• Как правильно управлять финансами своего бизнеса, если вы не специалист в области финансового анализа - Финансовый анализ

    Финансовый менеджмент - финансовые отношения между суъектами, управление финасами на разных уровнях, управление портфелем ценных бумаг, приемы управления движением финансовых ресурсов - вот далеко не полный перечень предмета "Финансовый менеджмент"

    Поговорим о том, что же такое коучинг? Одни считают, что это буржуйский брэнд, другие что прорыв с современном бизнессе. Коучинг - это свод правил для удачного ведения бизнесса, а также умение правильно распоряжаться этими правилами

Глава 31. Человек музыки. Саундтрек его жизни

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 
34 35 36 37 38 39 

Содержимое его iPod

Чем популярнее становился iPod, тем чаще слышался вопрос, который задавали кандидатам в президенты, малопопулярным актерам, кавалерам на первом свидании, королеве Англии и кому угодно в белых наушниках: «Что у вас в iPod?». Все закрутилось в начале 2005 года: Элизабет Бумиллер написала в The New York Times статью, где критически разбирала ответ Джорджа Буша-младшего на этот самый вопрос. «В iPod Буша много традиционной кантри-музыки, — сообщала она. — Там есть Ван Моррисон — больше всего Буш любит его песню Brown Eyed Girl — и Джон Фогерти — у него, разумеется, Буш предпочитает Centerfield». По просьбе Бумиллер Джо Леви, редактор журнала Rolling Stone, прокомментировал пристрастия президента: «Интересно, что президенту нравятся те музыканты, которым не нравится он».

«Дав iPod своему другу, тому, с кем вы впервые пошли на свидание, или незнакомцу, сидящему в соседнем кресле в самолете, вы позволяете читать себя как открытую книгу, — написал Стивен Леви в книге „Безупречная вещь“. — Им достаточно прокрутить список ваших песен с помощью колеса управления, и — с точки зрения музыки — вы полностью обнажены. Так можно понять не только какой вы — так можно понять, кто вы». Поэтому, когда мы как-то раз сидели с Джобсом в его гостиной и слушали музыку, я попросил дать мне взглянуть на его iPod. Он протянул тот, что слушал в 2004 году.

Там, разумеется, были все шесть частей Bootleg series Дилана, включая те треки, которые Джобс полюбил еще в те времена, когда они с Возняком записывали их на катушечном магнитофоне за много лет до официального выхода сборников. Кроме того, там оказалось еще 15 альбомов Дилана, начиная с первого альбома Bob Dylan 1962 года, но только до Oh Mercy, который вышел в 1989 году. Джобс часто спорил с Энди Херцфельдом и другими, что последующие альбомы Дилана — а вернее, все, начиная с Blood on the Tracks 1975 года, — уступают его раннему творчеству. Единственное исключение он делал для песни Things Have Changed из альбома Wonder Boys 2000 года. Что странно, на iPod не было альбома Empire Burlesque 1985 года, который Херцфельд принес Джобсу в тот уикенд, когда его выгнали из Apple.

Еще в iPod Джобса много места занимали записи The Beatles. Там были песни из семи альбомов: A Hard Day“s Night, Abbey Road, Help! Let it Be, Magical Mystery Tour, Meet the Beatles! и Sgt. Pepper Lonely Heart Club Band. Сольных альбомов там не оказалось. Затем следовало шесть альбомов The Rolling Stones: Emotional Rescue, Flashpoint, Jump Back, Some Girls, Sticky Finger и Tattoo You. Большинство альбомов Дилана и The Beatles присутствовали полностью. Но Джобс был верен своему убеждению, что альбомы можно и нужно разделять на составляющие, поэтому из большинства альбомов The Rolling Stones и других музыкантов осталось всего по три-четыре песни. Творчество его бывшей девушки Джоан Баэз было довольно полно представлено подборкой из четырех альбомов, включая две версии песни Love Is Just a Four-Letter Word.

Отдельные песни отражали его сущность — дитя семидесятых с сердцем, оставшимся в шестидесятых. Там были Арета Франклин, Би Би Кинг, Бадди Холли, Баффало Спрингфилд, Дон Маклин, Донован, The Doors, Дженис Джоплин, Jefferson Airplane, Джими Хендрикс, Джонни Кэш, Джон Мелленкамп, Simon & Garfunkel и даже The Monkees (сингл I“m a Believer) и Sam the Sham (песня Wooly Bully). Всего четверть песен принадлежала современным музыкантам — таким, как 10,000 Maniacs, Алиша Киз, Black Eyed Peas, Coldplay, Dido, Green Day, Джон Майер (друг Джобса и всего Apple), Моби (аналогично), Боно и U2 (аналогично), Сил и The Talking Heads. Что касается классической музыки, там было несколько записей Баха (включая «Бранденбургские концерты») и три альбома Йо-Йо Ма.

В мае 2003 года Джобс сказал Шерил Кроу, что скачал несколько треков Эминема и тот ему «все больше и больше нравится». Вскоре после этого Джеймс Винсент отвел его на концерт Эминема. Но рэпер так и не попал в плей-лист Джобса. После концерта он сказал Винсенту: «Даже не знаю…» Впоследствии Джобс говорил мне: «Я уважаю Эминема как музыканта, но я не хочу слушать его музыку: у меня с Эминемом, с его ценностями гораздо меньше общего, чем с Диланом». Плей-лист Джобса в 2004 году никак нельзя было назвать ультрамодным. Но всякому, кто родился в пятидесятые, понравился бы такой набор песен — это был саундтрек его жизни.

За следующие семь лет музыкальные предпочтения Джобса не сильно изменились. Когда в марте 2011 года вышел iPad 2, он перенес туда любимую музыку. Как-то раз мы сидели в его гостиной, он просматривал песни на новом планшете и в порыве ностальгии ставил свои любимые композиции.

Мы прошлись по обычному набору из Дилана и The Beatles, после чего Джобс впал в задумчивость и поставил григорианский хорал — Spiritus Domini, исполняемый монахами-бенедиктинцами. Следующие пару минут он пребывал в состоянии, близком к трансу.

— Какая красота, — пробормотал он наконец и выбрал «Второй Бранденбургский концерт» Баха, а затем — фугу из «Хорошо темперированного клавира». Бах был его любимым классическим композитором. Особенно ему нравилось сравнивать две версии «Вариаций Гольдберга» в исполнении Гленна Гульда — первая была записана в 1955 году никому не известным 22-летним пианистом, а вторая — в 1981-м, за год до его смерти.

— Словно ночь и день, — сказал Джобс, прослушав обе версии. — Первая — искристая, юная, сверкающая, исполненная с совершенно виртуозной скоростью. Вторая — гораздо более строгая и холодная. Чувствуешь, что за ней стоит необычайно глубокая душа, которой многое пришлось пережить. Это более глубокая и мудрая версия.

В то время Джобс был в третьем по счету отпуске по состоянию здоровья. Я спросил, какая версия нравится ему больше.

— Гульд больше любил вторую версию, — ответил он. — Мне раньше нравилась первая, более яркая. Теперь я его понимаю.

Потом он неожиданно перешел к шестидесятым и поставил Catch the Wind Донована. Поймав мой недоуменный взгляд, он запротестовал:

— По-моему, Донован сочинил много хорошего!

Он включил Mellow Yellow и потом признал, что, возможно, это не лучший пример.

— Когда мы были молоды, это звучало лучше.

Я спросил, какая музыка нашего детства актуальна для него до сих пор. Джобс прокрутил плей-лист и выбрал песню 1969 года Uncle Johns Band группы The Grateful Dead. Подпевая, он покачивал головой: When life looks like Easy Street, there's danger at your door[21] На мгновение мы оба перенеслись в то бурное время, когда мирные шестидесятые катились к своему неблагозвучному концу. Whoa, oh, what I want to know is, are you kind?[22]

Потом он поставил Джони Митчелл.

— Она отказалась от своего ребенка, — сказал он. — Это песня о ее дочке.

Он выбрал Little Green, и мы стали слушать эту печальную песню. So you sign all the papers in the family name / You“re sad and you re sorry, but you“re not ashamed / Little Green, have a happy ending.[23] Я спросил, часто ли он думает о том, что его самого отдали на усыновление.

— Нет, — ответил он. — Не часто.

В последнее время, сказал он, ему чаще приходят в голову мысли о старости, чем о рождении. Это напомнило ему величайшую песню Джони Митчелл Both Sides Now, в которой говорится о мудрости, приходящей с возрастом: I've looked at life at both sides now, / From win and lose, and still somehow, / It“s life illusions I recall,I really don“t know life at all.[24] Как Гленн Гульд поступил с «Вариациями Гольдберга», так и Митчелл решила записать две версии Both Sides Now — первую в 1969-м, а вторую, мучительно медленную, в 2000 году. Джобс поставил последнюю.

— Интересно, как люди стареют, — заметил он.

Некоторые, добавил он, стареют неудачно — даже если еще молоды. Я спросил, кого он имеет в виду.

— Джон Майер — один из лучших гитаристов всех времен и народов, но я боюсь, что он все испортит, — ответил Джобс. — Он совсем не управляет своей жизнью.

Джобсу нравился Майер, и он не раз приглашал его на ужин к себе в Пало-Альто. В январе 2004 года 27-летний Майер появился на выставке Macworld, где Джобс представил программу GarageBand. После этого Майер посещал почти все выставки. Джобс поставил хит Майера — Gravity, в котором поется о влюбленном юноше, который почему-то мечтает избавиться от своей любви. Gravity is working against me, / And gravity wants to bring me down.[25] Джобс покачал головой и заметил:

— В глубине души он хороший мальчик, вот только совсем от рук отбился.

В конце этого совместного прослушивания я задал ему избитый вопрос: The Beatles или The Rolling Stones?

— Если бы альбомы горели и я бы мог спасти только один из них, я бы схватил The Beatles, — ответил Джобс. — Мне было бы тяжело выбрать между The Beatles и Диланом. The Rolling Stones кто-нибудь повторит, но Дилана или The Beatles не сможет повторить никто.

Пока он говорил о том, как нам повезло, что у нас в юности была вся эта музыка, в комнату вошел его 18-летний сын.

— А Рид этого не понимает, — пожаловался Джобс.

Возможно, Рид понимал — на нем была футболка с фотографией Джоан Баэз и надписью Forever Young.

Боб Дилан

Единственным случаем, когда Джобс в буквальном смысле лишился дара речи, была его встреча с Бобом Диланом. В октябре 2004 года Дилан выступал неподалеку от Пало-Альто. Джобс в то время восстанавливался после первой онкологической операции. Дилан никогда не отличался общительностью — не то что Боно или Боуи. Однако он пригласил Джобса к себе в отель перед концертом. Джобс вспоминал об этой встрече:

Когда Дилан играл по соседству в следующий раз, он пригласил Джобса заглянуть к нему в гастрольный автобус. Когда Дилан попросил его назвать свою любимую песню, Джобс упомянул One Too Many Mornings. В тот вечер Дилан ее спел. После концерта Джобс шел домой, и рядом с ним с визгом затормозил автобус.

— Слышал, как я для тебя спел? — хриплым голосом спросил Дилан и уехал.

Рассказывая об этом случае, Джобс гениально подражал интонациям Дилана.

«Он один из моих главных кумиров, — говорил он. — С годами моя любовь к нему только окрепла. Не понимаю, как он писал такие вещи в молодости».

Через несколько лет после этого концерта в голове у Джобса родился грандиозный план. Он решил, что в iTunes Store должен продаваться цифровой «бокс-сет» со всеми песнями Дилана — всего их на тот момент было более 700. Стоить этот комплект должен был 199 долларов. Но Энди Лак из Sony, которому принадлежали права на музыку Дилана, не был готов заключать подобные сделки без серьезных уступок со стороны iTunes. К тому же он считал, что 199 долларов — слишком мало, это обесценивает музыку Дилана. «Боб — национальное сокровище, — заявил Лак, — а Стив хотел выставить его в iTunes за копейки». В этом заключался корень всех конфликтов между Джобсом и звукозаписывающими компаниями: он хотел устанавливать цены самостоятельно. Поэтому Лак отказался.

— Ладно, тогда я свяжусь с Диланом напрямую, — ответил Джобс.

Но Дилан сам не занимался подобными вещами, поэтому во всем пришлось разбираться его агенту Джеффу Розену.

— Это плохая идея, — сказал Лак Розену и показал ему свои расчеты. — Боб — кумир Стива. Он пойдет на любые уступки.

Лаку — и как партнеру, и чисто по-человечески — не терпелось поставить Джобса на место, подергать его за поводок. Поэтому он предложил Розену:

— Завтра я выпишу вам чек на миллион долларов, если вы отложите эту сделку.

Как впоследствии объяснял Лак, это был аванс в счет будущих процентов с продаж, и «все звукозаписывающие компании так делают». Через 45 минут Розен перезвонил и сказал, что согласен. «Энди нам все объяснил и попросил не соглашаться, ну мы и не согласились, — вспоминал он. — Энди выдал нам аванс, чтобы мы притормозили со сделкой».

Впрочем, к 2006 году Лак покинул пост главы того, что тогда называлось Sony BMG, и Джобс возобновил переговоры. Он отправил Дилану iPod со всеми его песнями и продемонстрировал Розену, какую маркетинговую кампанию может устроить Apple. В августе он объявил о заключении крупной сделки. Согласно ее условиям, Apple могла продавать за 199 долларов цифровой «бокс-сет» со всеми песнями Дилана и имела право принимать предварительные заказы на его новый альбом — Modern Times.

— Боб Дилан — один из самых уважаемых поэтов и музыкантов своего времени и мой кумир, — сказал Джобс, анонсируя новое предложение.

В комплект из 773 песен входили 42 редкие записи — например, запись песни Wade in the Water, сделанная в 1961 году в отеле в Миннесоте, версия Handsome Molly 1962 года, записанная на концерте в кафе Gaslight в Гринвич-Виллидж, потрясающее исполнение Mr. Tambourine Man с Ньюпортского фолк-фестиваля 1964 года (любимая запись Джобса) и акустическая версия Outlaw Blues 1965 года.

По условиям сделки Дилан снялся в телевизионной рекламе iPod, посвященной его новому альбому Modern Times. Это был самый поразительный пример смены ролей со времен Тома Сойера, убедившего друзей побелить ему забор. Раньше снять звезду в рекламе можно было только за очень большие деньги. Но к 2006 году ситуация изменилась. Теперь музыканты мечтали появиться в рекламе iPod. Подобное участие гарантировало им успех. Джеймс Винсент еще несколько лет назад предсказал, что это произойдет: Джобс тогда говорил, что у него много знакомых музыкантов, которым можно было бы заплатить, чтобы они снялись в рекламе.

— Скоро все изменится, — сказал Винсент. — Apple — это совсем другой бренд, куда круче, чем бренды большинства музыкантов. Надо предлагать им возможность сняться у нас, а не платить им.

Ли Клоу вспоминал, что более молодые сотрудники Apple и рекламное агентство были не уверены в том, что надо снимать именно Дилана. «Они сомневались, что он по-прежнему достаточно популярен», — объяснял Клоу. Джобс не желал ничего слушать. Он был счастлив заполучить Дилана.

Словно одержимый, Джобс выверял каждую деталь ролика с Диланом. Розен полетел в Купертино, чтобы они могли послушать альбом и выбрать песню для рекламы — в итоге они остановились на Someday Baby. Джобс одобрил тестовое видео с дублером вместо Дилана, снятое Клоу, — потом его пересняли в Нэшвилле с самим Диланом. Но конечная версия Джобсу не понравилась. Она была недостаточно оригинальной. Он решил, что нужно все переделать, Клоу нанял другого режиссера, а Розен убедил Дилана пересняться. На этот раз реклама представляла собой более сдержанную в цветовом отношении вариацию на тему знаменитых «силуэтных» роликов: Дилан в ковбойской шляпе сидел на барном стуле, пел и играл на гитаре, а задорная девушка в кепке танцевала с iPod в руках. Джобс был в восторге.

Ролик продемонстрировал поразительную эффективность рекламной кампании iPod: Дилан завоевал сердца молодой аудитории — так же, как iPod в свое время привлек молодежь к компьютерам Apple. Благодаря рекламе альбом Дилана в первую же неделю занял первое место в рейтинге журнала Billboard, обогнав лидирующие по продажам альбомы Кристины Агилеры и группы Outkast. Дилан впервые за 30 лет с момента выхода в 1976 году альбома Desire был на вершине чартов. Журнал Ad Age так охарактеризовал роль Apple в продвижении Дилана: «Реклама iTunes оказалась не посредственным роликом «со знаменитостью», в котором крупная компания выписывает чек на крупную сумму, чтобы погреться в лучах славы крупной звезды. В данном случае произошло обратное: всемогущий бренд Apple помог мистеру Дилану выйти на молодую аудиторию и поднять его продажи на уровень, которого они не видели со времен правления Форда».

The Beatles

Среди любимых дисков Джобса был бутлег с дюжиной разных версий Strawberry Fields Forever — Джон Леннон с командой постепенно доводили ее до совершенства. Этот сборник стал музыкальным воплощением философии Джобса о постоянном совершенствовании продукта. Энди Херцфельд нашел диск в 1986 году и сделал копию для Джобса, хотя тот иногда рассказывал знакомым, будто сборник ему подарила Йоко Оно. Как-то раз, сидя у себя в гостиной в Пало-Альто, Джобс принялся копаться на полках в поисках диска. Затем он поставил его и принялся объяснять, почему его вдохновляла эта вещь:

Понятно, почему Джобса раздражало, что песни The Beatles нельзя купить через iTunes.

Его битва с Apple Corps, которая представляла интересы The Beatles на рынке звукозаписи, длилась больше 30 лет — описывая этот конфликт, журналисты не раз использовали в своих статьях выражение «извилистый и длинный путь». Все началось в 1978 году, когда вскоре после открытия Apple Computers на них подала в суд компания Apple Corps за нарушение торговой марки — бывший звукозаписывающий лейбл The Beatles назывался Apple. Дело разрешилось три года спустя — Apple Computers заплатила Apple Corps 80 тысяч долларов. В решении суда содержалась оговорка, казавшаяся безобидной: The Beatles обещали не производить компьютерное оборудование, а Apple — не заниматься продажей музыкальной продукции.

The Beatles свое слово сдержали. Никто из них не произвел на свет ни одного компьютера. Однако Apple не переставала покушаться на музыкальный бизнес. Еще один иск был подан в 1991 году, когда Mac стал проигрывать музыкальные файлы, а следующий — в 2003 году, когда был открыт iTunes Store. Адвокат, много лет проработавший с The Beatles, заметил, что Джобс всегда поступал как ему хотелось, не интересуясь, что говорится на этот счет в законах. Дело было окончательно закрыто в 2007 году — Apple заплатила Apple Corps 500 миллионов долларов в обмен на всемирные права на это имя, после чего продала The Beatles лицензию на доступ к Apple Corps.

Но это не помогло привлечь The Beatles в iTunes. Для этого The Beatles и компании EMI Music, которой принадлежали права на большинство их песен, потребовалось преодолеть различия во взглядах на цифровые права. «The Beatles хотели попасть в iTunes, — вспоминал Джобс, — но они с EMI напоминали старых супругов: ненавидели друг друга, но никак не могли развестись. Я очень надеялся, что доживу до момента, когда моя любимая группа будет продаваться в iTunes Store». И он дожил до этого момента.

Боно

Боно, солист U2, высоко ценил деловую хватку Apple. Его рожденная в Дублине группа по-прежнему была лучшей в мире, но в 2004 году — после 30 лет успеха — им надо было обновить свой имидж. Они выпустили отличный новый альбом — среди песен была композиция, которую их гитарист, Эдж, назвал «всем песням песней». Боно решил, что этот альбом заслуживает особенной рекламы, и он связался с Джобсом.

«Я хотел, чтобы в Apple придумали нечто особенное, — вспоминал Боно. — На альбоме есть песня Vertigo с агрессивным гитарным риффом — я понимал, что она станет хитом, но только если люди услышат ее много-много раз». Он опасался, что эпоха продвижения музыки на радио уже закончилась. Поэтому Боно приехал к Джобсу домой в Пало-Альто и во время прогулки по саду обратился к нему с неожиданным вопросом. U2 доводилось отвергать предложения сняться в рекламе — к слову, цена этих предложений доходила до 23 миллионов долларов. Теперь же их лидер предлагал Джобсу прорекламировать iPod бесплатно. Вернее, в рамках взаимовыгодной сделки. «Они никогда раньше не снимались в рекламе, — рассказывал Джобс. — Но их захлестнула волна пиратства, им понравился iTunes, и они решили, что мы можем помочь им выйти на более молодую аудиторию».

Боно хотел, чтобы в рекламном ролике была задействована не только их песня, но и все члены группы. Любой другой генеральный директор с радостью принял бы подобное предложение, но Джобс колебался. До этого в рекламе iPod не было людей — только силуэты (реклама с Диланом появилась позже).

— Вы рисуете силуэты фанатов, так почему бы не нарисовать силуэты музыкантов? — предложил Боно.

Джобсу понравилась эта идея, и Боно подарил ему диск с еще не вышедшим альбомом How to Dismantle an Atomic Bomb. «Джобс был единственным, кто не имел отношения к группе и услышал альбом до его выхода», — вспоминал Боно.

Затем было проведено несколько встреч и совещаний. Джобс приехал в Лос-Анджелес, в Холмби-Хиллс, в гости к Джимми Айовину, главе звукозаписывающего лейбла Interscope, которому принадлежали права на распространение музыки U2. Туда же приехали Эдж и менеджер U2 Пол Макгиннес. Еще одна встреча состоялась прямо на кухне у Джобса — Макгиннес зафиксировал ключевые условия сделки на последней странице ежедневника. В обмен на участие U2 в рекламе Apple продвигала новый альбом группы всеми доступными способами — от рекламных щитов до главной страницы iTunes. U2 не получали гонорара за рекламу, но им шли проценты с продаж специальной версии iPod с выгравированными на корпусе автографами музыкантов. Боно хотел иметь процент с продажи каждого плеера — и это было его маленькой победой. «Мы с Боно попросили Стива сделать черный плеер, — вспоминал Айовин. — Это был не просто спонсорский контракт — это был совместный брендинг».

«Мы хотели, чтобы у нас был собственный iPod, не похожий на обычные, белые, — рассказывал Боно. — Мы хотели черный, но Стив сказал, что он пробовал брать другие цвета, и это было неудачно. Но при следующей встрече он показал нам черный iPod, и все мы пришли в восторг».

В рекламном ролике кадры с полусилуэтами членов группы ритмично чередовались с традиционным силуэтом танцующей девушки с iPod в руках. Но даже после съемок в Лондоне сделка все еще не была оформлена. Джобсу не нравилась идея черного плеера, и условия, касающиеся процентов и рекламного финансирования, по-прежнему не были определены. Он позвонил Джеймсу Винсенту, который отвечал за создание ролика со стороны рекламного агентства, и попросил его притормозить.

— Я думаю, что ничего не получится, — сказал Джобс. — Они просто не понимают, что мы им отдаем. Надо придумать другую рекламу.

Винсент всю свою жизнь был фанатом U2 и понимал, каким прорывом может стать эта рекламная компания — как для Apple, так и для группы. Он умолял Джобса дать ему связаться с Боно и попробовать все уладить. Джобс дал ему номер Боно. Звонок Винсента застал певца на его кухне в Дублине.

— Вы знаете, у нас ничего не выйдет, — сказал Боно Винсенту. — Музыканты против.

Винсент поинтересовался, в чем дело.

— Еще будучи простыми дублинскими подростками, мы дали себе слово не заниматься всяким наффом, — ответил Боно.

Винсент, хоть и был знаком с рокерским сленгом, этого слова не знал и поэтому спросил, что оно значит.

— Не заниматься херней за деньги. Мы же существуем ради фанатов. Наше участие в рекламе их разочарует. Простите, мы зря потратили ваше время.

Винсент спросил, что может сделать Apple, чтобы рекламная кампания все-таки состоялась.

— Мы отдаем вам самое важное, что у нас есть, — нашу музыку, — сказал Боно. — А что вы даете нам? Рекламу. Наши фанаты решат, что это все ради вашей рекламы. Нам нужно что-нибудь еще.

Винсент не знал, принято ли решение о выпуске специальной версии iPod и как обстоят дела с процентами, и потому он начал осторожно прощупывать почву.

— Это самое ценное, что мы можем вам дать, — сказал Винсент.

Боно настаивал на таком варианте с их первой встречи с Джобсом.

— Отлично. Дайте мне знать, когда все решится.

Винсент тут же позвонил Джони Айву, также большому поклоннику U2 (впервые он услышал их на концерте в Ньюкасле в 1983 году) и описал сложившуюся ситуацию. Айв сказал, что уже работает над моделью черного iPod с красным колесом — Боно просил выбрать эти цвета, потому что они сочетались с обложкой альбома. Затем Винсент позвонил Джобсу и предложил отправить Айва в Дублин, чтобы тот показал Боно, как будет выглядеть черно-красный iPod. Джобс согласился. Винсент перезвонил Боно и спросил, знаком ли тот с Джонатаном Айвом — он не знал, что эти двое без ума друг от друга.

— Знаю ли я Джони Айва? — рассмеялся Боно. — Да я его обожаю. Всех за него порву.

— Это не обязательно, — сказал Винсент. — Вы не против, если он приедет к вам и покажет, как будет выглядеть ваш iPod?

— Я его заберу с самолета на своем «мазерати», — заявил Боно. — Будет жить у меня, я его проведу по кабакам и напою до полусмерти.

На следующий день Айв отправился в Дублин, а Винсенту пришлось успокаивать Джобса, который снова решил все отменить.

— Я не уверен, что мы поступаем правильно, — говорил он. — Мы ведь не стали бы это делать с другими музыкантами.

Музыканты впервые получали отчисления с каждого проданного плеера, и Джобса беспокоило, что тем самым создастся нежелательный прецедент. Винсент уверил его, что сделка с U2 будет уникальной.

«Джони приехал в Дублин, я поселил его в гостевом домике — это тихое место над железной дорогой с видом на море, — вспоминал Боно. — Он показал мне великолепный черный iPod с красным колесом, и я сказал: решено, мы согласны». Они отправились в местный паб, чтобы обсудить детали сделки, после чего позвонили Джобсу в Купертино, чтобы узнать его мнение. Джобс принялся спорить из-за условий соглашения и дизайна плеера, но это только восхитило Боно — поразительно, что глава компании вникает в такие мелочи, сказал он. Когда все было решено, Айв с Боно хорошенько напились — они оба любили пабы. После нескольких пинт они решили позвонить Винсенту в Калифорнию. Того не было дома, и Боно оставил сообщение на автоответчике — Винсент так никогда и не стер его. «Ну, блин, я тут в Дублине сижу с твоим дружком Джони! — сообщал Боно. — Мы немножко выпили, а iPod получился классный. Не могу поверить, что держу его в руках. Спасибо!»

Для презентации нового рекламного ролика и нового дизайна iPod Джобс арендовал театр в Сан-Хосе. Вместе с ним на сцену вышли Боно и Эдж. В первую неделю было продано 840 тысяч экземпляров альбома. В рейтинге журнала Billboard он занял первое место. Боно сообщил журналистам, что участвовал в рекламе бесплатно, потому что «U2 получит от рекламы столько же, сколько Apple». Джимми Айовин добавил, что реклама позволит группе привлечь «молодую аудиторию».

Примечательно, что для того, чтобы понравиться молодежи, рок-группе нужно было начать ассоциироваться с компьютерами. Впоследствии Боно сказал, что не каждый спонсорский контракт — сделка с дьяволом. «Дьявол» в данном случае — это группа творческих людей, куда более творческих, чем многие музыканты, — сказал он Греку Коту, музыкальному критику Chicago Tribune. — Солист здесь — Стив Джобс. Вместе они создали самое красивое произведение искусства в музыкальной индустрии со времен изобретения электрогитары. Этот iPod. Задача искусства заключается в изгнании зла».

В 2006 году Боно заключил с Джобсом еще одну сделку — дело касалось его кампании Product Red по сбору средств на борьбу со СПИДом в Африке. Джобс никогда особо не интересовался благотворительностью, но согласился выпустить красный iPod в рамках этой кампании. Не все шло гладко. Например, Джобс протестовал против фирменного логотипа компании — имя спонсора указывалось в скобках, после которых надстрочным шрифтом набиралось слово RED: например, (APPLE)RED.

— Я не хочу, чтобы название моей компании брали в скобки, — заявил Джобс.

— Стив, в данном случае скобки символизируют единство наших намерений, — протестовал Боно.

Ситуация накалялась, собеседники уже послали друг друга к черту — в итоге было решено отложить решение до утра. На следующий день Джобс согласился на своего рода компромисс. Боно мог писать в своей рекламе все что угодно, но Джобс не собирался ставить Apple в скобки на своей продукции или в своих магазинах. На iPod было написано (PRODUCT)RED, а не (APPLE)RED.

«Со Стивом бывает нелегко, — рассказывал Боно, — но такие моменты сближают нас, потому что не так много в жизни людей, с которыми можно общаться по существу. У него обо всем есть свое мнение. После концертов мы всегда разговариваем, и он обязательно сообщает мне, что думает». Джобс с семьей иногда навещали Боно с женой и четырьмя детьми в их доме около Ниццы на Лазурном берегу. Во время одного из визитов в 2008 году Джобс снял яхту и встал на якорь у дома Боно. Они ужинали вместе, и Боно ставил записи композиций, которые впоследствии вошли в альбом No Line on the Horizon. Но несмотря на их дружбу, переговоры с Джобсом по-прежнему проходили нелегко. Они пытались заключить сделку на еще одну рекламную кампанию и специальный выпуск песни Get On Your Boots, но не смогли договориться. Когда Боно в 2010 году повредил спину и был вынужден отменить гастрольный тур, Лорен Пауэлл отправила ему корзину с DVD с выступлениями комедийного дуэта Flight of the Conchords, книгой «Мозг Моцарта и летчик-истребитель», медом из собственного сада и обезболивающей мазью. Джобс прилепил к тюбику записку со словами: «Отличная штука!»

Йо-Йо Ма

Одного из классических музыкантов Джобс ценил и как личность, и как исполнителя: это был Йо-Йо Ма, великий виртуоз, человек столь же глубокий и приятный, как и звуки, которые он извлекает из своей виолончели. Они познакомились в 1981 году, когда Джобс был на Международной конференции дизайнеров в Аспене. Йо-Йо Ма тоже оказался там — по случаю музыкального фестиваля. Джобс проникался огромной симпатией к музыкантам, чья игра казалась ему идеально чистой, и он стал преданным поклонником китайского виолончелиста. Он пригласил Ма выступить на своей свадьбе, но тот тогда был на гастролях. Несколько лет спустя он приехал к Джобсу, устроился в гостиной, вытащил свою виолончель 1733 года работы Страдивари и исполнил Баха.

— Вот что я бы сыграл на вашей свадьбе, — сказал он.

Джобс прослезился и сказал:

— Ваша игра — это лучшее доказательство существования Бога, какое мне когда-либо встречалось. Я не верю, что человек способен на такое.

В свой следующий приезд Йо-Йо Ма позволил дочери Джобса Эрин подержать виолончель, пока они сидели на кухне. К тому моменту Джобс уже боролся с раком и заставил Ма пообещать, что тот будет играть у него на похоронах.

Содержимое его iPod

Чем популярнее становился iPod, тем чаще слышался вопрос, который задавали кандидатам в президенты, малопопулярным актерам, кавалерам на первом свидании, королеве Англии и кому угодно в белых наушниках: «Что у вас в iPod?». Все закрутилось в начале 2005 года: Элизабет Бумиллер написала в The New York Times статью, где критически разбирала ответ Джорджа Буша-младшего на этот самый вопрос. «В iPod Буша много традиционной кантри-музыки, — сообщала она. — Там есть Ван Моррисон — больше всего Буш любит его песню Brown Eyed Girl — и Джон Фогерти — у него, разумеется, Буш предпочитает Centerfield». По просьбе Бумиллер Джо Леви, редактор журнала Rolling Stone, прокомментировал пристрастия президента: «Интересно, что президенту нравятся те музыканты, которым не нравится он».

«Дав iPod своему другу, тому, с кем вы впервые пошли на свидание, или незнакомцу, сидящему в соседнем кресле в самолете, вы позволяете читать себя как открытую книгу, — написал Стивен Леви в книге „Безупречная вещь“. — Им достаточно прокрутить список ваших песен с помощью колеса управления, и — с точки зрения музыки — вы полностью обнажены. Так можно понять не только какой вы — так можно понять, кто вы». Поэтому, когда мы как-то раз сидели с Джобсом в его гостиной и слушали музыку, я попросил дать мне взглянуть на его iPod. Он протянул тот, что слушал в 2004 году.

Там, разумеется, были все шесть частей Bootleg series Дилана, включая те треки, которые Джобс полюбил еще в те времена, когда они с Возняком записывали их на катушечном магнитофоне за много лет до официального выхода сборников. Кроме того, там оказалось еще 15 альбомов Дилана, начиная с первого альбома Bob Dylan 1962 года, но только до Oh Mercy, который вышел в 1989 году. Джобс часто спорил с Энди Херцфельдом и другими, что последующие альбомы Дилана — а вернее, все, начиная с Blood on the Tracks 1975 года, — уступают его раннему творчеству. Единственное исключение он делал для песни Things Have Changed из альбома Wonder Boys 2000 года. Что странно, на iPod не было альбома Empire Burlesque 1985 года, который Херцфельд принес Джобсу в тот уикенд, когда его выгнали из Apple.

Еще в iPod Джобса много места занимали записи The Beatles. Там были песни из семи альбомов: A Hard Day“s Night, Abbey Road, Help! Let it Be, Magical Mystery Tour, Meet the Beatles! и Sgt. Pepper Lonely Heart Club Band. Сольных альбомов там не оказалось. Затем следовало шесть альбомов The Rolling Stones: Emotional Rescue, Flashpoint, Jump Back, Some Girls, Sticky Finger и Tattoo You. Большинство альбомов Дилана и The Beatles присутствовали полностью. Но Джобс был верен своему убеждению, что альбомы можно и нужно разделять на составляющие, поэтому из большинства альбомов The Rolling Stones и других музыкантов осталось всего по три-четыре песни. Творчество его бывшей девушки Джоан Баэз было довольно полно представлено подборкой из четырех альбомов, включая две версии песни Love Is Just a Four-Letter Word.

Отдельные песни отражали его сущность — дитя семидесятых с сердцем, оставшимся в шестидесятых. Там были Арета Франклин, Би Би Кинг, Бадди Холли, Баффало Спрингфилд, Дон Маклин, Донован, The Doors, Дженис Джоплин, Jefferson Airplane, Джими Хендрикс, Джонни Кэш, Джон Мелленкамп, Simon & Garfunkel и даже The Monkees (сингл I“m a Believer) и Sam the Sham (песня Wooly Bully). Всего четверть песен принадлежала современным музыкантам — таким, как 10,000 Maniacs, Алиша Киз, Black Eyed Peas, Coldplay, Dido, Green Day, Джон Майер (друг Джобса и всего Apple), Моби (аналогично), Боно и U2 (аналогично), Сил и The Talking Heads. Что касается классической музыки, там было несколько записей Баха (включая «Бранденбургские концерты») и три альбома Йо-Йо Ма.

В мае 2003 года Джобс сказал Шерил Кроу, что скачал несколько треков Эминема и тот ему «все больше и больше нравится». Вскоре после этого Джеймс Винсент отвел его на концерт Эминема. Но рэпер так и не попал в плей-лист Джобса. После концерта он сказал Винсенту: «Даже не знаю…» Впоследствии Джобс говорил мне: «Я уважаю Эминема как музыканта, но я не хочу слушать его музыку: у меня с Эминемом, с его ценностями гораздо меньше общего, чем с Диланом». Плей-лист Джобса в 2004 году никак нельзя было назвать ультрамодным. Но всякому, кто родился в пятидесятые, понравился бы такой набор песен — это был саундтрек его жизни.

За следующие семь лет музыкальные предпочтения Джобса не сильно изменились. Когда в марте 2011 года вышел iPad 2, он перенес туда любимую музыку. Как-то раз мы сидели в его гостиной, он просматривал песни на новом планшете и в порыве ностальгии ставил свои любимые композиции.

Мы прошлись по обычному набору из Дилана и The Beatles, после чего Джобс впал в задумчивость и поставил григорианский хорал — Spiritus Domini, исполняемый монахами-бенедиктинцами. Следующие пару минут он пребывал в состоянии, близком к трансу.

— Какая красота, — пробормотал он наконец и выбрал «Второй Бранденбургский концерт» Баха, а затем — фугу из «Хорошо темперированного клавира». Бах был его любимым классическим композитором. Особенно ему нравилось сравнивать две версии «Вариаций Гольдберга» в исполнении Гленна Гульда — первая была записана в 1955 году никому не известным 22-летним пианистом, а вторая — в 1981-м, за год до его смерти.

— Словно ночь и день, — сказал Джобс, прослушав обе версии. — Первая — искристая, юная, сверкающая, исполненная с совершенно виртуозной скоростью. Вторая — гораздо более строгая и холодная. Чувствуешь, что за ней стоит необычайно глубокая душа, которой многое пришлось пережить. Это более глубокая и мудрая версия.

В то время Джобс был в третьем по счету отпуске по состоянию здоровья. Я спросил, какая версия нравится ему больше.

— Гульд больше любил вторую версию, — ответил он. — Мне раньше нравилась первая, более яркая. Теперь я его понимаю.

Потом он неожиданно перешел к шестидесятым и поставил Catch the Wind Донована. Поймав мой недоуменный взгляд, он запротестовал:

— По-моему, Донован сочинил много хорошего!

Он включил Mellow Yellow и потом признал, что, возможно, это не лучший пример.

— Когда мы были молоды, это звучало лучше.

Я спросил, какая музыка нашего детства актуальна для него до сих пор. Джобс прокрутил плей-лист и выбрал песню 1969 года Uncle Johns Band группы The Grateful Dead. Подпевая, он покачивал головой: When life looks like Easy Street, there's danger at your door[21] На мгновение мы оба перенеслись в то бурное время, когда мирные шестидесятые катились к своему неблагозвучному концу. Whoa, oh, what I want to know is, are you kind?[22]

Потом он поставил Джони Митчелл.

— Она отказалась от своего ребенка, — сказал он. — Это песня о ее дочке.

Он выбрал Little Green, и мы стали слушать эту печальную песню. So you sign all the papers in the family name / You“re sad and you re sorry, but you“re not ashamed / Little Green, have a happy ending.[23] Я спросил, часто ли он думает о том, что его самого отдали на усыновление.

— Нет, — ответил он. — Не часто.

В последнее время, сказал он, ему чаще приходят в голову мысли о старости, чем о рождении. Это напомнило ему величайшую песню Джони Митчелл Both Sides Now, в которой говорится о мудрости, приходящей с возрастом: I've looked at life at both sides now, / From win and lose, and still somehow, / It“s life illusions I recall,I really don“t know life at all.[24] Как Гленн Гульд поступил с «Вариациями Гольдберга», так и Митчелл решила записать две версии Both Sides Now — первую в 1969-м, а вторую, мучительно медленную, в 2000 году. Джобс поставил последнюю.

— Интересно, как люди стареют, — заметил он.

Некоторые, добавил он, стареют неудачно — даже если еще молоды. Я спросил, кого он имеет в виду.

— Джон Майер — один из лучших гитаристов всех времен и народов, но я боюсь, что он все испортит, — ответил Джобс. — Он совсем не управляет своей жизнью.

Джобсу нравился Майер, и он не раз приглашал его на ужин к себе в Пало-Альто. В январе 2004 года 27-летний Майер появился на выставке Macworld, где Джобс представил программу GarageBand. После этого Майер посещал почти все выставки. Джобс поставил хит Майера — Gravity, в котором поется о влюбленном юноше, который почему-то мечтает избавиться от своей любви. Gravity is working against me, / And gravity wants to bring me down.[25] Джобс покачал головой и заметил:

— В глубине души он хороший мальчик, вот только совсем от рук отбился.

В конце этого совместного прослушивания я задал ему избитый вопрос: The Beatles или The Rolling Stones?

— Если бы альбомы горели и я бы мог спасти только один из них, я бы схватил The Beatles, — ответил Джобс. — Мне было бы тяжело выбрать между The Beatles и Диланом. The Rolling Stones кто-нибудь повторит, но Дилана или The Beatles не сможет повторить никто.

Пока он говорил о том, как нам повезло, что у нас в юности была вся эта музыка, в комнату вошел его 18-летний сын.

— А Рид этого не понимает, — пожаловался Джобс.

Возможно, Рид понимал — на нем была футболка с фотографией Джоан Баэз и надписью Forever Young.

Боб Дилан

Единственным случаем, когда Джобс в буквальном смысле лишился дара речи, была его встреча с Бобом Диланом. В октябре 2004 года Дилан выступал неподалеку от Пало-Альто. Джобс в то время восстанавливался после первой онкологической операции. Дилан никогда не отличался общительностью — не то что Боно или Боуи. Однако он пригласил Джобса к себе в отель перед концертом. Джобс вспоминал об этой встрече:

Когда Дилан играл по соседству в следующий раз, он пригласил Джобса заглянуть к нему в гастрольный автобус. Когда Дилан попросил его назвать свою любимую песню, Джобс упомянул One Too Many Mornings. В тот вечер Дилан ее спел. После концерта Джобс шел домой, и рядом с ним с визгом затормозил автобус.

— Слышал, как я для тебя спел? — хриплым голосом спросил Дилан и уехал.

Рассказывая об этом случае, Джобс гениально подражал интонациям Дилана.

«Он один из моих главных кумиров, — говорил он. — С годами моя любовь к нему только окрепла. Не понимаю, как он писал такие вещи в молодости».

Через несколько лет после этого концерта в голове у Джобса родился грандиозный план. Он решил, что в iTunes Store должен продаваться цифровой «бокс-сет» со всеми песнями Дилана — всего их на тот момент было более 700. Стоить этот комплект должен был 199 долларов. Но Энди Лак из Sony, которому принадлежали права на музыку Дилана, не был готов заключать подобные сделки без серьезных уступок со стороны iTunes. К тому же он считал, что 199 долларов — слишком мало, это обесценивает музыку Дилана. «Боб — национальное сокровище, — заявил Лак, — а Стив хотел выставить его в iTunes за копейки». В этом заключался корень всех конфликтов между Джобсом и звукозаписывающими компаниями: он хотел устанавливать цены самостоятельно. Поэтому Лак отказался.

— Ладно, тогда я свяжусь с Диланом напрямую, — ответил Джобс.

Но Дилан сам не занимался подобными вещами, поэтому во всем пришлось разбираться его агенту Джеффу Розену.

— Это плохая идея, — сказал Лак Розену и показал ему свои расчеты. — Боб — кумир Стива. Он пойдет на любые уступки.

Лаку — и как партнеру, и чисто по-человечески — не терпелось поставить Джобса на место, подергать его за поводок. Поэтому он предложил Розену:

— Завтра я выпишу вам чек на миллион долларов, если вы отложите эту сделку.

Как впоследствии объяснял Лак, это был аванс в счет будущих процентов с продаж, и «все звукозаписывающие компании так делают». Через 45 минут Розен перезвонил и сказал, что согласен. «Энди нам все объяснил и попросил не соглашаться, ну мы и не согласились, — вспоминал он. — Энди выдал нам аванс, чтобы мы притормозили со сделкой».

Впрочем, к 2006 году Лак покинул пост главы того, что тогда называлось Sony BMG, и Джобс возобновил переговоры. Он отправил Дилану iPod со всеми его песнями и продемонстрировал Розену, какую маркетинговую кампанию может устроить Apple. В августе он объявил о заключении крупной сделки. Согласно ее условиям, Apple могла продавать за 199 долларов цифровой «бокс-сет» со всеми песнями Дилана и имела право принимать предварительные заказы на его новый альбом — Modern Times.

— Боб Дилан — один из самых уважаемых поэтов и музыкантов своего времени и мой кумир, — сказал Джобс, анонсируя новое предложение.

В комплект из 773 песен входили 42 редкие записи — например, запись песни Wade in the Water, сделанная в 1961 году в отеле в Миннесоте, версия Handsome Molly 1962 года, записанная на концерте в кафе Gaslight в Гринвич-Виллидж, потрясающее исполнение Mr. Tambourine Man с Ньюпортского фолк-фестиваля 1964 года (любимая запись Джобса) и акустическая версия Outlaw Blues 1965 года.

По условиям сделки Дилан снялся в телевизионной рекламе iPod, посвященной его новому альбому Modern Times. Это был самый поразительный пример смены ролей со времен Тома Сойера, убедившего друзей побелить ему забор. Раньше снять звезду в рекламе можно было только за очень большие деньги. Но к 2006 году ситуация изменилась. Теперь музыканты мечтали появиться в рекламе iPod. Подобное участие гарантировало им успех. Джеймс Винсент еще несколько лет назад предсказал, что это произойдет: Джобс тогда говорил, что у него много знакомых музыкантов, которым можно было бы заплатить, чтобы они снялись в рекламе.

— Скоро все изменится, — сказал Винсент. — Apple — это совсем другой бренд, куда круче, чем бренды большинства музыкантов. Надо предлагать им возможность сняться у нас, а не платить им.

Ли Клоу вспоминал, что более молодые сотрудники Apple и рекламное агентство были не уверены в том, что надо снимать именно Дилана. «Они сомневались, что он по-прежнему достаточно популярен», — объяснял Клоу. Джобс не желал ничего слушать. Он был счастлив заполучить Дилана.

Словно одержимый, Джобс выверял каждую деталь ролика с Диланом. Розен полетел в Купертино, чтобы они могли послушать альбом и выбрать песню для рекламы — в итоге они остановились на Someday Baby. Джобс одобрил тестовое видео с дублером вместо Дилана, снятое Клоу, — потом его пересняли в Нэшвилле с самим Диланом. Но конечная версия Джобсу не понравилась. Она была недостаточно оригинальной. Он решил, что нужно все переделать, Клоу нанял другого режиссера, а Розен убедил Дилана пересняться. На этот раз реклама представляла собой более сдержанную в цветовом отношении вариацию на тему знаменитых «силуэтных» роликов: Дилан в ковбойской шляпе сидел на барном стуле, пел и играл на гитаре, а задорная девушка в кепке танцевала с iPod в руках. Джобс был в восторге.

Ролик продемонстрировал поразительную эффективность рекламной кампании iPod: Дилан завоевал сердца молодой аудитории — так же, как iPod в свое время привлек молодежь к компьютерам Apple. Благодаря рекламе альбом Дилана в первую же неделю занял первое место в рейтинге журнала Billboard, обогнав лидирующие по продажам альбомы Кристины Агилеры и группы Outkast. Дилан впервые за 30 лет с момента выхода в 1976 году альбома Desire был на вершине чартов. Журнал Ad Age так охарактеризовал роль Apple в продвижении Дилана: «Реклама iTunes оказалась не посредственным роликом «со знаменитостью», в котором крупная компания выписывает чек на крупную сумму, чтобы погреться в лучах славы крупной звезды. В данном случае произошло обратное: всемогущий бренд Apple помог мистеру Дилану выйти на молодую аудиторию и поднять его продажи на уровень, которого они не видели со времен правления Форда».

The Beatles

Среди любимых дисков Джобса был бутлег с дюжиной разных версий Strawberry Fields Forever — Джон Леннон с командой постепенно доводили ее до совершенства. Этот сборник стал музыкальным воплощением философии Джобса о постоянном совершенствовании продукта. Энди Херцфельд нашел диск в 1986 году и сделал копию для Джобса, хотя тот иногда рассказывал знакомым, будто сборник ему подарила Йоко Оно. Как-то раз, сидя у себя в гостиной в Пало-Альто, Джобс принялся копаться на полках в поисках диска. Затем он поставил его и принялся объяснять, почему его вдохновляла эта вещь:

Понятно, почему Джобса раздражало, что песни The Beatles нельзя купить через iTunes.

Его битва с Apple Corps, которая представляла интересы The Beatles на рынке звукозаписи, длилась больше 30 лет — описывая этот конфликт, журналисты не раз использовали в своих статьях выражение «извилистый и длинный путь». Все началось в 1978 году, когда вскоре после открытия Apple Computers на них подала в суд компания Apple Corps за нарушение торговой марки — бывший звукозаписывающий лейбл The Beatles назывался Apple. Дело разрешилось три года спустя — Apple Computers заплатила Apple Corps 80 тысяч долларов. В решении суда содержалась оговорка, казавшаяся безобидной: The Beatles обещали не производить компьютерное оборудование, а Apple — не заниматься продажей музыкальной продукции.

The Beatles свое слово сдержали. Никто из них не произвел на свет ни одного компьютера. Однако Apple не переставала покушаться на музыкальный бизнес. Еще один иск был подан в 1991 году, когда Mac стал проигрывать музыкальные файлы, а следующий — в 2003 году, когда был открыт iTunes Store. Адвокат, много лет проработавший с The Beatles, заметил, что Джобс всегда поступал как ему хотелось, не интересуясь, что говорится на этот счет в законах. Дело было окончательно закрыто в 2007 году — Apple заплатила Apple Corps 500 миллионов долларов в обмен на всемирные права на это имя, после чего продала The Beatles лицензию на доступ к Apple Corps.

Но это не помогло привлечь The Beatles в iTunes. Для этого The Beatles и компании EMI Music, которой принадлежали права на большинство их песен, потребовалось преодолеть различия во взглядах на цифровые права. «The Beatles хотели попасть в iTunes, — вспоминал Джобс, — но они с EMI напоминали старых супругов: ненавидели друг друга, но никак не могли развестись. Я очень надеялся, что доживу до момента, когда моя любимая группа будет продаваться в iTunes Store». И он дожил до этого момента.

Боно

Боно, солист U2, высоко ценил деловую хватку Apple. Его рожденная в Дублине группа по-прежнему была лучшей в мире, но в 2004 году — после 30 лет успеха — им надо было обновить свой имидж. Они выпустили отличный новый альбом — среди песен была композиция, которую их гитарист, Эдж, назвал «всем песням песней». Боно решил, что этот альбом заслуживает особенной рекламы, и он связался с Джобсом.

«Я хотел, чтобы в Apple придумали нечто особенное, — вспоминал Боно. — На альбоме есть песня Vertigo с агрессивным гитарным риффом — я понимал, что она станет хитом, но только если люди услышат ее много-много раз». Он опасался, что эпоха продвижения музыки на радио уже закончилась. Поэтому Боно приехал к Джобсу домой в Пало-Альто и во время прогулки по саду обратился к нему с неожиданным вопросом. U2 доводилось отвергать предложения сняться в рекламе — к слову, цена этих предложений доходила до 23 миллионов долларов. Теперь же их лидер предлагал Джобсу прорекламировать iPod бесплатно. Вернее, в рамках взаимовыгодной сделки. «Они никогда раньше не снимались в рекламе, — рассказывал Джобс. — Но их захлестнула волна пиратства, им понравился iTunes, и они решили, что мы можем помочь им выйти на более молодую аудиторию».

Боно хотел, чтобы в рекламном ролике была задействована не только их песня, но и все члены группы. Любой другой генеральный директор с радостью принял бы подобное предложение, но Джобс колебался. До этого в рекламе iPod не было людей — только силуэты (реклама с Диланом появилась позже).

— Вы рисуете силуэты фанатов, так почему бы не нарисовать силуэты музыкантов? — предложил Боно.

Джобсу понравилась эта идея, и Боно подарил ему диск с еще не вышедшим альбомом How to Dismantle an Atomic Bomb. «Джобс был единственным, кто не имел отношения к группе и услышал альбом до его выхода», — вспоминал Боно.

Затем было проведено несколько встреч и совещаний. Джобс приехал в Лос-Анджелес, в Холмби-Хиллс, в гости к Джимми Айовину, главе звукозаписывающего лейбла Interscope, которому принадлежали права на распространение музыки U2. Туда же приехали Эдж и менеджер U2 Пол Макгиннес. Еще одна встреча состоялась прямо на кухне у Джобса — Макгиннес зафиксировал ключевые условия сделки на последней странице ежедневника. В обмен на участие U2 в рекламе Apple продвигала новый альбом группы всеми доступными способами — от рекламных щитов до главной страницы iTunes. U2 не получали гонорара за рекламу, но им шли проценты с продаж специальной версии iPod с выгравированными на корпусе автографами музыкантов. Боно хотел иметь процент с продажи каждого плеера — и это было его маленькой победой. «Мы с Боно попросили Стива сделать черный плеер, — вспоминал Айовин. — Это был не просто спонсорский контракт — это был совместный брендинг».

«Мы хотели, чтобы у нас был собственный iPod, не похожий на обычные, белые, — рассказывал Боно. — Мы хотели черный, но Стив сказал, что он пробовал брать другие цвета, и это было неудачно. Но при следующей встрече он показал нам черный iPod, и все мы пришли в восторг».

В рекламном ролике кадры с полусилуэтами членов группы ритмично чередовались с традиционным силуэтом танцующей девушки с iPod в руках. Но даже после съемок в Лондоне сделка все еще не была оформлена. Джобсу не нравилась идея черного плеера, и условия, касающиеся процентов и рекламного финансирования, по-прежнему не были определены. Он позвонил Джеймсу Винсенту, который отвечал за создание ролика со стороны рекламного агентства, и попросил его притормозить.

— Я думаю, что ничего не получится, — сказал Джобс. — Они просто не понимают, что мы им отдаем. Надо придумать другую рекламу.

Винсент всю свою жизнь был фанатом U2 и понимал, каким прорывом может стать эта рекламная компания — как для Apple, так и для группы. Он умолял Джобса дать ему связаться с Боно и попробовать все уладить. Джобс дал ему номер Боно. Звонок Винсента застал певца на его кухне в Дублине.

— Вы знаете, у нас ничего не выйдет, — сказал Боно Винсенту. — Музыканты против.

Винсент поинтересовался, в чем дело.

— Еще будучи простыми дублинскими подростками, мы дали себе слово не заниматься всяким наффом, — ответил Боно.

Винсент, хоть и был знаком с рокерским сленгом, этого слова не знал и поэтому спросил, что оно значит.

— Не заниматься херней за деньги. Мы же существуем ради фанатов. Наше участие в рекламе их разочарует. Простите, мы зря потратили ваше время.

Винсент спросил, что может сделать Apple, чтобы рекламная кампания все-таки состоялась.

— Мы отдаем вам самое важное, что у нас есть, — нашу музыку, — сказал Боно. — А что вы даете нам? Рекламу. Наши фанаты решат, что это все ради вашей рекламы. Нам нужно что-нибудь еще.

Винсент не знал, принято ли решение о выпуске специальной версии iPod и как обстоят дела с процентами, и потому он начал осторожно прощупывать почву.

— Это самое ценное, что мы можем вам дать, — сказал Винсент.

Боно настаивал на таком варианте с их первой встречи с Джобсом.

— Отлично. Дайте мне знать, когда все решится.

Винсент тут же позвонил Джони Айву, также большому поклоннику U2 (впервые он услышал их на концерте в Ньюкасле в 1983 году) и описал сложившуюся ситуацию. Айв сказал, что уже работает над моделью черного iPod с красным колесом — Боно просил выбрать эти цвета, потому что они сочетались с обложкой альбома. Затем Винсент позвонил Джобсу и предложил отправить Айва в Дублин, чтобы тот показал Боно, как будет выглядеть черно-красный iPod. Джобс согласился. Винсент перезвонил Боно и спросил, знаком ли тот с Джонатаном Айвом — он не знал, что эти двое без ума друг от друга.

— Знаю ли я Джони Айва? — рассмеялся Боно. — Да я его обожаю. Всех за него порву.

— Это не обязательно, — сказал Винсент. — Вы не против, если он приедет к вам и покажет, как будет выглядеть ваш iPod?

— Я его заберу с самолета на своем «мазерати», — заявил Боно. — Будет жить у меня, я его проведу по кабакам и напою до полусмерти.

На следующий день Айв отправился в Дублин, а Винсенту пришлось успокаивать Джобса, который снова решил все отменить.

— Я не уверен, что мы поступаем правильно, — говорил он. — Мы ведь не стали бы это делать с другими музыкантами.

Музыканты впервые получали отчисления с каждого проданного плеера, и Джобса беспокоило, что тем самым создастся нежелательный прецедент. Винсент уверил его, что сделка с U2 будет уникальной.

«Джони приехал в Дублин, я поселил его в гостевом домике — это тихое место над железной дорогой с видом на море, — вспоминал Боно. — Он показал мне великолепный черный iPod с красным колесом, и я сказал: решено, мы согласны». Они отправились в местный паб, чтобы обсудить детали сделки, после чего позвонили Джобсу в Купертино, чтобы узнать его мнение. Джобс принялся спорить из-за условий соглашения и дизайна плеера, но это только восхитило Боно — поразительно, что глава компании вникает в такие мелочи, сказал он. Когда все было решено, Айв с Боно хорошенько напились — они оба любили пабы. После нескольких пинт они решили позвонить Винсенту в Калифорнию. Того не было дома, и Боно оставил сообщение на автоответчике — Винсент так никогда и не стер его. «Ну, блин, я тут в Дублине сижу с твоим дружком Джони! — сообщал Боно. — Мы немножко выпили, а iPod получился классный. Не могу поверить, что держу его в руках. Спасибо!»

Для презентации нового рекламного ролика и нового дизайна iPod Джобс арендовал театр в Сан-Хосе. Вместе с ним на сцену вышли Боно и Эдж. В первую неделю было продано 840 тысяч экземпляров альбома. В рейтинге журнала Billboard он занял первое место. Боно сообщил журналистам, что участвовал в рекламе бесплатно, потому что «U2 получит от рекламы столько же, сколько Apple». Джимми Айовин добавил, что реклама позволит группе привлечь «молодую аудиторию».

Примечательно, что для того, чтобы понравиться молодежи, рок-группе нужно было начать ассоциироваться с компьютерами. Впоследствии Боно сказал, что не каждый спонсорский контракт — сделка с дьяволом. «Дьявол» в данном случае — это группа творческих людей, куда более творческих, чем многие музыканты, — сказал он Греку Коту, музыкальному критику Chicago Tribune. — Солист здесь — Стив Джобс. Вместе они создали самое красивое произведение искусства в музыкальной индустрии со времен изобретения электрогитары. Этот iPod. Задача искусства заключается в изгнании зла».

В 2006 году Боно заключил с Джобсом еще одну сделку — дело касалось его кампании Product Red по сбору средств на борьбу со СПИДом в Африке. Джобс никогда особо не интересовался благотворительностью, но согласился выпустить красный iPod в рамках этой кампании. Не все шло гладко. Например, Джобс протестовал против фирменного логотипа компании — имя спонсора указывалось в скобках, после которых надстрочным шрифтом набиралось слово RED: например, (APPLE)RED.

— Я не хочу, чтобы название моей компании брали в скобки, — заявил Джобс.

— Стив, в данном случае скобки символизируют единство наших намерений, — протестовал Боно.

Ситуация накалялась, собеседники уже послали друг друга к черту — в итоге было решено отложить решение до утра. На следующий день Джобс согласился на своего рода компромисс. Боно мог писать в своей рекламе все что угодно, но Джобс не собирался ставить Apple в скобки на своей продукции или в своих магазинах. На iPod было написано (PRODUCT)RED, а не (APPLE)RED.

«Со Стивом бывает нелегко, — рассказывал Боно, — но такие моменты сближают нас, потому что не так много в жизни людей, с которыми можно общаться по существу. У него обо всем есть свое мнение. После концертов мы всегда разговариваем, и он обязательно сообщает мне, что думает». Джобс с семьей иногда навещали Боно с женой и четырьмя детьми в их доме около Ниццы на Лазурном берегу. Во время одного из визитов в 2008 году Джобс снял яхту и встал на якорь у дома Боно. Они ужинали вместе, и Боно ставил записи композиций, которые впоследствии вошли в альбом No Line on the Horizon. Но несмотря на их дружбу, переговоры с Джобсом по-прежнему проходили нелегко. Они пытались заключить сделку на еще одну рекламную кампанию и специальный выпуск песни Get On Your Boots, но не смогли договориться. Когда Боно в 2010 году повредил спину и был вынужден отменить гастрольный тур, Лорен Пауэлл отправила ему корзину с DVD с выступлениями комедийного дуэта Flight of the Conchords, книгой «Мозг Моцарта и летчик-истребитель», медом из собственного сада и обезболивающей мазью. Джобс прилепил к тюбику записку со словами: «Отличная штука!»

Йо-Йо Ма

Одного из классических музыкантов Джобс ценил и как личность, и как исполнителя: это был Йо-Йо Ма, великий виртуоз, человек столь же глубокий и приятный, как и звуки, которые он извлекает из своей виолончели. Они познакомились в 1981 году, когда Джобс был на Международной конференции дизайнеров в Аспене. Йо-Йо Ма тоже оказался там — по случаю музыкального фестиваля. Джобс проникался огромной симпатией к музыкантам, чья игра казалась ему идеально чистой, и он стал преданным поклонником китайского виолончелиста. Он пригласил Ма выступить на своей свадьбе, но тот тогда был на гастролях. Несколько лет спустя он приехал к Джобсу, устроился в гостиной, вытащил свою виолончель 1733 года работы Страдивари и исполнил Баха.

— Вот что я бы сыграл на вашей свадьбе, — сказал он.

Джобс прослезился и сказал:

— Ваша игра — это лучшее доказательство существования Бога, какое мне когда-либо встречалось. Я не верю, что человек способен на такое.

В свой следующий приезд Йо-Йо Ма позволил дочери Джобса Эрин подержать виолончель, пока они сидели на кухне. К тому моменту Джобс уже боролся с раком и заставил Ма пообещать, что тот будет играть у него на похоронах.