывшими друзьями, коллегами, теми, кто входил в многочисленную империю Сильвестра. Тот же Фонарь с его многочисленными недостатками и скверным характером был своим. Но вопрос, который ставился теперь, уже не принадлежал к категории «своих» – о разделе сфер интересов. А тут уже не может быть своих и чужих. Все – наше, общаковское. В бригаде тринадцать человек, и они всем этим владеют. А остальные – чужие.

Стас внутренне готовил себя к разговору с Фонарем. Главное – не заводиться, не давать этому беспредельщику никакого повода и следить за своей речью, чтобы Фонарь потом не поставил предъяву за оскорбление.

Вскоре машина медленно подкатила к автосервису. Автосервис – слишком громкое название. На самом деле – несколько металлических гаражей, объединенных в одно большое помещение. В свое время этим владел крупный криминальный авторитет. Теперь за него отвечала бригада Двоечника.

Остановившись поодаль, Стас осмотрелся. Никаких незнакомых машин он не заметил. Слесари, работавшие в автосервисе, ремонтировали автомобили. Кто-то сидел у гаража и курил. Стас понял, что он приехал первым. Вскоре появилась темно-синяя «семерка» – «БМВ» с затемненными стеклами. Приветливо мигнули фары. Все, приехали…

– Дэн, ты со мной, – коротко произнес Стас.

Дэн кивнул и показал на свой живот, где под курткой был спрятан пистолет «ТТ».

– А ты, Гарик, оставайся в машине и будь на связи.

Гарик, молодой парень лет двадцати, также кивнул и похлопал себя по куртке, где также был спрятан «ствол».

Стас с Дэном медленно вышли из машины и направились в сторону «БМВ».

Из «семерки» появилась крупная фигура бригадира Фонаря. Ростом он был около метра восьмидесяти, широкие плечи, мощная шея, круглое лицо. В прошлом Фонарь занимался боксом, поэтому нос его был перебит. Вдобавок Фонарь был контужен взрывом и более четырех месяцев провалялся в больнице. После этого, как говорили, у него «поехала крыша» и он совсем свихнулся – чуть что, хватался за «ствол» и палил без раздумий. Одно время Сильвестр даже отстранил его от бригадирства, сказал, что сначала нужно вылечиться. Но после гибели Сильвестра Фонарь каким-то образом снова стал бригадиром в своей бригаде. Пацаны боялись его жестокого и бескомпромиссного характера.

Стас не боялся Фонаря, но все же старался остерегаться, поэтому всегда разговаривал с ним осторожно.

Подойдя вплотную, Стас приветливо кивнул, приветствуя Фонаря.

– Здорово, Стас! – ответил Фонарь. – А что, Двоечник не приехал?

– У него дела, – коротко произнес Стас, – важные. Так что, если ты не возражаешь, тему со мной перетрем.

– Я не возражаю, – сказал Фонарь и неожиданно похлопал по плечу Стаса.

Тот насторожился. Может, это условный знак? Немного позади фонаря стоял какой-то верзила. Раньше Стас его не видел. Посмотрев на парня, он обратился к Фонарю:

– А что, у тебя новые люди появились?

– Да, команда расширяется, многие хотят работать со мной, – не без гордости сказал Фонарь. – Пацанов набрал крепких, надежных, из подмосковного Видного. Ребята нормальные, а главное – проверенные. В общем, Стас, здесь такая канитель… Этот автосервис и зал игровых автоматов, который рядом находится… Короче, пацаны наши решили, что это как бы наша территория. Мы, конечно, понимаем, что мы с вами рядом находимся, так что процентов тридцать мы вам будем присылать ежемесячно, – подвел итог разговора Фонарь.

«Ничего себе стрелочка! – подумал Стас. – Уже все за нас решено!»

– Слышь, Фонарь, – неожиданно сказал он. – Чего-то ты какую-то непонятку гонишь! Какие тридцать процентов? Я знаю, что наши пацаны и сам Двоечник придерживаются другого мнения. Здесь наша тема! Мы пацана похоронили после разборки по сервису и по игральным автоматам, а ты нам какие-то тридцать процентов хочешь присылать! Все это нам слишком тяжело досталось.

– Какой пацан? Какая разборка? Не понял тебя, брат! – делано удивился Фонарь.

– А ты вспомни девяносто третий год, как мы Моню завалили по этой теме.

– Я что-то не в курсах… – Фонарь сунул руку в карман.

Стас насторожился. Неужели он сейчас вытащит волыну и начнет палить?..

После Витохи

После убийства Витохи ореховская группировка утратила внутреннее единство. Сейчас она делится на два невраждебных друг другу лагеря. В каждом из них действует несколько вполне автономных банд.

Бригадами до недавнего времени руководили «авторитеты» нового поколения. Например, тридцатисемилетний главарь по кличке Торпеда, имеющий безупречную анкету – ни одной судимости.

Другой главарь, по кличке Полковник, четырежды судим, но занимает весьма респектабельное место в нынешнем обществе: преуспевающий коммерсант, владелец сети магазинов.

«Идеологических» противоречий между «авторитетами» нет; оба отрицают воровскую иерархию и жизнь «по понятиям», оба признают единственный аргумент – взведенный курок. Но борьба за власть и сферы влияния регулярно разводит партнеров по разные стороны баррикад.

У каждого главаря под началом около тридцати активных боевиков. Резерв аморфен и нестабилен. Рекрутировать новобранцев приходится из особой категории молодежи – наркоманов. В период ломки за дозу те готовы на все.

Завлекать новичков практически нечем. Финансовый кризис 1998 года существенно сузил былое влияние бригады. Так, из-под контроля группировки в последние месяцы выпал некогда самый лакомый кусочек – оптовые рынки. Бывший Клондайк столицы терпит натуральное бедствие, некоторые рынки не в силах даже платить за аренду помещений.

Взаимоотношения внутри бригады обострились до предела. Даже одна неучтенная проститутка может послужить поводом для крупной стычки. Междоусобные разборки из-за сфер влияния происходят как минимум раз в месяц. После каждой разборки милиция подбирает брошенное боевиками оружие и три-четыре трупа.

Чем больше крови проливает группировка, тем набожнее становятся те, кому пока еще удалось выжить. Многие ореховские боевики по-своему усвоили библейскую заповедь. В их интерпретации она звучит примерно так: «Не убивай, и тебя тоже не убьют».

Через несколько дней они вернулись в Москву. За это время был составлен план работы. Он состоял из нескольких пунктов: необходимо было найти надежных людей, купить оружие, технику и подготовить список тех, на кого нужно было первоначально «наезжать». На выполнение этих пунктов ушло около трех месяцев.

Людьми в основном занимался Белок. Он часто разъезжал по небольшим военным городкам, находящимся в Подмосковье.

Вскоре в составе бригады уже было двенадцать, затем четырнадцать, а потом шестнадцать человек. Белок взял на себя и оружие. В воинских частях, откуда были набраны в бригаду прапорщики, он сумел законтачить с офицерами, которые отвечали за оружие. Что-то купил у ребят, которые привозили оружие из Чечни. Затем они вышли на команду, которая занималась контрабандой оружия из Приднестровья.

Первое время в бригаде имелись всего две автомашины. Под штаб-квартиру облюбовали одно тихое кафе. Теперь нужно было составлять список потенциальных клиентов, с которых можно получать деньги. С этим было сложнее. За список отвечал Коша.

Коша стал сосредоточенно вспоминать всех своих знакомых боевиков, бригадиров, коммерсантов, с которыми раньше работал Сильвестр. Кое-какой список вырисовался. Затем Белок через свои связи «пробил» этих людей. Треть из них были убиты, но остальные живы и здоровы. Некоторые из них, правда, поменяли место жительства, а некоторые – даже фамилии. Но их поиск – дело техники и времени.

Теперь нужно было разработать концепцию будущей программы. Она заключалась в том, что именно они – наследники Сильвестра. А в свое время Сильвестр когда-то вложил в бизнесменов деньги, а они теперь пришли получить эти деньги.

– А если нам не поверят и просто-напросто пошлют? – сомневался Белок.

– Вот тогда мы будем проводить силовые акции, – ответил Коша. – Акции должны быть безжалостными. Мы должны наносить человеку удар по самому его больному месту, тогда у него не будет никакого выбора. Лично я к этому готов. А ты, Белок?

– А куда мне деваться? Выбор сделан…

Коша с Белком решили, что команду нужно сначала обкатать, прежде чем браться за серьезные дела. Если ребята пойдут сразу «наезжать» на бизнесменов и бандитов, то те могут дать серьезный отпор, а пацаны растеряются и потеряют боевой дух. Лучшим способом тренировки и определенной закалки, а главное – получения навыка была служба наемниками.

Вот и стали Белок с Кошей через свои связи в криминальном мире браться за выполнение «устрашающих» заказов.

К тому времени в Москве, по криминальным понятиям и криминальным раскладам, различным группировкам в качестве ликвидаторов и киллеров выгоднее было использовать так называемых наемников по вызову из провинции..

Это было удобно. В случае чего стрелки падали не на них, а на исполнителей. А во-вторых, костяк группировок оставался неприкосновенным, люди не гибли, не подставлялись. И в-третьих, была возможность «скинуть» тех же самых наемников. Выполнит задание киллер – а потом его шлепнуть. Получается двойная выгода – платить не надо и все концы в воду.

Бригаде Коши и Белка первое время пришлось проходить через такие испытания. Часто их люди выполняли задания, а потом вместо вознаграждения над ними производилась расправа. Вот тогда Белок с Кошей выходили на арену сами и лично уничтожали лидеров тех бригад, которые обманывали их боевиков.

Через полгода у бригады накопился определенный боевой опыт. Но помимо опыта Коша придавал большое значение связям с правоохранительными органами. Не случайно Сильвестр заимел высокопоставленных покровителей как на Лубянке, так и в МВД. Безусловно, для криминальных авторитетов иметь милицейских информаторов большое дело.

Всегда можно получить предупреждение в случае подготовки какой-то операции, если, конечно, информатор имеет доступ к разработке конкретной бригады.

Всегда можно получить информацию и о человеке, задержанном за перевозку оружия, а иногда можно и договориться о его освобождении за деньги. Все это достаточно широко практиковалось с начала девяностых.

Коша прекрасно знал, что многие сотрудники милиции жили не только на зарплату, а получали дополнительную «надбавку» либо от коммерсантов, либо от бандитов, которым они продавали свои услуги.

Здесь особенно помог Белок. Как бывший сотрудник СОБРа, он знал многих руоповцев, которые за деньги оказывали определенные услуги криминальному миру. Да и как может лейтенант РУОПа разъезжать на джипе стоимостью пятьдесят тысяч долларов при мизерной зарплате? Поэтому Белок и свел со многими работниками РУОПа и Главного управления внутренних дел Москвы знакомства, и те стали снабжать его определенной информацией.

На первом этапе, поскольку бригада Коши еще не «засветилась», его интересовала информация о коммерсантах и бандитах, которые были замешаны в крупных сомнительных сделках или криминальных аферах. Заработав немного денег, Коша с Белком стали активно тусоваться в ночных клубах, казино, в модных ресторанах, где бывал московский криминалитет вкупе с полукриминальными коммерсантами. Вскоре у них появились определенныные связи в том мире. Затем – новые заказы. Особенно в этом плане в услугах Коши нуждались, как ни странно, коммерсанты. Слишком часто в это время они «кидали» друг друга.

Как-то в ночном клубе Кошу познакомили с одним солидным клиентом, сотрудничество с которым сулило очень выгодные перспективы.

Алик Туманян являлся американским гражданином. Вместе со своим старшим братом он уехал из родной Армении в Штаты лет десять назад.

Однажды Коша с Белком сидели в ресторане в компании Алика Туманяна. Ресторанчик, располагавшийся в центре города, был небольшой, уютный. Музыки в нем не было. Алик специально выбрал этот ресторан, чтобы спокойно поговорить о самом главном – о будущем заказе, который должны были выполнить Коша с Белком.

После недолгого разговора на общие темы Алик взял фужер с мозельским, отпил небольшой глоток и посмотрел на своих собеседников. Коша понял, что сейчас начнется серьезный разговор.

– Дело такое, – сказал Алик, сделав небольшую паузу, будто подыскивая слова. – Пару лет назад мы с моим братом, Самвелом Туманяном, работали с одним банкиром, Артемом Овсянниковым. Так получилось, что эта гнида – только так его можно назвать, – Алик отпил вина, – нас «кинула». А мы вложили практически все наши «бабки».

– И сколько вы вложили? – спросил Коша.

– Двадцать «лимонов».

– Ого! – присвистнул Белок. – Сумма серьезная!

– Но кто же знал, пацаны? – развел руками Алик. – Работали почти год, никаких сбоев, все было нормально! Вырисовывали определенную схему контракта.

– А чем занимались? – поинтересовался Белок.

– Да всем, на чем можно сделать деньги. Помните, была такая фирма – «Русская Америка»? С ними мы закручивали бизнес. И сахаром торговали, и продуктами… Всем, чем попало. И самое главное – работали с этим Овсянниковым пятьдесят на пятьдесят: мы вкладывали «бабульки», он от начала до конца отслеживал контракт по схеме. Мы обеспечивали американскую сторону контракта или европейскую. И что обидно – все шло по нарастающей. Начинали с «лимона», потом на пятерку перешли, потом на десятку, а потом – на двадцатку. Кто бы мог подумать?..

– Короче, он тебя «кинул», – понимающе кивнул Коша.

– Обидно – столько работали, а он…

– А так и бывает, – со знанием дела сказал Коша, он хорошо знал, как «кидают» людей. – Сначала он тебе, так сказать, нарастил, завлек в ситуацию, а потом понял, что из тебя больше ничего не выжать, и обрубил концы. А вообще, какая у него официальная версия?

– В арбитраж подавал, наезд пробовал на него сделать? – поинтересовался Белок.

Алик достал пачку сигарет, закурил, медленно выпустил дым.

– Так, пытались кое-что сделать… С арбитражем, конечно, глухо. Нам его не выиграть. Там кто больше денег «задвинет», тот и выигрывает. Плюс, – Алик сделал паузу, – Артем в столице сидит, а мы за бугром. Он больше людей знает, ему и карты в руки.

– Это точно, – кивнул Белок. – А с наездами пробовал?

– Обращался к разной братве… но ничего не получилось. Этот «перец» только с охраной ездит. Причем охрана у него омоновская.

– У-у! – протянул Коша. – Это усложняет дело!

– Пацаны, но вы же люди серьезные! – сказал Алик. – Мне вас рекомендовали и сказали, что вы решаете все вопросы.

– Так что тебе от нас нужно? – спросил Коша, хотя догадывался, что ответит Алик.

– Прежде всего, хотелось свои «бабки» обратно получить. Лучше всего, чтобы этого человека кто-либо на время в гости позвал, так скажем, – Алик резко обернулся и посмотрел по сторонам. Убедившись, что в ресторанчике, кроме них, никого нет, он отпил очередной глоток мозельского и посмотрел на Кошу, словно изучая его реакцию.

Коша, постукивая по столу ножом, улыбнулся:

– Только и всего?

– Ну, если, конечно, это не подействует, тогда… – Алик пальцем провел на столе черту, что означало ликвидацию.

– Понятно, – сказал Коша и повернулся к Белку. – Что ты думаешь?

У них уже была разработана схема разговора. Белок выдержал небольшую паузу и сказал:

– ОМОН, охрана… Дело серьезное, очень непростое. Плюс твой «перец», как ты его называешь, тоже человек непростой.

– Я вам скажу, где он живет, где у него дача, с кем он кружится…

– Кстати, с кем он работает? – поинтересовался Коша.

– Есть одна бригада… Точнее, не бригада, а структура, достаточно серьезная. Возглавляет ее некий Тарас. Не знаю, фамилия это или имя. В ваших кругах он известен под кличкой Циклоп.

– А, Циклоп? Знаю, – кивнул Коша. – Это человек авторитетный.

– А живет Овсянников в поселке по Киевскому шоссе, место называется Гоголево. Там Циклоп купил несколько участков. Так что он работает с Циклопом. Хотя говорят, что он еще с кем-то деньги прокручивает.

– Понятно, – кивнул Коша. – Вопрос, сам понимаешь, нелегкий и требует достаточно серьезной подготовки и серьезных вложений. Какие твои условия, коммерсант?

– Обычно в таких случаях берут тридцать процентов, – осторожно сказал Алик, внимательно глядя на Кошу и Белка. Но, быстро поняв, что номер не пройдет, он опустил глаза и снова поднес к губам фужер.

– Нет, братан, – покачал головой Коша, – не знаю, кто на такую работу подпишется. А если и подпишется, то на полный провал… Как ты думаешь? – Коша посмотрел на Белка. Тот утвердительно кивнул головой.

– ОМОН, Циклоп… Сам понимаешь. Здесь с тридцатью процентами никак нельзя! – продолжил Коша.

– Какие ваши условия? – спросил Алик.

– Мы всегда работаем за пятьдесят процентов. Хотя здесь с тебя можно было взять и семьдесят… Слишком много риска. Ну ладно, не будем нарушать нашу традицию. Согласен на пятьдесят? Если да, то мы беремся.

Алик, помолчав немного, достал из кармана калькулятор и хотел его включить, но передумал и сказал:

– А собственно, что я считаю? Десять «лимонов» ваших получается.

– Да, десять. Плюс проценты еще с него возьмем, – уточнил Коша. – Проценты – наши целиком.

– А мне проценты?.. – нерешительно спросил Алик.

Ребята отрицательно покачали головами:

– Нет, ничего. Во-первых, неизвестно, сколько мы получим. Мы же не знаем, сколько у него денег. Может, он их уже спустил, может, сам в долгах. Расскажи нам лучше про охрану! – Белок придвинулся к Алику поближе.

– Не надо про охрану, – остановил Алика Коша. – Ты скажи нам, где банк находится. Больше ничего не нужно.

– Ну что, коммерсант, решаем вопрос? – ухмыльнулся Белок.

– Я должен с братом поговорить. Его деньги тоже там лежат.

– Сколько тебе нужно времени?

– Нисколько, – ответил Алик, доставая мобильный телефон. – Сейчас в Штаты позвоню, брата найду, и сразу решим этот вопрос. – Он взглянул на часы.

– А сколько сейчас там времени-то? – спросил Коша.

– Раннее утро. Он еще спит. Главное, чтобы мобильный был включен!

Алик быстро набрал длинный телефонный номер. Коша с Белком поглядывали по сторонам и старались понять, что задумал этот американский армянин.

Тем временем Алик громко заговорил:

– Алло, Самвел? Ты меня слышишь? Здравствуй, братишка! Как твои дела? Извини, что так рано звоню – дело неотложное! Помнишь, мы с тобой говорили про нашего друга? Есть хорошие ребята, проверенные, надежные, с хорошей репутацией. Но они берутся за пятьдесят процентов… Да, цифру я им назвал. Что думаешь?.. Нет, это ребята серьезные! Согласен или нет? Надо ответить сейчас… Понял, братишка. Целую, обнимаю. Скоро буду, увидимся!

Алик закрыл крышку телефона.

– Дай посмотреть, что за аппарат! – заинтересовался Коша.

– Да ничего особенного, обычный «Эрикссон»…

– У нас в России такого нет, – Коша стал разглядывать аппарат.

– Осторожно, не нажми кнопку, а то меня на деньги поставишь за соединение с Нью-Йорком! – улыбнулся Алик.

Коша нехотя протянул ему телефон.

– Ну что, согласен брат, – сообщил Алик.

– Прекрасно! – кивнул Коша. – Двадцать процентов предоплата, и мы начинаем работать.

– Двадцать процентов?! – Алик вытаращил глаза. – Это же очень серьезные деньги!

– А ты что думал, что мы несерьезные люди? Откуда мы знаем о твоих намерениях? Это будет гарантия.

– Ребята, но у меня с собой и денег таких нет… – развел руками Алик.

– Но у тебя есть кредитная карточка? – спросил Белок. – Я видел, ты доставал из кошелька деньги, а там их несколько – золотые, платиновые… Сними чуток лавэ, и тут же начнем работать!

Алик тяжело вздохнул:

– Я должен два дня подумать.

– Слышь, Белок, – Коша толкнул Белка локтем в бок, – на двадцать «лимонов» он может решить вопрос за одну минуту, позвонив своему брательнику! А на двадцать процентов он будет два дня думать! Мне кажется, что какое-то фуфло идет или развод! Пойдем, братишка! По-моему, мы не на того человека попали. Только надо за столик заплатить!

Коша, нахмурившись, поднялся и посмотрел на Алика. Тот быстро заговорил:

– Нет, ребята, что вы! Я согласен! Я имел в виду не подумать, а найти способ, как перевести и получить деньги.

– А что тут сложного? Есть специальная компания, «Вестерн Юнион» называется, по-моему, – сказал Коша. – Вот и переведи! Потеряешь несколько процентов, зато получишь десять «лимонов» и будешь жить на пять с плюсом через какое-то время!

– Кстати, о времени, – встрепенулся Алик. – Как долго вы будете… работать?

– Это, братишка, не от нас зависит. Но могу точно сказать – тема очень хорошая. Мы же как бы в доле, тоже хотим десяточку побыстрее получить! Ну что, по рукам?

– По рукам, – улыбнулся Алик. – За это надо выпить!

– Давай, – кивнул Коша. – Только я ничего, кроме минералки, не пью.

– Что, в завязке, что ли?

– Нет, по жизни… Все время голова светлая и руки крепкие должны быть.

– А ты? – Алик обратился к Белку.

– Нет, почему? Я могу…

– Он тоже в завязке, – оборвал Белка Коша. – Он тоже ничего не пьет.

Посидели еще некоторое время, потом расплатились и вышли из ресторана на улицу.

Усевшись в припаркованный неподалеку «Мерседес», Белок спросил у Коши:

– Ну, что ты думаешь?

– Не так легко этого «перца» будет взять… Я покруче придумал! Мы с тобой сначала этого армяшку похитим, с братика деньги скачаем, а потом уже и «перца» возьмем.. Только делиться с армяшкой не будем. Думаю, тридцаточку мы с тобой в ближайшее время заработаем! – усмехнулся Коша.

– Ну ты даешь! Так вот почему ты у него аппаратик-то взял?

– Конечно, я же сразу проверил! Телефончик Самвела я запомнил, – Коша достал из бардачка листок бумаги и записал телефонный номер. – Так что когда за «бабульками» поедем, армяшку этого и прихватим! Надо будет местечко надежное найти.

– Может, квартиру снимем?

– Нет, никакой квартиры не надо. Нужно наших пацанов «зарядить», чтобы сняли коттедж с бассейном. И чтобы подвальчик был обязательно, пусть там эта гнида кричит, и слышно все равно ничего не будет.

– А с «перцем» как будем?

– С этим посложнее. То же самое – надо снять коттедж, желательно по Киевке. Я уже разработал схему.

– А если омоновцы?

– А это уже, братишка, по твоей части! – усмехнулся Коша. – Короче, у меня такой планчик. Сначала пацанов посадим, пусть покатаются за Овсянниковым, посмотрят, где он бывает, что и как. Потом доложат по местам. А потом посмотрим, в каком месте его лучше прихватить.

– Здорово! – восхитился Белок. – Коша, ты прямо академик! Ну, криминальных наук, конечно…

– Ладно тебе, братишка! Все крупные деньги – криминальные, так что… Я – академик по зарабатыванию денег. А в криминал, сам понимаешь, мне не очень хочется. Я не романтик этого дела.

– А кто романтик-то? Воры только всякие, старой формации.

– Мне кажется, что с этим делом тоже все закончено. Все сейчас в бизнесе. А деньги, как тебе известно, не пахнут.

– Точно говоришь!

Неожиданно зазвонил телефон. Коша взял трубку. Он услышал голос одного из своих бригадиров – Миши Звонкова по кличке Звонок.

– Слушай, тут такое дело, – доложил Миша. – Помнишь, был один киллер, который из тюрьмы сбежал?

– Ну, помню. А чего ты по трубе об этом говоришь, в открытую? Ты что, опять напился?

– Нет, Коша, тут дело серьезное! Короче, мы отдыхаем сейчас в одном казино. Он тут с нами сидит!

– Да ты что?!

– Короче, он с тобой встретиться хочет.

– Зачем? – строго спросил Коша. – Что, меня «заказали», что ли?

– Коша, ты что «ерша» гонишь? – хмыкнул Звонок. – Если бы тебя «заказали», зачем ему тогда с тобой встречаться? Шлепнул бы тебя, и все дела!

– Ты, это, Звонок, чего «пургу» гонишь? За «базаром» следи! – строго сказал Коша.

– Прости, «папа»! Это просто от волнения. Дело выгодное. У него к нам предложение есть.

– Задержи тогда этого артиста. А мы сейчас подъедем. В каком казино сидите?

– Недалеко от парка Горького.

– Понял тебя!

Коша знал, что это «парк Горького» означает казино, которое было им хорошо известно.

Брифинг ГУБОПа

В конце года, в декабре, ГУБОП провел брифинг по «ворам в законе». На нем сообщалось, что в столице действуют около двухсот «воров в законе». В основном они контролируют ресторанный и игорный бизнес, проституцию и рынки. В настоящее время пятьдесят воров сидят в зоне, четверо числятся в розыске.