• Как правильно управлять финансами своего бизнеса, если вы не специалист в области финансового анализа - Финансовый анализ

    Финансовый менеджмент - финансовые отношения между суъектами, управление финасами на разных уровнях, управление портфелем ценных бумаг, приемы управления движением финансовых ресурсов - вот далеко не полный перечень предмета "Финансовый менеджмент"

    Поговорим о том, что же такое коучинг? Одни считают, что это буржуйский брэнд, другие что прорыв с современном бизнессе. Коучинг - это свод правил для удачного ведения бизнесса, а также умение правильно распоряжаться этими правилами

7.1. Концентрация интеллекта

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 
34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 
51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 
68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 
85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 
102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 
119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 
136 137 138 139 140 141 142 

Описанное выше (в параграфе 5.1.) обособление во всех странах групп людей, работающих с современными информационными технологиями, в «информационное сообщество» неизбежно ведет к концентрации этого сообщества в наиболее развитых странах.
Ведь такое сообщество может быть относительно устойчивым только в относительно богатом и демократическом обществе, способном обеспечить его членам материальный достаток, признание и, что ничуть не менее важно, профессиональную среду обитания. На примере нашей страны мы слишком хорошо знаем, что интеллект, даже если и выживает, то, во всяком случае, не воспроизводится в бедности и опасности.
Столь неблагоприятные условия оставляют специалистам - особенно такой быстро обновляющейся и требующей постоянного общения сферы, как современные информационные технологии - крайне ограниченный и весьма жесткий выбор. Они либо выталкиваются общественной средой в более развитые страны, либо стихийно уничтожаются ей как профессионалы на месте. Именно благодаря этому происходит весьма быстрое перетекание «информационного сообщества» из остального мира в развитые страны, которое прекратится лишь с полным сосредоточением этого сообщества преимущественно в развитых странах.
Однако процесс «утечки умов» на этом не остановится: параллельно с этим перетеканием будет происходить (а вообще-то, уже полным ходом идет) концентрация основной части «информационного сообщества» человечества в «наиболее развитых» странах.
Ведь, хотя «утечка умов» наиболее болезненна для наименее развитых стран (в силу редкости специалистов их относительная ценность для них выше), переток наиболее значимых - интеллектуальных - ресурсов, предопределяющих успех в глобальной конкуренции, охватывает весь мир.
Невозможно спорить с тем, что отток специалистов из экономически слабых стран носит наиболее массовый, заметный и однонаправленный характер. Но точно такое же движение специалистов, хотя и в меньших масштабах и менее заметных формах, наблюдается и в развитых странах.
Точно так же, как в погоне за лучшими условиями жизни и работы, профессиональной востребованностью и признанием специалисты перебираются из менее развитых стран и регионов в развитые, - точно по тем же самым причинам из развитых стран они стремятся в созидающие новые технологические принципы «наиболее развитые» общества, к которым в настоящее время можно отнести прежде всего США, и, в меньшей степени, Великобританию.
Данное движение не просто формирует и углубляет разрыв между развитыми и всеми остальными странами и дополняет его в принципе подобным ему, хотя и менее глубоким и болезненно воспринимаемым, разрывом между основной массой развитых стран и «наиболее развитыми» странами. Оно позволяет с уверенностью утверждать, что при сохранении сложившихся тенденций технологического развития оба указанных разрыва уже в самое ближайшее время смогут приобрести, если еще не приобрели, окончательный и принципиально непреодолимый характер.
А это, в свою очередь, предопределяет прекращение или как минимум качественное замедление прогресса (по крайней мере, технического) вне развитых стран (а со временем - и вне наиболее развитых стран), с одной стороны, и необратимую социальную и финансовую деградацию развивающихся стран - с другой.
При этом из-за обостряющейся конкуренции, в том числе и за специалистов, представляется разумным ожидать постепенного сокращения количества как развитых, так и наиболее развитых стран. Мигрируя в относительно более развитые страны, интеллект лишает покидаемые им территории важнейшего фактора развития и отталкивает их на нижние уровни глобальной «конкурентной лестницы».
Это создает объективно обусловленный и не преодолимый на современном этапе развития человечества технологический разрыв, в первую очередь между развитыми и развивающимися странами. Более того: этот разрыв превращает само понятие «развивающихся» стран в беспомощный эвфемизм, призванный скрыть обозначаемую им трагическую реальность не «развивающихся», а уже окончательно неразвитых стран, обреченных играть вторые роли не только в мировой политике, но и в мировой экономике.
Этот разрыв, а точнее - технологически обусловленная пропасть существует не только между странами, но и внутри каждой из них. Ведь «информационное сообщество» неминуемо, в силу самого своего характера обособлено от остальной части общества, в котором оно в каждый конкретный момент пребывает. Таким образом, как это ни парадоксально, информационные технологии, - эти технологии всеобщей коммуникации и мгновенной связи всего со всеми, - ввергают человечество в глубоко трагическую эпоху многообразной, глубокой и окончательной разделенности.
Рядом с этой интерактивной, погруженной в многоуровневую сеть всеобщей коммуникации разделенностью эпоха феодальной раздробленности выглядит подлинным праздником международной и межклассовой солидарности.

Описанное выше (в параграфе 5.1.) обособление во всех странах групп людей, работающих с современными информационными технологиями, в «информационное сообщество» неизбежно ведет к концентрации этого сообщества в наиболее развитых странах.
Ведь такое сообщество может быть относительно устойчивым только в относительно богатом и демократическом обществе, способном обеспечить его членам материальный достаток, признание и, что ничуть не менее важно, профессиональную среду обитания. На примере нашей страны мы слишком хорошо знаем, что интеллект, даже если и выживает, то, во всяком случае, не воспроизводится в бедности и опасности.
Столь неблагоприятные условия оставляют специалистам - особенно такой быстро обновляющейся и требующей постоянного общения сферы, как современные информационные технологии - крайне ограниченный и весьма жесткий выбор. Они либо выталкиваются общественной средой в более развитые страны, либо стихийно уничтожаются ей как профессионалы на месте. Именно благодаря этому происходит весьма быстрое перетекание «информационного сообщества» из остального мира в развитые страны, которое прекратится лишь с полным сосредоточением этого сообщества преимущественно в развитых странах.
Однако процесс «утечки умов» на этом не остановится: параллельно с этим перетеканием будет происходить (а вообще-то, уже полным ходом идет) концентрация основной части «информационного сообщества» человечества в «наиболее развитых» странах.
Ведь, хотя «утечка умов» наиболее болезненна для наименее развитых стран (в силу редкости специалистов их относительная ценность для них выше), переток наиболее значимых - интеллектуальных - ресурсов, предопределяющих успех в глобальной конкуренции, охватывает весь мир.
Невозможно спорить с тем, что отток специалистов из экономически слабых стран носит наиболее массовый, заметный и однонаправленный характер. Но точно такое же движение специалистов, хотя и в меньших масштабах и менее заметных формах, наблюдается и в развитых странах.
Точно так же, как в погоне за лучшими условиями жизни и работы, профессиональной востребованностью и признанием специалисты перебираются из менее развитых стран и регионов в развитые, - точно по тем же самым причинам из развитых стран они стремятся в созидающие новые технологические принципы «наиболее развитые» общества, к которым в настоящее время можно отнести прежде всего США, и, в меньшей степени, Великобританию.
Данное движение не просто формирует и углубляет разрыв между развитыми и всеми остальными странами и дополняет его в принципе подобным ему, хотя и менее глубоким и болезненно воспринимаемым, разрывом между основной массой развитых стран и «наиболее развитыми» странами. Оно позволяет с уверенностью утверждать, что при сохранении сложившихся тенденций технологического развития оба указанных разрыва уже в самое ближайшее время смогут приобрести, если еще не приобрели, окончательный и принципиально непреодолимый характер.
А это, в свою очередь, предопределяет прекращение или как минимум качественное замедление прогресса (по крайней мере, технического) вне развитых стран (а со временем - и вне наиболее развитых стран), с одной стороны, и необратимую социальную и финансовую деградацию развивающихся стран - с другой.
При этом из-за обостряющейся конкуренции, в том числе и за специалистов, представляется разумным ожидать постепенного сокращения количества как развитых, так и наиболее развитых стран. Мигрируя в относительно более развитые страны, интеллект лишает покидаемые им территории важнейшего фактора развития и отталкивает их на нижние уровни глобальной «конкурентной лестницы».
Это создает объективно обусловленный и не преодолимый на современном этапе развития человечества технологический разрыв, в первую очередь между развитыми и развивающимися странами. Более того: этот разрыв превращает само понятие «развивающихся» стран в беспомощный эвфемизм, призванный скрыть обозначаемую им трагическую реальность не «развивающихся», а уже окончательно неразвитых стран, обреченных играть вторые роли не только в мировой политике, но и в мировой экономике.
Этот разрыв, а точнее - технологически обусловленная пропасть существует не только между странами, но и внутри каждой из них. Ведь «информационное сообщество» неминуемо, в силу самого своего характера обособлено от остальной части общества, в котором оно в каждый конкретный момент пребывает. Таким образом, как это ни парадоксально, информационные технологии, - эти технологии всеобщей коммуникации и мгновенной связи всего со всеми, - ввергают человечество в глубоко трагическую эпоху многообразной, глубокой и окончательной разделенности.
Рядом с этой интерактивной, погруженной в многоуровневую сеть всеобщей коммуникации разделенностью эпоха феодальной раздробленности выглядит подлинным праздником международной и межклассовой солидарности.