• Как правильно управлять финансами своего бизнеса, если вы не специалист в области финансового анализа - Финансовый анализ

    Финансовый менеджмент - финансовые отношения между суъектами, управление финасами на разных уровнях, управление портфелем ценных бумаг, приемы управления движением финансовых ресурсов - вот далеко не полный перечень предмета "Финансовый менеджмент"

    Поговорим о том, что же такое коучинг? Одни считают, что это буржуйский брэнд, другие что прорыв с современном бизнессе. Коучинг - это свод правил для удачного ведения бизнесса, а также умение правильно распоряжаться этими правилами

Теледебаты между Гором и Перо

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 
34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 
51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 
68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 
85 

Передача «Ларри Кинг в прямом эфире» 1993 года с участием вице-президента Гора и Росса Перо, дебатировавших вопрос по Североамериканскому соглашению о свободной торговле, оказалась классическим примером того, как нужно говорить, жестикулировать и как можно, сделав несколько грубейших просчетов, загнать себя в угол.

Все началось с того, что в один осенний четверг 1993 года в полдевятого утра мне позвонили по телефону. Голос в трубке сказал:

— Ларри? Это Эл.

— Какой Эл? — спросил я

— Эл Гор.

После этого разговор вошел в нужную колею.

Вице-президент сказал, что он хочет провести с Россом Перо публичную дискуссию относительно Североамериканского соглашения о свободной торговле. Вскоре по этому соглашению должно состояться голосование в Конгрессе, и дело шло к тому, что правительство, которое его поддерживало, могло проиграть. Большинство, по-видимому, готово было встать на сторону критиков соглашения, в числе которых был Росс Перо. Даже то, что президент Клинтон дал «добро» на проведение дискуссии, Гор считал своей победой, поскольку он и Клинтон были единственными членами администрации, которые желали помериться силами с Перо. Все остальные полагали, что Перо проглотит Гора живьем, что Перо получит общенациональную рекламу, которая позволит ему еще больше увеличить число своих сторонников, и что именно с такой трибуны, как общенациональное телевидение, Перо всегда выступал наиболее убедительно.

Однако Перо недооценил своего оппонента. Помимо того что Гор был великолепно знаком с предметом, его поведение было образцовым благодаря опыту, накопленному в сенате, где положено никогда не терять хладнокровия, никогда не выказывать публично неуважения к оппоненту, смотреть ему прямо в лицо, отвечать решительным тоном и воздерживаться от вышучивания своего достойного соперника. В противоположность ему Перо не хватало выдержки, он переходил на личности, хотя тут же осуждал такой прием ведения дискуссии, его жестикуляция была скованной, и многие телезрители задавались вопросом, не отвык ли вообще этот миллиардер от того, чтобы ему в чем-либо возражали. Именно благодаря жестикуляции, сознательной или невольной, Гор, как полагает большинство, одержал победу, а Перо потерпел поражение. Гор повернулся ко мне боком, чтобы иметь возможность все время смотреть противнику в лицо. Перо сидел ко мне лицом и все время старался уклониться от взгляда Гора. Гор выглядел спокойным и уверенным в себе, Перо — агрессивным и раздраженным. Гор говорил авторитетным тоном, Перо все время жаловался, что Гор его перебивает. В глазах многих наших зрителей он был классическим примером человека, не располагающего достаточным опытом и знаниями о предмете дискуссии и пытающегося опровергнуть того, кто досконально изучил его и тщательно подготовился к дебатам.

Как известно, Росс Перо никогда не страдал недостатком самонадеянности. Он до сих пор не верит, что проиграл эти дебаты, и до сих пор сохраняет дружеские отношения со мной и Гором. После дискуссии я со всех сторон только и слышал о том, что это было потрясающее зрелище, и мы вписали новую страницу в историю политики и телевидения. Я понимал, что произвел сенсацию. И объективные данные это подтверждали. Программу смотрело самое большое число зрителей за всю историю кабельного телевидения — двадцать пять миллионов. Вскоре после этого не только вице-президенты, но даже и президенты стали желать и даже стремиться публично дебатировать с частными гражданами по другим частным вопросам.

Телевидение меняет не только наш образ жизни, но и наш образ правления, и дискуссия между Гором и Перо наглядно продемонстрировала, насколько возрастет в будущем влияние телевидения. Это был ослепительный прорыв, показавший, какие изменения претерпит управление обществом.

Президент Клинтон подтвердил эту мысль в письме ко мне, когда организация «Американские друзья еврейского университета» выбрала меня лауреатом своей премии Scopus 1994 года. В этом письме Клинтон в шутку размышлял, не изложили бы отцы-основатели нашего государства одну из статей нашей Конституции в другой редакции, если бы ее пришлось составлять в наши дни.

«Конституция требует, чтобы президент периодически отчитывался перед Конгрессом о положении страны, — писал Клинтон. — О чем только они думали? Если бы им тогда было известно то, о чем знаем ныне мы, они бы поняли, что при помощи нескольких гостей в студии и телефонных линий можно отлично оценить положение страны, да и всего мира, в прямом эфире CNN».

Разумеется, это было преувеличением, но, может быть, лишь до поры.

Перед дискуссией между Гором и Перо я должен был еще раз напомнить себе о том, что всегда осознаю в таких случаях, что должны помнить бейсбольные судьи и другой вспомогательный спортивный персонал: никто не приходит на стадион для того, чтобы посмотреть на судью. Когда Гор и Перо вели в моей студии дискуссию о Североамериканском соглашении о свободной торговле, я понимал, что никто не включит телевизор, чтобы полюбоваться на меня и посмотреть, как я буду выступать. Главной приманкой для зрителей были Гор и Перо, а потому я старался держаться в тени.

Возможно, и вам на работе время от времени приходится играть аналогичную роль; в таком случае моя точка зрения на эту роль может оказаться полезной в следующий раз, когда вам придется председательствовать на дискуссии, встрече за «круглым столом» или на любой подобной встрече, семинаре или симпозиуме.

Эта точка зрения относится к любому случаю, когда два или более человек обсуждают или дебатируют все «за» и «против» того или иного предложения или проблемы. Если вы председатель, будьте беспристрастны, не позволяйте дискуссии зайти в тупик, старайтесь, чтобы обе стороны получили равное время, не давайте участникам отклоняться от темы и следите за тоном, длительностью и содержанием вопросов из публики. Может быть, в вашем случае речь не будет идти об утверждении законопроекта в Конгрессе, и все же по всей вероятности предмет будет иметь для вас большое значение! Если вы окажетесь хорошим ведущим дискуссии, вы справитесь со своей задачей, и участники спора уйдут из зала или студии друзьями.

Передача «Ларри Кинг в прямом эфире» 1993 года с участием вице-президента Гора и Росса Перо, дебатировавших вопрос по Североамериканскому соглашению о свободной торговле, оказалась классическим примером того, как нужно говорить, жестикулировать и как можно, сделав несколько грубейших просчетов, загнать себя в угол.

Все началось с того, что в один осенний четверг 1993 года в полдевятого утра мне позвонили по телефону. Голос в трубке сказал:

— Ларри? Это Эл.

— Какой Эл? — спросил я

— Эл Гор.

После этого разговор вошел в нужную колею.

Вице-президент сказал, что он хочет провести с Россом Перо публичную дискуссию относительно Североамериканского соглашения о свободной торговле. Вскоре по этому соглашению должно состояться голосование в Конгрессе, и дело шло к тому, что правительство, которое его поддерживало, могло проиграть. Большинство, по-видимому, готово было встать на сторону критиков соглашения, в числе которых был Росс Перо. Даже то, что президент Клинтон дал «добро» на проведение дискуссии, Гор считал своей победой, поскольку он и Клинтон были единственными членами администрации, которые желали помериться силами с Перо. Все остальные полагали, что Перо проглотит Гора живьем, что Перо получит общенациональную рекламу, которая позволит ему еще больше увеличить число своих сторонников, и что именно с такой трибуны, как общенациональное телевидение, Перо всегда выступал наиболее убедительно.

Однако Перо недооценил своего оппонента. Помимо того что Гор был великолепно знаком с предметом, его поведение было образцовым благодаря опыту, накопленному в сенате, где положено никогда не терять хладнокровия, никогда не выказывать публично неуважения к оппоненту, смотреть ему прямо в лицо, отвечать решительным тоном и воздерживаться от вышучивания своего достойного соперника. В противоположность ему Перо не хватало выдержки, он переходил на личности, хотя тут же осуждал такой прием ведения дискуссии, его жестикуляция была скованной, и многие телезрители задавались вопросом, не отвык ли вообще этот миллиардер от того, чтобы ему в чем-либо возражали. Именно благодаря жестикуляции, сознательной или невольной, Гор, как полагает большинство, одержал победу, а Перо потерпел поражение. Гор повернулся ко мне боком, чтобы иметь возможность все время смотреть противнику в лицо. Перо сидел ко мне лицом и все время старался уклониться от взгляда Гора. Гор выглядел спокойным и уверенным в себе, Перо — агрессивным и раздраженным. Гор говорил авторитетным тоном, Перо все время жаловался, что Гор его перебивает. В глазах многих наших зрителей он был классическим примером человека, не располагающего достаточным опытом и знаниями о предмете дискуссии и пытающегося опровергнуть того, кто досконально изучил его и тщательно подготовился к дебатам.

Как известно, Росс Перо никогда не страдал недостатком самонадеянности. Он до сих пор не верит, что проиграл эти дебаты, и до сих пор сохраняет дружеские отношения со мной и Гором. После дискуссии я со всех сторон только и слышал о том, что это было потрясающее зрелище, и мы вписали новую страницу в историю политики и телевидения. Я понимал, что произвел сенсацию. И объективные данные это подтверждали. Программу смотрело самое большое число зрителей за всю историю кабельного телевидения — двадцать пять миллионов. Вскоре после этого не только вице-президенты, но даже и президенты стали желать и даже стремиться публично дебатировать с частными гражданами по другим частным вопросам.

Телевидение меняет не только наш образ жизни, но и наш образ правления, и дискуссия между Гором и Перо наглядно продемонстрировала, насколько возрастет в будущем влияние телевидения. Это был ослепительный прорыв, показавший, какие изменения претерпит управление обществом.

Президент Клинтон подтвердил эту мысль в письме ко мне, когда организация «Американские друзья еврейского университета» выбрала меня лауреатом своей премии Scopus 1994 года. В этом письме Клинтон в шутку размышлял, не изложили бы отцы-основатели нашего государства одну из статей нашей Конституции в другой редакции, если бы ее пришлось составлять в наши дни.

«Конституция требует, чтобы президент периодически отчитывался перед Конгрессом о положении страны, — писал Клинтон. — О чем только они думали? Если бы им тогда было известно то, о чем знаем ныне мы, они бы поняли, что при помощи нескольких гостей в студии и телефонных линий можно отлично оценить положение страны, да и всего мира, в прямом эфире CNN».

Разумеется, это было преувеличением, но, может быть, лишь до поры.

Перед дискуссией между Гором и Перо я должен был еще раз напомнить себе о том, что всегда осознаю в таких случаях, что должны помнить бейсбольные судьи и другой вспомогательный спортивный персонал: никто не приходит на стадион для того, чтобы посмотреть на судью. Когда Гор и Перо вели в моей студии дискуссию о Североамериканском соглашении о свободной торговле, я понимал, что никто не включит телевизор, чтобы полюбоваться на меня и посмотреть, как я буду выступать. Главной приманкой для зрителей были Гор и Перо, а потому я старался держаться в тени.

Возможно, и вам на работе время от времени приходится играть аналогичную роль; в таком случае моя точка зрения на эту роль может оказаться полезной в следующий раз, когда вам придется председательствовать на дискуссии, встрече за «круглым столом» или на любой подобной встрече, семинаре или симпозиуме.

Эта точка зрения относится к любому случаю, когда два или более человек обсуждают или дебатируют все «за» и «против» того или иного предложения или проблемы. Если вы председатель, будьте беспристрастны, не позволяйте дискуссии зайти в тупик, старайтесь, чтобы обе стороны получили равное время, не давайте участникам отклоняться от темы и следите за тоном, длительностью и содержанием вопросов из публики. Может быть, в вашем случае речь не будет идти об утверждении законопроекта в Конгрессе, и все же по всей вероятности предмет будет иметь для вас большое значение! Если вы окажетесь хорошим ведущим дискуссии, вы справитесь со своей задачей, и участники спора уйдут из зала или студии друзьями.