• Как правильно управлять финансами своего бизнеса, если вы не специалист в области финансового анализа - Финансовый анализ

    Финансовый менеджмент - финансовые отношения между суъектами, управление финасами на разных уровнях, управление портфелем ценных бумаг, приемы управления движением финансовых ресурсов - вот далеко не полный перечень предмета "Финансовый менеджмент"

    Поговорим о том, что же такое коучинг? Одни считают, что это буржуйский брэнд, другие что прорыв с современном бизнессе. Коучинг - это свод правил для удачного ведения бизнесса, а также умение правильно распоряжаться этими правилами

13.3.2. «Закрывающие технологии»: управляемая технологическая революция?

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 
34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 
51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 
68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 
85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 
102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 
119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 
136 137 138 139 140 141 142 

Важной особенностью современного структурного кризиса мировой экономики представляется весьма существенное замедление технологического прогресса, проявляющееся не только в сфере создания новых технологических принципов, но и в значительно более простой и относительно прикладной сфере создания новых технологий.
Помимо собственно технологических причин, рассмотренных в параграфе … , это замедление было вызвано и укреплением глобальных монополий, которые, как и любые монополии, объективно ориентированы на торможение технологического прогресса как явления, способного подорвать их доминирование на рынках.
В условиях глобализации монополии объективно ориентированы на создание все более сложных и все более дорогих технологий, разработка которых вне них оказывается принципиально невозможной из-за сложности организационных схем и общей дороговизны. Такое повышение сложности очень быстро заводит в тупик и начинает тормозить прогресс не только из-за недостаточности спроса, но и вследствие того, что сложность организационных процессов начинает превышать управленческие возможности даже глобальных монополий, а рыночная ориентированность на результат все более сужает возможности прорывных исследований с непредсказуемым исходом.
При этом глобальные монополии (в том числе в силу систематического и повсеместного злоупотребления своим монопольным положением под видом защиты интеллектуальной собственности) становятся важным препятствием свободному распространению знаний, что также усложняет технологический прогресс, делает его более затратным и способствует его торможению.
Наиболее важным для современных глобальных монополий представляется недопущение качественного упрощения и удешевления используемых технологий, так как оно по волне объективным причинам резко расширит доступность последних и тем самым снизит возможности и уровень монополизации соответствующих рынков.
Между тем методы подобного упрощения и удешевления существуют и в отдельных сферах становятся все более широко известными. Классическим примером в этом отношении, показывающим магистральное направление развития технологий будущего, представляется операционная система Linux, сама форма существования которой принципиально отрицает наличие интеллектуальной собственности как фактора сдерживания технологического прогресса, и которая вследствие своей бесплатности весьма ощутимо теснит Windows в целом ряде значимых сегментов мирового рынка.
Однако до значительного прорыва дело пока не дошло даже в этой сфере: глобальная монополия Microsoft остается практически незыблемой. В целом же на мировых рынках прочность позиций глобальных монополий и вовсе, как правило, не ставится под сомнение, так что описанный пример все еще остается вдохновляющим и обнадеживающим, но исключением, - или, если угодно, предвестием.
Уверенность автора в неизбежности радикального упрощения и удешевления господствующих технологий основана на двух основных факторах. С одной стороны, не может вызывать сомнения принципиальная невозможность длительного широкомасштабного торможения, не говоря уже о полной остановке, технологического прогресса, который является неотъемлемой основой не то что развития, но и самого существования человечества (см. параграф…). С другой стороны, представляется совершенно очевидным технологический, экономический и социально-политический тупик, в который привело мир доминирование уже загнивающих глобальных монополий (см. параграф ….).
Безусловно, упрощение и удешевление господствующих технологий будет идти самым болезненным образом, в том числе в результате объективной необходимости преодоления ожесточенного сопротивления сегодняшних «хозяев мира» - глобальных монополий. Однако у нас нет оснований предполагать изменение одного из наиболее фундаментальных правил общественного развития человечества, в соответствие с которым социальные и административные механизмы, сдерживающие технологический прогресс, неминуемо разрушаются.
Представляется принципиально важным, что при достаточной прочности этих механизмов их разрушение может сопровождаться и разрушением самого охваченного ими и затормозившего свою технологическую эволюцию общества - либо ударами внешних завоевателей, либо в результате экологических катаклизмов (к которым, вероятно, относятся и эпидемии смертельных болезней), вызванных чрезмерным воздействием на природную среду.
Поэтому, каким бы страшным для современников ни оказывался процесс изживания обществом сдерживающих технологический прогресс социальных и административных механизмов, он является для него меньшим злом - ровно настолько, насколько процесс мучительного выздоровления оказывается для больного меньшим злом по сравнению со смертью. Процесс их разрушения оказывается тем более трагичным и болезненным, чем более прочными являлись эти механизмы и чем дольше и успешнее они сдерживали противоречащее им развитие технологий.
Таким образом, единственной альтернативой кардинальному упрощению и удешевлению господствующих технологий объективно является уничтожение человечества в том или ином катаклизме. Поскольку никаких признаков последнего в настоящее время не наблюдается, наиболее вероятным представляется относительно оптимистичный вариант его дальнейшего развития.
Этот вариант, то есть необходимый для слома глобального монополизма технологический рывок, обеспечивающий указанное упрощение и удешевление доминирующих технологий, может быть осуществлен за счет феномена, получившего несколько претенциозное название «закрывающих» технологий (ИСТОЧНИК: Я). Особенность этого класса технологий состоит в том, что емкость открываемых ими новых рынков в краткосрочной перспективе существенно ниже емкости рынков, «закрываемых» в результате вызываемого ими повышения производительности труда. В результате их применение сделает ненужными огромное количество широко распространенных производств и, соответственно, лишит работы занятых на них.
Строго говоря, к «закрывающим» относятся все технологии, обеспечивающие качественное повышение труда на уже существующих производствах. Глобальные монополии, как и любые другие загнивающие монополии, относятся к возможности широкого распространения подобных технологий крайне негативно: для них выход последних из-под контроля означает снижение монопольной сверхприбыли, а то и вовсе полную утрату монопольного положения.
Классическим примером существующих уже сегодня технологий такого рода являются технологии упрочения рельсов, способные привести к трехкратному уменьшению потребности в них мира при их удешевлении и к соответственному сокращению их выпуска.
Из числа технологий, существование которых в настоящее время не имеет убедительных подтверждений, наиболее известна технология беспроводной передачи электроэнергии на расстояние, по многим данным (ИСТОЧНИК!!) созданная в начале ХХ века выдающимся электротехником Н.Тесла. В случае широко распространения эта технология способна уничтожить все современные отрасли, связанные с передачей электроэнергии, и лишить энергетические компании преимуществ, связанных с их естественным монополизмом.
Исторически «закрывающие» технологии наиболее концентрированно разрабатывались в ходе специальных исследований, проводившихся в Советском Союзе. В развитых странах аналогичные разработки частью не осуществлялись в принципе (как из-за своей принципиальной опасности для рыночных механизмов, так и потому, что рыночная экономика экономней социалистической и, в отличие от нее, не позволяла своим специалистам работать «в стол», разрабатывая конструкции, не способные найти быстрого применения), частью надежно блокировались навсегда при помощи патентных механизмов и других инструментов «защиты интеллектуальной собственности». (Строго говоря, в этом отношении и разрушение СССР можно рассматривать как коллективное захоронение всех этих представляющих смертельную опасность для развитого мира технологий - своего рода «оружия массового уничтожения» наиболее успешных стран - в одном гигантском могильнике).
Массовый выброс «закрывающих» технологий на мировые рынки и их почти неизбежное внедрение вызовет резкое сжатие всей существующей индустрии, что приведет к катастрофическим последствиям для подавляющего большинства развитых и успешно развивающихся стран.
Выиграют от этого лишь страны, находящиеся либо на пост- (как США и, возможно, Великобритания), либо, напротив, на доиндустриальной ступени развития. На первом этапе распространения «закрывающих» технологий в них не произойдет массовых сокращений производства, и они получат дополнительные шансы за счет резкого ослабления индустриального мира.
Однако этот выигрыш будет, к сожалению, скорее всего мимолетным: получив временные преимущества за счет разрушения стратегических конкурентов, пост- и доиндустриальные страны столкнутся с катастрофическим падением спроса и на свои услуги: первые лишатся поля приложения своих информационных технологий, вторые - туристов и потребителей сувенирной продукции. Резко сократится и мировая потребность в большинстве видов сырья.
Общее повышение производительности труда в кратчайшие сроки сделает излишними сотни миллионов рабочих рук по всему миру, что повсеместно создаст социально-политическую напряженность, граничащую с катастрофой. Выход из этого положения, неизбежно непоследовательный и мучительный, кардинально изменит все устройство как различных обществ, так и современного человечества в целом.
В принципе можно предположить, что в этой ситуации Россия может выиграть как владелец и основной продавец «закрывающих» технологий. Это может принести не только деньги, но и колоссальный политический ресурс в силу свободы выбора, какую именно технологию из наших «ящиков Пандоры» и в каких объемах выпускать в мир - и, соответственно, в каких отраслях развитых стран и в каких объемах уничтожать производство. Россия может выиграть и как страна, в которой в результате катастрофической реформы объемы производства упали в целом существенно ниже уровня минимального самообеспечения: в этих условиях кардинальный рост производительности во многом приведет не к перепроизводству, а всего лишь к импортозамещению на российском рынке, причем, вероятно, все равно частичному. Таким образом, прогрессирующая, несмотря на инвестиционный бум, деиндустриализация России способна в случае распространения «закрывающих» технологий стать ключевым фактором ее глобальной конкурентоспособности.
К сожалению, нельзя не признать, что глубочайшая деградация современного российского общества делает осознанное развитие данного класса технологий - и тем более их управляемый экспорт - крайне маловероятным. К настоящему времени значительная часть потенциально «закрывающих» технологий либо патентов, необходимых для их (вос)создания и развертывания, уже скуплена глобальными монополиями и либо заморожена ими, либо применяется «для внутреннего пользования» с обеспечением надежной защиты от самой возможности трансферта в окружающий их мир.
Таким образом, осознанное развитие и распространение «закрывающих» технологий как способ изживания кризиса «информационного перепроизводства» так же маловероятно, как и успешная культурная агрессия, но по иной причине: отсутствует субъект, действительно способный осуществить соответствующий технологический переворот.
Следовательно, искать пути изживания глобального монополизма, являющегося первопричиной структурного кризиса современной мировой экономики, надо на более глубоком, стихийном уровне - не технологической политики развитых обществ, но самой технологической эволюции, протекающей без осознанного регулирующего вмешательства.

Важной особенностью современного структурного кризиса мировой экономики представляется весьма существенное замедление технологического прогресса, проявляющееся не только в сфере создания новых технологических принципов, но и в значительно более простой и относительно прикладной сфере создания новых технологий.
Помимо собственно технологических причин, рассмотренных в параграфе … , это замедление было вызвано и укреплением глобальных монополий, которые, как и любые монополии, объективно ориентированы на торможение технологического прогресса как явления, способного подорвать их доминирование на рынках.
В условиях глобализации монополии объективно ориентированы на создание все более сложных и все более дорогих технологий, разработка которых вне них оказывается принципиально невозможной из-за сложности организационных схем и общей дороговизны. Такое повышение сложности очень быстро заводит в тупик и начинает тормозить прогресс не только из-за недостаточности спроса, но и вследствие того, что сложность организационных процессов начинает превышать управленческие возможности даже глобальных монополий, а рыночная ориентированность на результат все более сужает возможности прорывных исследований с непредсказуемым исходом.
При этом глобальные монополии (в том числе в силу систематического и повсеместного злоупотребления своим монопольным положением под видом защиты интеллектуальной собственности) становятся важным препятствием свободному распространению знаний, что также усложняет технологический прогресс, делает его более затратным и способствует его торможению.
Наиболее важным для современных глобальных монополий представляется недопущение качественного упрощения и удешевления используемых технологий, так как оно по волне объективным причинам резко расширит доступность последних и тем самым снизит возможности и уровень монополизации соответствующих рынков.
Между тем методы подобного упрощения и удешевления существуют и в отдельных сферах становятся все более широко известными. Классическим примером в этом отношении, показывающим магистральное направление развития технологий будущего, представляется операционная система Linux, сама форма существования которой принципиально отрицает наличие интеллектуальной собственности как фактора сдерживания технологического прогресса, и которая вследствие своей бесплатности весьма ощутимо теснит Windows в целом ряде значимых сегментов мирового рынка.
Однако до значительного прорыва дело пока не дошло даже в этой сфере: глобальная монополия Microsoft остается практически незыблемой. В целом же на мировых рынках прочность позиций глобальных монополий и вовсе, как правило, не ставится под сомнение, так что описанный пример все еще остается вдохновляющим и обнадеживающим, но исключением, - или, если угодно, предвестием.
Уверенность автора в неизбежности радикального упрощения и удешевления господствующих технологий основана на двух основных факторах. С одной стороны, не может вызывать сомнения принципиальная невозможность длительного широкомасштабного торможения, не говоря уже о полной остановке, технологического прогресса, который является неотъемлемой основой не то что развития, но и самого существования человечества (см. параграф…). С другой стороны, представляется совершенно очевидным технологический, экономический и социально-политический тупик, в который привело мир доминирование уже загнивающих глобальных монополий (см. параграф ….).
Безусловно, упрощение и удешевление господствующих технологий будет идти самым болезненным образом, в том числе в результате объективной необходимости преодоления ожесточенного сопротивления сегодняшних «хозяев мира» - глобальных монополий. Однако у нас нет оснований предполагать изменение одного из наиболее фундаментальных правил общественного развития человечества, в соответствие с которым социальные и административные механизмы, сдерживающие технологический прогресс, неминуемо разрушаются.
Представляется принципиально важным, что при достаточной прочности этих механизмов их разрушение может сопровождаться и разрушением самого охваченного ими и затормозившего свою технологическую эволюцию общества - либо ударами внешних завоевателей, либо в результате экологических катаклизмов (к которым, вероятно, относятся и эпидемии смертельных болезней), вызванных чрезмерным воздействием на природную среду.
Поэтому, каким бы страшным для современников ни оказывался процесс изживания обществом сдерживающих технологический прогресс социальных и административных механизмов, он является для него меньшим злом - ровно настолько, насколько процесс мучительного выздоровления оказывается для больного меньшим злом по сравнению со смертью. Процесс их разрушения оказывается тем более трагичным и болезненным, чем более прочными являлись эти механизмы и чем дольше и успешнее они сдерживали противоречащее им развитие технологий.
Таким образом, единственной альтернативой кардинальному упрощению и удешевлению господствующих технологий объективно является уничтожение человечества в том или ином катаклизме. Поскольку никаких признаков последнего в настоящее время не наблюдается, наиболее вероятным представляется относительно оптимистичный вариант его дальнейшего развития.
Этот вариант, то есть необходимый для слома глобального монополизма технологический рывок, обеспечивающий указанное упрощение и удешевление доминирующих технологий, может быть осуществлен за счет феномена, получившего несколько претенциозное название «закрывающих» технологий (ИСТОЧНИК: Я). Особенность этого класса технологий состоит в том, что емкость открываемых ими новых рынков в краткосрочной перспективе существенно ниже емкости рынков, «закрываемых» в результате вызываемого ими повышения производительности труда. В результате их применение сделает ненужными огромное количество широко распространенных производств и, соответственно, лишит работы занятых на них.
Строго говоря, к «закрывающим» относятся все технологии, обеспечивающие качественное повышение труда на уже существующих производствах. Глобальные монополии, как и любые другие загнивающие монополии, относятся к возможности широкого распространения подобных технологий крайне негативно: для них выход последних из-под контроля означает снижение монопольной сверхприбыли, а то и вовсе полную утрату монопольного положения.
Классическим примером существующих уже сегодня технологий такого рода являются технологии упрочения рельсов, способные привести к трехкратному уменьшению потребности в них мира при их удешевлении и к соответственному сокращению их выпуска.
Из числа технологий, существование которых в настоящее время не имеет убедительных подтверждений, наиболее известна технология беспроводной передачи электроэнергии на расстояние, по многим данным (ИСТОЧНИК!!) созданная в начале ХХ века выдающимся электротехником Н.Тесла. В случае широко распространения эта технология способна уничтожить все современные отрасли, связанные с передачей электроэнергии, и лишить энергетические компании преимуществ, связанных с их естественным монополизмом.
Исторически «закрывающие» технологии наиболее концентрированно разрабатывались в ходе специальных исследований, проводившихся в Советском Союзе. В развитых странах аналогичные разработки частью не осуществлялись в принципе (как из-за своей принципиальной опасности для рыночных механизмов, так и потому, что рыночная экономика экономней социалистической и, в отличие от нее, не позволяла своим специалистам работать «в стол», разрабатывая конструкции, не способные найти быстрого применения), частью надежно блокировались навсегда при помощи патентных механизмов и других инструментов «защиты интеллектуальной собственности». (Строго говоря, в этом отношении и разрушение СССР можно рассматривать как коллективное захоронение всех этих представляющих смертельную опасность для развитого мира технологий - своего рода «оружия массового уничтожения» наиболее успешных стран - в одном гигантском могильнике).
Массовый выброс «закрывающих» технологий на мировые рынки и их почти неизбежное внедрение вызовет резкое сжатие всей существующей индустрии, что приведет к катастрофическим последствиям для подавляющего большинства развитых и успешно развивающихся стран.
Выиграют от этого лишь страны, находящиеся либо на пост- (как США и, возможно, Великобритания), либо, напротив, на доиндустриальной ступени развития. На первом этапе распространения «закрывающих» технологий в них не произойдет массовых сокращений производства, и они получат дополнительные шансы за счет резкого ослабления индустриального мира.
Однако этот выигрыш будет, к сожалению, скорее всего мимолетным: получив временные преимущества за счет разрушения стратегических конкурентов, пост- и доиндустриальные страны столкнутся с катастрофическим падением спроса и на свои услуги: первые лишатся поля приложения своих информационных технологий, вторые - туристов и потребителей сувенирной продукции. Резко сократится и мировая потребность в большинстве видов сырья.
Общее повышение производительности труда в кратчайшие сроки сделает излишними сотни миллионов рабочих рук по всему миру, что повсеместно создаст социально-политическую напряженность, граничащую с катастрофой. Выход из этого положения, неизбежно непоследовательный и мучительный, кардинально изменит все устройство как различных обществ, так и современного человечества в целом.
В принципе можно предположить, что в этой ситуации Россия может выиграть как владелец и основной продавец «закрывающих» технологий. Это может принести не только деньги, но и колоссальный политический ресурс в силу свободы выбора, какую именно технологию из наших «ящиков Пандоры» и в каких объемах выпускать в мир - и, соответственно, в каких отраслях развитых стран и в каких объемах уничтожать производство. Россия может выиграть и как страна, в которой в результате катастрофической реформы объемы производства упали в целом существенно ниже уровня минимального самообеспечения: в этих условиях кардинальный рост производительности во многом приведет не к перепроизводству, а всего лишь к импортозамещению на российском рынке, причем, вероятно, все равно частичному. Таким образом, прогрессирующая, несмотря на инвестиционный бум, деиндустриализация России способна в случае распространения «закрывающих» технологий стать ключевым фактором ее глобальной конкурентоспособности.
К сожалению, нельзя не признать, что глубочайшая деградация современного российского общества делает осознанное развитие данного класса технологий - и тем более их управляемый экспорт - крайне маловероятным. К настоящему времени значительная часть потенциально «закрывающих» технологий либо патентов, необходимых для их (вос)создания и развертывания, уже скуплена глобальными монополиями и либо заморожена ими, либо применяется «для внутреннего пользования» с обеспечением надежной защиты от самой возможности трансферта в окружающий их мир.
Таким образом, осознанное развитие и распространение «закрывающих» технологий как способ изживания кризиса «информационного перепроизводства» так же маловероятно, как и успешная культурная агрессия, но по иной причине: отсутствует субъект, действительно способный осуществить соответствующий технологический переворот.
Следовательно, искать пути изживания глобального монополизма, являющегося первопричиной структурного кризиса современной мировой экономики, надо на более глубоком, стихийном уровне - не технологической политики развитых обществ, но самой технологической эволюции, протекающей без осознанного регулирующего вмешательства.