• Как правильно управлять финансами своего бизнеса, если вы не специалист в области финансового анализа - Финансовый анализ

    Финансовый менеджмент - финансовые отношения между суъектами, управление финасами на разных уровнях, управление портфелем ценных бумаг, приемы управления движением финансовых ресурсов - вот далеко не полный перечень предмета "Финансовый менеджмент"

    Поговорим о том, что же такое коучинг? Одни считают, что это буржуйский брэнд, другие что прорыв с современном бизнессе. Коучинг - это свод правил для удачного ведения бизнесса, а также умение правильно распоряжаться этими правилами

Глава 19. Pixar. Союз искусства и технологии

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 
34 35 36 37 38 39 

Компьютерное подразделение Lucasfilm

Летом 1985 года, когда его позиция в Apple уже сильно пошатнулась, Джобс как-то прогуливался с Аланом Кэем из Xerox PARC, который к тому времени получил звание почетного сотрудника Apple. Кэй знал, что Джобса интересует сочетание творчества с технологией, поэтому предложил навестить своего приятеля Эда Кэтмалла, начальника компьютерного подразделения киностудии Джорджа Лукаса. Взяв напрокат лимузин, они поехали на принадлежащее Лукасу ранчо Скайуокер в округе Марин, где располагалось и небольшое компьютерное подразделение Кэтмалла. «Я был потрясен и, вернувшись, убеждал Скалли купить это подразделение для Apple, — вспоминал Джобс. — Но руководство Apple не проявило ни малейшего интереса, главной их задачей было выгнать меня».

Компьютерное подразделение студии Lucasfilm действовало в двух направлениях: во-первых, там разрабатывался под заказчика компьютер, способный оцифровывать отснятый материал и добавлять к нему удивительные спецэффекты; во-вторых, группа компьютерной анимации выпускала короткометражные мультфильмы, такие как «Приключения Андре и пчелки Уолли». Мультфильм был впервые показан в 1984 году и прославил режиссера Джона Лассетера. На тот момент Джордж Лукас закончил первую трилогию «Звездных войн» и по уши увяз в скандальном разводе, поэтому ему требовалось срочно продать подразделение. Он велел Кэтмаллу как можно скорее найти покупателя.

Когда осенью 1985 года сорвалось несколько наметившихся сделок, основатели подразделения Кэтмалл и Элви Рэй Смит решили поискать инвесторов, чтобы выкупить его самим. Они позвонили Джобсу, договорились о встрече и приехали в его вудсайдский особняк. Пожаловавшись на вероломство и идиотизм Скалли, Джобс сразу предложил купить подразделение. Кэтмалл и Смит не спешили соглашаться. Им-то нужен был теперь инвестор, а не новый владелец. Но вскоре нашелся компромисс: Джобс выкупит большую часть подразделения, станет председателем, но руководство останется за Кэтмаллом и Смитом.

«Я хотел купить подразделение, потому что был увечен компьютерной графикой, — вспоминал позднее Джобс. — Увидев компьютерщиков из Lucasfilm, я сразу понял, что эти люди как никто другой умеют сочетать искусство и технологию, а меня это всегда очень интересовало». Джобс предчувствовал, что через несколько лет компьютеры станут в сотни раз более мощными, и верил, что это повлечет за собой неслыханный прогресс в мультипликации и реалистичной трехмерной графике. «Задачи, которые ставило перед собой подразделение Лукаса, требовали огромных вычислительных мощностей, и я понял, что время на их стороне. Мне нравился этот вектор развития».

Джобс предложил выплатить Лукасу 5 миллионов долларов и вложить еще 5 миллионов, чтобы превратить подразделение в независимую компанию. Это было гораздо меньше, чем хотел Лукас, но время поджимало. Они решили обсудить условия сделки. Финансовый директор Lucasfilm считал Джобса высокомерным и капризным, поэтому, когда подошло время переговоров, он сказал Кэтмаллу, что следует «продемонстрировать правильную иерархию». Он придумал план: все участники, включая Джобса, соберутся в назначенное время, а через несколько минут войдет он и начнет совещание. «Но вышла странная штука, — вспоминает Кэтмалл, — Стив сам начал совещание вовремя, не дожидаясь финдиректора, и когда тот объявился, Стив уже захватил инициативу».

Джобс лишь однажды встретился с Джорджем Лукасом, который предупредил его, что сотрудники подразделения больше увлечены анимацией, чем созданием компьютеров. «Учти, они одержимы мультиками», — сказал Лукас. Позднее он вспоминал: «Я предупредил его о наклонностях Эда и Джона. Но мне кажется, он потому и купил компанию — чувствовал в глубине души, что их замыслы совпадают».

Окончательное соглашение было достигнуто в январе 1986 года. За свое 10-миллионное вложение Джобс получал 70 % компании, а остальные акции распределялись между Эдом Кэтмаллом, Элви Рэем Смитом и 38 другими сотрудниками-учредителями, вплоть до секретаря в приемной. Главное аппаратное обеспечение подразделения называлось Pixar Image Computer, отсюда и название компании. Последний спор был о месте подписания договора: Джобс хотел встретиться в своем офисе в NeXT, а Лукас — на ранчо Скайуокер. В результате выбрали юридическую контору в Сан-Франциско.

Некоторое время Джобс почти не вмешивался в дела Кэтмалла и Смита. Примерно раз в месяц они собирались на совещание, обычно в головном офисе NeXT, и Джобс интересовался в основном финансами и стратегией развития. Однако его врожденная страсть к контролю взяла свое, и вскоре Джобс отвел себе более значительную роль, гораздо более значительную, чем поначалу надеялись Кэтмалл и Смит. У него бесконечно рождались идеи — то разумные, то вздорные — о возможной судьбе аппаратного и программного обеспечения Pixar. Время от времени наведываясь в Pixar, он вдохновлял коллектив своими речами. «Я рос в баптистской общине и помню религиозные собрания с харизматичными, но нечистоплотными проповедниками, — рассказывал Элви Рэй Смит. — Стив точно так же умел работать языком, сплетая паутину слов, из которой трудно выпутаться. Мы это прекрасно понимали и придумали определенные сигналы — почесать нос или подергать себя за ухо, если на совещании кто-то попадал в поле искажения реальности и его требовалось вытащить обратно».

Джобс высоко ценил умелое совмещение аппаратного и программного обеспечения, и именно этого достигла Pixar со своим Image Computer и программами визуализации. Мало того, Pixar добавила и третий компонент: она производила отличное содержание — анимационные фильмы и графику. Все три элемента совершенствовались благодаря способности Джобса сочетать художественные эксперименты с технологическими. «Ребята из Силиконовой долины не особенно уважают голливудских художников, и наоборот — в Голливуде считают, что нанимать технарей, конечно, надо, но не снисходить же до общения с ними, — позднее рассказывал Джобс. — А в Pixar уважали тех и других».

Поначалу предполагалось получать доход от аппаратного обеспечения. Pixar Image Computer стоил 125 тысяч долларов. Первыми клиентами были аниматоры и графические дизайнеры, а потом компьютером заинтересовались в медицинской промышленности (для трехмерного изображения данных компьютерной томографии) и в разведке (для передачи информации с самолетов-разведчиков и спутников). Ради такого клиента, как Агентство национальной безопасности, Джобсу пришлось выдержать проверку на благонадежность, и собеседования с ним наверняка развлекали агентов ФБР. По воспоминаниям одного из руководителей Pixar, однажды следователь задавал Джобсу стандартный набор вопросов о наркотиках, и тот отвечал честно и невозмутимо, например: «Последний раз я употреблял данное вещество тогда-то»— или же: нет, мол, вот именно этот конкретный наркотик еще ни разу не пробовал.

Джобс заставил Pixar сделать более дешевую версию компьютера стоимостью около 30 тысяч долларов. Он настоял, чтобы дизайном занимался Хартмут Эсслингер, несмотря на протесты Кэтмалла и Смита из-за его расценок. В итоге машина выглядела как оригинальный Pixar Image Computer — куб с круглым углублением посредине, но имела характерные для Эсслингера тонкие бороздки.

Джобс хотел выпустить компьютер Pixar на массовый рынок, поэтому он заставил компанию открыть офисы продаж в крупных городах, причем дизайн этих офисов утверждал лично. По его теории, творческие люди должны были вскоре разобраться, как много потенциала заложено в этом компьютере. «На мой взгляд, люди — это животные со способностью к творчеству, и они придумывают новые хитрые способы использования орудий труда, о которых и не подозревал изобретатель, — говорил он позже. — Я думал, это произойдет с компьютером Pixar так же, как уже было с Macintosh».

Однако компьютеры не пользовались успехом у рядового потребителя. Они слишком дорого стоили, и для них было написано не так уж много приложений.

Что касается программного обеспечения, то у Pixar была программа визуализации Reyes (что расшифровывалось как Renders Everything You Ever Saw, «визуализация всего, что ты когда-либо видел») для производства трехмерной графики и изображений. Когда Джобс стал председателем, компания создала новый язык и интерфейс, названный RenderMan, который, как надеялись, станет стандартом для визуализации трехмерной графики, как Adobe“s PostScript стал стандартом для печати документов.

С программным обеспечением Pixar Джобс тоже хотел выйти за пределы узкоспециализированного рынка. «Он так стремился к массовому рынку, — говорила Пэм Кервин, бывший директор по маркетингу Pixar. — Он мечтал, чтобы любой человек мог использовать RenderMan. Он то и дело фантазировал на совещаниях, как обычные люди будут с помощью нашей программы делать трехмерные графики и фотореалистичные изображения». Технические специалисты пытались разубедить его, напоминая, что программа RenderMan сложнее в обращении, чем, к примеру, Excel или Adobe Illustrator. Тогда Джобс подходил к доске и объяснял, как сделать программу проще и удобнее для пользователя. «Мы только кивали в полном восторге и соглашались: да, да, это будет отлично! — вспоминала Кервин. — А потом, когда он уходил, мы одумывались: что это за фигню он придумал! Он так завораживал своим обаянием, что после разговора с ним приходилось буквально раскодироваться». Как выяснилось, рядового потребителя не прельщало дорогое программное обеспечение для синтеза фотореалистичных изображений. RenderMan не имел успеха.

Тем не менее нашлась одна компания, весьма заинтересованная в автоматическом процессе визуализации рисунков аниматоров для цветных изображений на пленке. После того как Рой Дисней устроил революционный переворот в совете директоров компании, основанной его дядей Уолтом Диснеем, новый генеральный директор Майкл Эйснер спросил, в какой же роли он себя видит. Дисней ответил, что хотел бы оживить славный, но угасающий департамент анимации. Первым делом он принялся искать возможности для компьютеризации процесса, и Pixar выиграла контракт. Она создала на заказ блок аппаратного и программного обеспечения, который получил название CAPS — Computer Animation Production System, «система производства компьютерной анимации». Эту систему впервые применили в 1988 году для финальной сцены «Русалочки», где король Тритон прощается с Ариэль. Когда CAPS стала неотъемлемой частью производства, Дисней закупил десятки компьютеров Pixar.

Анимация

Цифровая анимация в Pixar изначально была побочным продуктом и служила для эффектной демонстрации возможностей аппаратного и программного обеспечения. Группу, производившую короткометражные мультики, возглавлял Джон Лассетер, человек с лицом и манерами херувима, за которыми скрывался художественный перфекционизм, не уступающий одержимости Джобса. Лассетер родился в Голливуде и с детства обожал мультипликационные телепрограммы, которые показывали в субботу утром. В девятом классе он написал сочинение по книге «Искусство анимации», где излагалась история студии Disney, и понял, чему хочет посвятить жизнь.

Окончив среднюю школу, он записался на курс анимации в Калифорнийском институте искусств, основанном Уолтом Диснеем. Летом и в свободное время Лассетер изучал архивы студии и работал гидом тура «Путешествие по джунглям» в Диснейленде. Именно эта работа научила его рассчитывать время и ритм повествования — важный, но трудный для освоения навык, необходимый при покадровом создании мультфильма. Еще в начале обучения Лассетер выиграл Студенческую премию Американской киноакадемии за короткометражный мультфильм «Леди и лампа» (Lady and the Lamp), в котором он и отдал дань уважения диснеевским фильмам, в частности «Леди и бродяге» (Lady and the Tramp), как видно из переклички названий, и проявил свой уникальный талант — наделять человеческими качествами неодушевленные предметы вроде лампы. Окончив курс, он устроился на работу, казалось бы предназначенную ему судьбой, — стал аниматором на студии Disney.

Однако это обернулось неудачей. «Мы, молодые, хотели вывести анимацию на качественный уровень „Звездных войн“, но нас поставили на место, — вспоминал Лассетер. — Мои иллюзии рассеялись, когда я попал между двух враждующих начальников и глава отдела анимационных фильмов уволил меня». Поэтому в 1984 году Эд Кэтмалл и Элви Рэй Смит смогли завербовать его в компанию, которая таки поднялась до уровня «Звездных войн», — на Lucasfilm. Правда, Лукас в ту пору уже беспокоился из-за расходов на компьютерный департамент и вряд ли согласился бы взять аниматора на полную ставку. Поэтому Лассетеру дали должность «дизайнер интерфейса».

Когда появился Джобс, они с Лассетером сошлись на почве увлеченности графическим дизайном. «Я был единственным художником в Pixar, и мы нашли общий язык благодаря его дизайнерскому чутью», — говорит Лассетер. Он был душа-человек — общительный и веселый, носил пестрые гавайские рубашки, любил чизбургеры, а его кабинет был забит старомодными игрушками. Нервный и тощий, как жердь, вегетарианец Джобс предпочитал строгую спартанскую обстановку. Тем не менее они прекрасно ладили. Лассетер, будучи художником, попадал в «правильную» категорию в глазах Джобса, делившего людей на героев и идиотов. Джобс относился к нему с уважением и искренне восхищался его талантом. А Лассетер справедливо считал Джобса покровителем, который ценит художественный профессионализм и умеет связать его с технологией и коммерцией.

Джобс и Кэтмалл решили, что неплохо бы Лассетеру сделать еще один короткий мультфильм для демонстрации возможностей их аппаратного и программного обеспечения. Они хотели показать его в 1986 году на главной ежегодной конференции по компьютерной графике SIGGRAPH, где двумя годами раньше с большим успехом был представлен мультфильм «Приключения Андре и пчелки Уолли». В то время Лассетер использовал в качестве модели для графической визуализации лампу фирмы Luxo, стоявшую на его рабочем столе. Поэтому он решил оживить ее для мультфильма. Маленький ребенок друга натолкнул его на мысль добавить лампу-малыша. Когда он показал тестовые кадры другому аниматору, тот посоветовал сделать историю. Лассетер ответил, что это демонстрация всего на пару минут, но аниматор напомнил ему, что историю можно рассказать и за несколько секунд. Лассетер крепко запомнил эти слова. «Люксо-младший» продолжается чуть больше двух минут и рассказывает, как две лампы — взрослая и маленькая — перекидывают друг другу мячик, пока малыш, к своему огорчению, не сдувает его.

Джобс пришел в восторг и даже оставил напряженную работу в NeXT, чтобы слетать с Лассетером на SIGGRAPH, проходившую в августе в Далласе. «Было жарко и влажно. Когда мы вышли из самолета, душный зной ударил в лицо, как теннисная ракетка», — вспоминает Лассетер. На конференции собралось 10 тысяч человек, и Джобс был очень доволен. Его вдохновляла творческая активность людей, особенно когда она сопрягалась с технологией.

В зал, где показывали фильмы, стояла большая очередь, но ждать было не в характере Джобса, и они быстро пробились вперед. «Люксо-младший» заслужил долгую овацию и был назван лучшим фильмом. «Ох! — воскликнул в конце Джобс. — Я все теперь понял!» Впоследствии он объяснял: «Только в нашем фильме присутствовало искусство, а не одна технология. Pixar объединяла их, в точности как Macintosh».

«Люксо-младший» был номинирован на «Оскар», и Джобс прилетел на церемонию в Лос-Анджелес. Их мультфильм не выиграл, но Джобс твердо решил делать по мультфильму в год, хотя для этого не было коммерческого обоснования. Когда для Pixar настали трудные времена, Джобс на совещаниях безжалостно урезал бюджет. А потом Лассетер просил сэкономленные деньги для своего нового фильма, и Джобс их отдавал.

Оловянная игрушка

Не все отношения Джобса в Pixar складывались хорошо. Самый острый конфликт у него разгорелся с Элви Рэем Смитом, который, как и Кэтмалл, был соучредителем. Смит, специалист по компьютерным изображениям, родился в провинциальной баптистской семье на севере Техаса и вырос свободолюбивым хиппи. Веселый здоровяк, порой весьма эгоцентричный, он был заметной личностью. «Элви прямо весь светился, такой яркий, дружелюбный, на совещаниях его вечно окружала стайка восторженных девиц, — рассказывала Пэм Кервин. — Такой человек, конечно, раздражал Стива. Обоих переполняли новые идеи, неуемная энергия и раздутое самомнение. Причем Элви, в отличие от Эда, не был расположен сидеть смирно и пропускать мимо ушей то, что ему не нравится».

Смит считал Джобса эгоистом, злоупотреблявшим своим обаянием. «Он типичный телепроповедник, — говорит Смит. — Хочет контролировать всех вокруг, но я не собирался быть его рабом, поэтому мы и разругались. У Эда гораздо лучше получалось плыть по течению». Порой на совещаниях Джобс демонстрировал свое превосходство, заявляя что-то заведомо ложное или эпатажное. Смиту доставляло удовольствие с деланно наивной ухмылкой подлавливать его на ошибках. Что отнюдь не радовало Джобса.

Однажды на заседании совета Джобс отчитывал Смита и других руководителей Pixar за задержку в завершении печатной платы для новой версии Pixar Image Computer. В это же время и NeXT сильно опаздывала с завершением платы для собственного компьютера, на что Смит ему и указал: «Эй, да ты еще больше опаздываешь с платой для NeXT, так что нечего на нас нападать». Джобс взбесился, по выражению Смита, «совершенно сошел с рельсов». В пылу споров у Смита прорезывался его юго-западный акцент. И Джобс стал его пародировать в своей саркастической манере. «Это было просто издевательство, и я взорвался, — вспоминал Смит. — Сам не знаю, как это произошло, но через секунду мы уже стояли лицом к лицу и орали друг на друга».

На совещаниях Джобс никого не подпускал к доске, поэтому здоровяк Смит оттолкнул его и принялся что-то писать на ней. «Не смей!» — закричал Джобс. «Что? — бросил в ответ Смит. — Нельзя писать на твоей доске? Да пошел ты!» Тут Джобс выскочил из комнаты.

Впоследствии Смит уволился, чтобы организовать новую компанию по производству программного обеспечения для цифрового рисования и обработки изображений. Джобс запретил ему использование некоторых кодов, созданных им за время работы в Pixar, что еще сильнее обострило их вражду. «В конце концов Элви получил то, что ему было нужно, — рассказывал Кэтмалл, — но он был в стрессовом состоянии целый год и заработал легочную инфекцию». В результате все кончилось хорошо: фирму Смита купила Microsoft, а ему самому достались лавры основателя двух компаний, одну из которых он продал Джобсу, а другую — Гейтсу.

Джобс и в лучшие времена был раздражительным, что уж говорить о той поре, когда стало очевидно, что по всем трем направлениям — анимация, аппаратное и программное обеспечение — Pixar терпит сплошные убытки. «Мне представляли планы, и приходилось снова и снова вкладывать деньги», — рассказывал Джобс. Он бранился, но выписывал чек. Учитывая изгнание из Apple и отчаянную ситуацию в NeXT, он не мог позволить себе третьего промаха.

Чтобы снизить затраты, он провел основательное сокращение штата, отмеченное его типичным «синдромом дефицита эмпатии». По словам Пэм Кервин, он «не пытался вести себя порядочно с людьми, которых увольнял, оказывая им эмоциональную или финансовую поддержку». Джобс настаивал на безотлагательных увольнениях безо всяких компенсаций. Кервин повела его прогуляться вокруг парковки и умоляла хотя бы уведомлять сотрудников за две недели до увольнения. «Не вопрос, — отозвался он. — Уведомление датируем задним числом, оно вступает в силу две недели назад». Кэтмалл был тогда в Москве, и Кервин позвонила ему уже в полном отчаянии. Вернувшись, он сумел снизить количество увольнений и немного утихомирить страсти.

Однажды аниматоры Pixar пытались добиться от Intel заказа на рекламу, и у Джобса лопнуло терпение. Во время очередного совещания, ругая на чем свет стоит директора по маркетингу Intel, он схватил телефон и позвонил напрямую генеральному директору Intel Энди Гроуву. Гроув по-прежнему чувствовал себя наставником и решил проучить Джобса: он ответил, что согласен с представителем своей компании. «Я поддержал своего сотрудника, — вспоминал он, — а Стиву не понравилось, что с ним обращаются как с поставщиком».

Pixar сумела разработать мощные программные продукты для среднего потребителя — или, по крайней мере, для среднего потребителя, разделяющего страсть Джобса к дизайну. Он по-прежнему надеялся, что возможность создавать дома предельно реалистичные трехмерные образы станет частью моды на издательские системы. К примеру, программа Showplace позволяла менять светотень на трехмерных объектах, так что их можно было рассмотреть под любым углом с правильной тенью. Джобсу казалось, что это невероятно круто, но большинство пользователей вполне могли без этого обойтись. В данном случае чрезмерная увлеченность сбила его с толку: в программе было множество занятных функций, и потому ей не хватало простоты, к которой обычно стремился Джобс. Pixar не могла соревноваться с Adobe, выпускавшей программы не столь изощренные, зато куда более удобные и дешевые.

Даже когда Pixar потерпела неудачу как производитель аппаратного и программного обеспечения, Джобс продолжал защищать анимационную группу. Она стала для него волшебным островком художественного мастерства, который дарил ему истинное наслаждение. Поэтому он лелеял аниматоров и верил в них. К весне 1988 года с деньгами стало так туго, что Джобс провел болезненное совещание, на котором объявил о жестком сокращении расходов. Когда все разошлись, Лассетер и его команда еле собрались с духом, чтобы попросить у Джобса дополнительных средств на новый короткометражный мультфильм. Наконец они изложили проблему — Джобс скептически молчал. Проект требовал еще около 300 тысяч долларов из его кармана. Через пару минут он спросил, есть ли у них сценарий. Они с Кэтмаллом спустились вниз к аниматорам, и Лассетер начал представление: он показывал раскадровку, изображал разные голоса, и было понятно, как он любит свое детище. Джобс смягчался на глазах. Это была история на излюбленную тему Лассетера — классические игрушки. Главный герой, игрушечный человек-оркестр по имени Тинни, встречается с маленьким ребенком, который его очаровывает и в то же время пугает. Тинни прячется под кровать и видит там другие перепуганные игрушки. Но потом ребенок падает и плачет от боли, и Тинни выходит, чтобы его утешить.

Джобс пообещал денег. «Я верил в то, что делает Джон, — говорил он потом. — Это было искусство. Ему это было важно, и мне тоже. Я не мог ему отказать». Презентацию Лассетера он прокомментировал лаконично: «Все, о чем я прошу тебя, Джон, — сделай отличный фильм».

«Оловянная игрушка» получила «Оскара» как лучший короткометражный анимационный фильм, и она стала первым компьютерным мультфильмом, удостоенным этой премии. Чтобы отпраздновать такое событие, Джобс пригласил Лассетера и его команду в вегетарианский ресторан Greens в Сан-Франциско. Лассетер взял статуэтку, стоявшую в центре стола, и, подняв ее вместо бокала, сказал Джобсу: «Все, о чем ты нас просил, — сделать отличный фильм».

Новые руководители студии Disney — генеральный директор Майкл Эйснер и руководитель отдела фильмов Джеффри Катценберг — пытались переманить Лассетера обратно к себе. Им понравилась «Оловянная игрушка», и они решили, что надо развивать анимационные истории про ожившие игрушки с человеческими эмоциями. Но Лассетер был благодарен Джобсу за поддержку и веру в него и считал, что только в Pixar он может создавать новый мир компьютерной анимации. Он сказал Кэтмаллу: «Я могу пойти в Disney и стать режиссером, а могу остаться здесь и делать историю». Тогда Disney начала переговоры о производственном соглашении с Pixar. «Короткометражки Лассетера были новаторскими и по содержанию, и по использованию технологии, — вспоминал Катценберг. — Я очень старался заполучить его для Disney, но он был верен Стиву и Pixar. Ну, если не можешь победить, заключай союз. Мы решили попробовать объединиться с Pixar, чтобы они сделали для нас фильм про игрушки».

На тот момент Джобс вложил в Pixar примерно 50 миллионов, больше половины того, что он получил от продажи акций Apple, и вдобавок он все еще терял деньги в NeXT. Но он был упрям. В 1991 году он поставил условие всем сотрудникам Pixar: если он снова вкладывает личные средства, они отказываются от опционов. И он был по-прежнему влюблен в идею союза творчества и технологии. Пусть Джобс ошибся, полагая, что рядовые потребители увлекутся трехмерным моделированием на программном обеспечении Pixar. Зато другое его предчувствие оказалось пророческим: объединение художественного мастерства и цифровой технологии стало первой настоящей революцией в индустрии мультипликационных фильмов после рождения диснеевской «Белоснежки» в 1937 году.

Оглядываясь назад, Джобс говорил, что, знай он больше, сразу принялся бы развивать анимационное направление, вместо того чтобы возиться с продажей аппаратного и программного обеспечения. С другой стороны, если бы его заранее предупредили, что компьютеры и программы не будут приносить прибыли, он вряд ли вообще купил бы Pixar. «Жизнь словно обманом втянула меня в это — и, пожалуй, правильно сделала».

Компьютерное подразделение Lucasfilm

Летом 1985 года, когда его позиция в Apple уже сильно пошатнулась, Джобс как-то прогуливался с Аланом Кэем из Xerox PARC, который к тому времени получил звание почетного сотрудника Apple. Кэй знал, что Джобса интересует сочетание творчества с технологией, поэтому предложил навестить своего приятеля Эда Кэтмалла, начальника компьютерного подразделения киностудии Джорджа Лукаса. Взяв напрокат лимузин, они поехали на принадлежащее Лукасу ранчо Скайуокер в округе Марин, где располагалось и небольшое компьютерное подразделение Кэтмалла. «Я был потрясен и, вернувшись, убеждал Скалли купить это подразделение для Apple, — вспоминал Джобс. — Но руководство Apple не проявило ни малейшего интереса, главной их задачей было выгнать меня».

Компьютерное подразделение студии Lucasfilm действовало в двух направлениях: во-первых, там разрабатывался под заказчика компьютер, способный оцифровывать отснятый материал и добавлять к нему удивительные спецэффекты; во-вторых, группа компьютерной анимации выпускала короткометражные мультфильмы, такие как «Приключения Андре и пчелки Уолли». Мультфильм был впервые показан в 1984 году и прославил режиссера Джона Лассетера. На тот момент Джордж Лукас закончил первую трилогию «Звездных войн» и по уши увяз в скандальном разводе, поэтому ему требовалось срочно продать подразделение. Он велел Кэтмаллу как можно скорее найти покупателя.

Когда осенью 1985 года сорвалось несколько наметившихся сделок, основатели подразделения Кэтмалл и Элви Рэй Смит решили поискать инвесторов, чтобы выкупить его самим. Они позвонили Джобсу, договорились о встрече и приехали в его вудсайдский особняк. Пожаловавшись на вероломство и идиотизм Скалли, Джобс сразу предложил купить подразделение. Кэтмалл и Смит не спешили соглашаться. Им-то нужен был теперь инвестор, а не новый владелец. Но вскоре нашелся компромисс: Джобс выкупит большую часть подразделения, станет председателем, но руководство останется за Кэтмаллом и Смитом.

«Я хотел купить подразделение, потому что был увечен компьютерной графикой, — вспоминал позднее Джобс. — Увидев компьютерщиков из Lucasfilm, я сразу понял, что эти люди как никто другой умеют сочетать искусство и технологию, а меня это всегда очень интересовало». Джобс предчувствовал, что через несколько лет компьютеры станут в сотни раз более мощными, и верил, что это повлечет за собой неслыханный прогресс в мультипликации и реалистичной трехмерной графике. «Задачи, которые ставило перед собой подразделение Лукаса, требовали огромных вычислительных мощностей, и я понял, что время на их стороне. Мне нравился этот вектор развития».

Джобс предложил выплатить Лукасу 5 миллионов долларов и вложить еще 5 миллионов, чтобы превратить подразделение в независимую компанию. Это было гораздо меньше, чем хотел Лукас, но время поджимало. Они решили обсудить условия сделки. Финансовый директор Lucasfilm считал Джобса высокомерным и капризным, поэтому, когда подошло время переговоров, он сказал Кэтмаллу, что следует «продемонстрировать правильную иерархию». Он придумал план: все участники, включая Джобса, соберутся в назначенное время, а через несколько минут войдет он и начнет совещание. «Но вышла странная штука, — вспоминает Кэтмалл, — Стив сам начал совещание вовремя, не дожидаясь финдиректора, и когда тот объявился, Стив уже захватил инициативу».

Джобс лишь однажды встретился с Джорджем Лукасом, который предупредил его, что сотрудники подразделения больше увлечены анимацией, чем созданием компьютеров. «Учти, они одержимы мультиками», — сказал Лукас. Позднее он вспоминал: «Я предупредил его о наклонностях Эда и Джона. Но мне кажется, он потому и купил компанию — чувствовал в глубине души, что их замыслы совпадают».

Окончательное соглашение было достигнуто в январе 1986 года. За свое 10-миллионное вложение Джобс получал 70 % компании, а остальные акции распределялись между Эдом Кэтмаллом, Элви Рэем Смитом и 38 другими сотрудниками-учредителями, вплоть до секретаря в приемной. Главное аппаратное обеспечение подразделения называлось Pixar Image Computer, отсюда и название компании. Последний спор был о месте подписания договора: Джобс хотел встретиться в своем офисе в NeXT, а Лукас — на ранчо Скайуокер. В результате выбрали юридическую контору в Сан-Франциско.

Некоторое время Джобс почти не вмешивался в дела Кэтмалла и Смита. Примерно раз в месяц они собирались на совещание, обычно в головном офисе NeXT, и Джобс интересовался в основном финансами и стратегией развития. Однако его врожденная страсть к контролю взяла свое, и вскоре Джобс отвел себе более значительную роль, гораздо более значительную, чем поначалу надеялись Кэтмалл и Смит. У него бесконечно рождались идеи — то разумные, то вздорные — о возможной судьбе аппаратного и программного обеспечения Pixar. Время от времени наведываясь в Pixar, он вдохновлял коллектив своими речами. «Я рос в баптистской общине и помню религиозные собрания с харизматичными, но нечистоплотными проповедниками, — рассказывал Элви Рэй Смит. — Стив точно так же умел работать языком, сплетая паутину слов, из которой трудно выпутаться. Мы это прекрасно понимали и придумали определенные сигналы — почесать нос или подергать себя за ухо, если на совещании кто-то попадал в поле искажения реальности и его требовалось вытащить обратно».

Джобс высоко ценил умелое совмещение аппаратного и программного обеспечения, и именно этого достигла Pixar со своим Image Computer и программами визуализации. Мало того, Pixar добавила и третий компонент: она производила отличное содержание — анимационные фильмы и графику. Все три элемента совершенствовались благодаря способности Джобса сочетать художественные эксперименты с технологическими. «Ребята из Силиконовой долины не особенно уважают голливудских художников, и наоборот — в Голливуде считают, что нанимать технарей, конечно, надо, но не снисходить же до общения с ними, — позднее рассказывал Джобс. — А в Pixar уважали тех и других».

Поначалу предполагалось получать доход от аппаратного обеспечения. Pixar Image Computer стоил 125 тысяч долларов. Первыми клиентами были аниматоры и графические дизайнеры, а потом компьютером заинтересовались в медицинской промышленности (для трехмерного изображения данных компьютерной томографии) и в разведке (для передачи информации с самолетов-разведчиков и спутников). Ради такого клиента, как Агентство национальной безопасности, Джобсу пришлось выдержать проверку на благонадежность, и собеседования с ним наверняка развлекали агентов ФБР. По воспоминаниям одного из руководителей Pixar, однажды следователь задавал Джобсу стандартный набор вопросов о наркотиках, и тот отвечал честно и невозмутимо, например: «Последний раз я употреблял данное вещество тогда-то»— или же: нет, мол, вот именно этот конкретный наркотик еще ни разу не пробовал.

Джобс заставил Pixar сделать более дешевую версию компьютера стоимостью около 30 тысяч долларов. Он настоял, чтобы дизайном занимался Хартмут Эсслингер, несмотря на протесты Кэтмалла и Смита из-за его расценок. В итоге машина выглядела как оригинальный Pixar Image Computer — куб с круглым углублением посредине, но имела характерные для Эсслингера тонкие бороздки.

Джобс хотел выпустить компьютер Pixar на массовый рынок, поэтому он заставил компанию открыть офисы продаж в крупных городах, причем дизайн этих офисов утверждал лично. По его теории, творческие люди должны были вскоре разобраться, как много потенциала заложено в этом компьютере. «На мой взгляд, люди — это животные со способностью к творчеству, и они придумывают новые хитрые способы использования орудий труда, о которых и не подозревал изобретатель, — говорил он позже. — Я думал, это произойдет с компьютером Pixar так же, как уже было с Macintosh».

Однако компьютеры не пользовались успехом у рядового потребителя. Они слишком дорого стоили, и для них было написано не так уж много приложений.

Что касается программного обеспечения, то у Pixar была программа визуализации Reyes (что расшифровывалось как Renders Everything You Ever Saw, «визуализация всего, что ты когда-либо видел») для производства трехмерной графики и изображений. Когда Джобс стал председателем, компания создала новый язык и интерфейс, названный RenderMan, который, как надеялись, станет стандартом для визуализации трехмерной графики, как Adobe“s PostScript стал стандартом для печати документов.

С программным обеспечением Pixar Джобс тоже хотел выйти за пределы узкоспециализированного рынка. «Он так стремился к массовому рынку, — говорила Пэм Кервин, бывший директор по маркетингу Pixar. — Он мечтал, чтобы любой человек мог использовать RenderMan. Он то и дело фантазировал на совещаниях, как обычные люди будут с помощью нашей программы делать трехмерные графики и фотореалистичные изображения». Технические специалисты пытались разубедить его, напоминая, что программа RenderMan сложнее в обращении, чем, к примеру, Excel или Adobe Illustrator. Тогда Джобс подходил к доске и объяснял, как сделать программу проще и удобнее для пользователя. «Мы только кивали в полном восторге и соглашались: да, да, это будет отлично! — вспоминала Кервин. — А потом, когда он уходил, мы одумывались: что это за фигню он придумал! Он так завораживал своим обаянием, что после разговора с ним приходилось буквально раскодироваться». Как выяснилось, рядового потребителя не прельщало дорогое программное обеспечение для синтеза фотореалистичных изображений. RenderMan не имел успеха.

Тем не менее нашлась одна компания, весьма заинтересованная в автоматическом процессе визуализации рисунков аниматоров для цветных изображений на пленке. После того как Рой Дисней устроил революционный переворот в совете директоров компании, основанной его дядей Уолтом Диснеем, новый генеральный директор Майкл Эйснер спросил, в какой же роли он себя видит. Дисней ответил, что хотел бы оживить славный, но угасающий департамент анимации. Первым делом он принялся искать возможности для компьютеризации процесса, и Pixar выиграла контракт. Она создала на заказ блок аппаратного и программного обеспечения, который получил название CAPS — Computer Animation Production System, «система производства компьютерной анимации». Эту систему впервые применили в 1988 году для финальной сцены «Русалочки», где король Тритон прощается с Ариэль. Когда CAPS стала неотъемлемой частью производства, Дисней закупил десятки компьютеров Pixar.

Анимация

Цифровая анимация в Pixar изначально была побочным продуктом и служила для эффектной демонстрации возможностей аппаратного и программного обеспечения. Группу, производившую короткометражные мультики, возглавлял Джон Лассетер, человек с лицом и манерами херувима, за которыми скрывался художественный перфекционизм, не уступающий одержимости Джобса. Лассетер родился в Голливуде и с детства обожал мультипликационные телепрограммы, которые показывали в субботу утром. В девятом классе он написал сочинение по книге «Искусство анимации», где излагалась история студии Disney, и понял, чему хочет посвятить жизнь.

Окончив среднюю школу, он записался на курс анимации в Калифорнийском институте искусств, основанном Уолтом Диснеем. Летом и в свободное время Лассетер изучал архивы студии и работал гидом тура «Путешествие по джунглям» в Диснейленде. Именно эта работа научила его рассчитывать время и ритм повествования — важный, но трудный для освоения навык, необходимый при покадровом создании мультфильма. Еще в начале обучения Лассетер выиграл Студенческую премию Американской киноакадемии за короткометражный мультфильм «Леди и лампа» (Lady and the Lamp), в котором он и отдал дань уважения диснеевским фильмам, в частности «Леди и бродяге» (Lady and the Tramp), как видно из переклички названий, и проявил свой уникальный талант — наделять человеческими качествами неодушевленные предметы вроде лампы. Окончив курс, он устроился на работу, казалось бы предназначенную ему судьбой, — стал аниматором на студии Disney.

Однако это обернулось неудачей. «Мы, молодые, хотели вывести анимацию на качественный уровень „Звездных войн“, но нас поставили на место, — вспоминал Лассетер. — Мои иллюзии рассеялись, когда я попал между двух враждующих начальников и глава отдела анимационных фильмов уволил меня». Поэтому в 1984 году Эд Кэтмалл и Элви Рэй Смит смогли завербовать его в компанию, которая таки поднялась до уровня «Звездных войн», — на Lucasfilm. Правда, Лукас в ту пору уже беспокоился из-за расходов на компьютерный департамент и вряд ли согласился бы взять аниматора на полную ставку. Поэтому Лассетеру дали должность «дизайнер интерфейса».

Когда появился Джобс, они с Лассетером сошлись на почве увлеченности графическим дизайном. «Я был единственным художником в Pixar, и мы нашли общий язык благодаря его дизайнерскому чутью», — говорит Лассетер. Он был душа-человек — общительный и веселый, носил пестрые гавайские рубашки, любил чизбургеры, а его кабинет был забит старомодными игрушками. Нервный и тощий, как жердь, вегетарианец Джобс предпочитал строгую спартанскую обстановку. Тем не менее они прекрасно ладили. Лассетер, будучи художником, попадал в «правильную» категорию в глазах Джобса, делившего людей на героев и идиотов. Джобс относился к нему с уважением и искренне восхищался его талантом. А Лассетер справедливо считал Джобса покровителем, который ценит художественный профессионализм и умеет связать его с технологией и коммерцией.

Джобс и Кэтмалл решили, что неплохо бы Лассетеру сделать еще один короткий мультфильм для демонстрации возможностей их аппаратного и программного обеспечения. Они хотели показать его в 1986 году на главной ежегодной конференции по компьютерной графике SIGGRAPH, где двумя годами раньше с большим успехом был представлен мультфильм «Приключения Андре и пчелки Уолли». В то время Лассетер использовал в качестве модели для графической визуализации лампу фирмы Luxo, стоявшую на его рабочем столе. Поэтому он решил оживить ее для мультфильма. Маленький ребенок друга натолкнул его на мысль добавить лампу-малыша. Когда он показал тестовые кадры другому аниматору, тот посоветовал сделать историю. Лассетер ответил, что это демонстрация всего на пару минут, но аниматор напомнил ему, что историю можно рассказать и за несколько секунд. Лассетер крепко запомнил эти слова. «Люксо-младший» продолжается чуть больше двух минут и рассказывает, как две лампы — взрослая и маленькая — перекидывают друг другу мячик, пока малыш, к своему огорчению, не сдувает его.

Джобс пришел в восторг и даже оставил напряженную работу в NeXT, чтобы слетать с Лассетером на SIGGRAPH, проходившую в августе в Далласе. «Было жарко и влажно. Когда мы вышли из самолета, душный зной ударил в лицо, как теннисная ракетка», — вспоминает Лассетер. На конференции собралось 10 тысяч человек, и Джобс был очень доволен. Его вдохновляла творческая активность людей, особенно когда она сопрягалась с технологией.

В зал, где показывали фильмы, стояла большая очередь, но ждать было не в характере Джобса, и они быстро пробились вперед. «Люксо-младший» заслужил долгую овацию и был назван лучшим фильмом. «Ох! — воскликнул в конце Джобс. — Я все теперь понял!» Впоследствии он объяснял: «Только в нашем фильме присутствовало искусство, а не одна технология. Pixar объединяла их, в точности как Macintosh».

«Люксо-младший» был номинирован на «Оскар», и Джобс прилетел на церемонию в Лос-Анджелес. Их мультфильм не выиграл, но Джобс твердо решил делать по мультфильму в год, хотя для этого не было коммерческого обоснования. Когда для Pixar настали трудные времена, Джобс на совещаниях безжалостно урезал бюджет. А потом Лассетер просил сэкономленные деньги для своего нового фильма, и Джобс их отдавал.

Оловянная игрушка

Не все отношения Джобса в Pixar складывались хорошо. Самый острый конфликт у него разгорелся с Элви Рэем Смитом, который, как и Кэтмалл, был соучредителем. Смит, специалист по компьютерным изображениям, родился в провинциальной баптистской семье на севере Техаса и вырос свободолюбивым хиппи. Веселый здоровяк, порой весьма эгоцентричный, он был заметной личностью. «Элви прямо весь светился, такой яркий, дружелюбный, на совещаниях его вечно окружала стайка восторженных девиц, — рассказывала Пэм Кервин. — Такой человек, конечно, раздражал Стива. Обоих переполняли новые идеи, неуемная энергия и раздутое самомнение. Причем Элви, в отличие от Эда, не был расположен сидеть смирно и пропускать мимо ушей то, что ему не нравится».

Смит считал Джобса эгоистом, злоупотреблявшим своим обаянием. «Он типичный телепроповедник, — говорит Смит. — Хочет контролировать всех вокруг, но я не собирался быть его рабом, поэтому мы и разругались. У Эда гораздо лучше получалось плыть по течению». Порой на совещаниях Джобс демонстрировал свое превосходство, заявляя что-то заведомо ложное или эпатажное. Смиту доставляло удовольствие с деланно наивной ухмылкой подлавливать его на ошибках. Что отнюдь не радовало Джобса.

Однажды на заседании совета Джобс отчитывал Смита и других руководителей Pixar за задержку в завершении печатной платы для новой версии Pixar Image Computer. В это же время и NeXT сильно опаздывала с завершением платы для собственного компьютера, на что Смит ему и указал: «Эй, да ты еще больше опаздываешь с платой для NeXT, так что нечего на нас нападать». Джобс взбесился, по выражению Смита, «совершенно сошел с рельсов». В пылу споров у Смита прорезывался его юго-западный акцент. И Джобс стал его пародировать в своей саркастической манере. «Это было просто издевательство, и я взорвался, — вспоминал Смит. — Сам не знаю, как это произошло, но через секунду мы уже стояли лицом к лицу и орали друг на друга».

На совещаниях Джобс никого не подпускал к доске, поэтому здоровяк Смит оттолкнул его и принялся что-то писать на ней. «Не смей!» — закричал Джобс. «Что? — бросил в ответ Смит. — Нельзя писать на твоей доске? Да пошел ты!» Тут Джобс выскочил из комнаты.

Впоследствии Смит уволился, чтобы организовать новую компанию по производству программного обеспечения для цифрового рисования и обработки изображений. Джобс запретил ему использование некоторых кодов, созданных им за время работы в Pixar, что еще сильнее обострило их вражду. «В конце концов Элви получил то, что ему было нужно, — рассказывал Кэтмалл, — но он был в стрессовом состоянии целый год и заработал легочную инфекцию». В результате все кончилось хорошо: фирму Смита купила Microsoft, а ему самому достались лавры основателя двух компаний, одну из которых он продал Джобсу, а другую — Гейтсу.

Джобс и в лучшие времена был раздражительным, что уж говорить о той поре, когда стало очевидно, что по всем трем направлениям — анимация, аппаратное и программное обеспечение — Pixar терпит сплошные убытки. «Мне представляли планы, и приходилось снова и снова вкладывать деньги», — рассказывал Джобс. Он бранился, но выписывал чек. Учитывая изгнание из Apple и отчаянную ситуацию в NeXT, он не мог позволить себе третьего промаха.

Чтобы снизить затраты, он провел основательное сокращение штата, отмеченное его типичным «синдромом дефицита эмпатии». По словам Пэм Кервин, он «не пытался вести себя порядочно с людьми, которых увольнял, оказывая им эмоциональную или финансовую поддержку». Джобс настаивал на безотлагательных увольнениях безо всяких компенсаций. Кервин повела его прогуляться вокруг парковки и умоляла хотя бы уведомлять сотрудников за две недели до увольнения. «Не вопрос, — отозвался он. — Уведомление датируем задним числом, оно вступает в силу две недели назад». Кэтмалл был тогда в Москве, и Кервин позвонила ему уже в полном отчаянии. Вернувшись, он сумел снизить количество увольнений и немного утихомирить страсти.

Однажды аниматоры Pixar пытались добиться от Intel заказа на рекламу, и у Джобса лопнуло терпение. Во время очередного совещания, ругая на чем свет стоит директора по маркетингу Intel, он схватил телефон и позвонил напрямую генеральному директору Intel Энди Гроуву. Гроув по-прежнему чувствовал себя наставником и решил проучить Джобса: он ответил, что согласен с представителем своей компании. «Я поддержал своего сотрудника, — вспоминал он, — а Стиву не понравилось, что с ним обращаются как с поставщиком».

Pixar сумела разработать мощные программные продукты для среднего потребителя — или, по крайней мере, для среднего потребителя, разделяющего страсть Джобса к дизайну. Он по-прежнему надеялся, что возможность создавать дома предельно реалистичные трехмерные образы станет частью моды на издательские системы. К примеру, программа Showplace позволяла менять светотень на трехмерных объектах, так что их можно было рассмотреть под любым углом с правильной тенью. Джобсу казалось, что это невероятно круто, но большинство пользователей вполне могли без этого обойтись. В данном случае чрезмерная увлеченность сбила его с толку: в программе было множество занятных функций, и потому ей не хватало простоты, к которой обычно стремился Джобс. Pixar не могла соревноваться с Adobe, выпускавшей программы не столь изощренные, зато куда более удобные и дешевые.

Даже когда Pixar потерпела неудачу как производитель аппаратного и программного обеспечения, Джобс продолжал защищать анимационную группу. Она стала для него волшебным островком художественного мастерства, который дарил ему истинное наслаждение. Поэтому он лелеял аниматоров и верил в них. К весне 1988 года с деньгами стало так туго, что Джобс провел болезненное совещание, на котором объявил о жестком сокращении расходов. Когда все разошлись, Лассетер и его команда еле собрались с духом, чтобы попросить у Джобса дополнительных средств на новый короткометражный мультфильм. Наконец они изложили проблему — Джобс скептически молчал. Проект требовал еще около 300 тысяч долларов из его кармана. Через пару минут он спросил, есть ли у них сценарий. Они с Кэтмаллом спустились вниз к аниматорам, и Лассетер начал представление: он показывал раскадровку, изображал разные голоса, и было понятно, как он любит свое детище. Джобс смягчался на глазах. Это была история на излюбленную тему Лассетера — классические игрушки. Главный герой, игрушечный человек-оркестр по имени Тинни, встречается с маленьким ребенком, который его очаровывает и в то же время пугает. Тинни прячется под кровать и видит там другие перепуганные игрушки. Но потом ребенок падает и плачет от боли, и Тинни выходит, чтобы его утешить.

Джобс пообещал денег. «Я верил в то, что делает Джон, — говорил он потом. — Это было искусство. Ему это было важно, и мне тоже. Я не мог ему отказать». Презентацию Лассетера он прокомментировал лаконично: «Все, о чем я прошу тебя, Джон, — сделай отличный фильм».

«Оловянная игрушка» получила «Оскара» как лучший короткометражный анимационный фильм, и она стала первым компьютерным мультфильмом, удостоенным этой премии. Чтобы отпраздновать такое событие, Джобс пригласил Лассетера и его команду в вегетарианский ресторан Greens в Сан-Франциско. Лассетер взял статуэтку, стоявшую в центре стола, и, подняв ее вместо бокала, сказал Джобсу: «Все, о чем ты нас просил, — сделать отличный фильм».

Новые руководители студии Disney — генеральный директор Майкл Эйснер и руководитель отдела фильмов Джеффри Катценберг — пытались переманить Лассетера обратно к себе. Им понравилась «Оловянная игрушка», и они решили, что надо развивать анимационные истории про ожившие игрушки с человеческими эмоциями. Но Лассетер был благодарен Джобсу за поддержку и веру в него и считал, что только в Pixar он может создавать новый мир компьютерной анимации. Он сказал Кэтмаллу: «Я могу пойти в Disney и стать режиссером, а могу остаться здесь и делать историю». Тогда Disney начала переговоры о производственном соглашении с Pixar. «Короткометражки Лассетера были новаторскими и по содержанию, и по использованию технологии, — вспоминал Катценберг. — Я очень старался заполучить его для Disney, но он был верен Стиву и Pixar. Ну, если не можешь победить, заключай союз. Мы решили попробовать объединиться с Pixar, чтобы они сделали для нас фильм про игрушки».

На тот момент Джобс вложил в Pixar примерно 50 миллионов, больше половины того, что он получил от продажи акций Apple, и вдобавок он все еще терял деньги в NeXT. Но он был упрям. В 1991 году он поставил условие всем сотрудникам Pixar: если он снова вкладывает личные средства, они отказываются от опционов. И он был по-прежнему влюблен в идею союза творчества и технологии. Пусть Джобс ошибся, полагая, что рядовые потребители увлекутся трехмерным моделированием на программном обеспечении Pixar. Зато другое его предчувствие оказалось пророческим: объединение художественного мастерства и цифровой технологии стало первой настоящей революцией в индустрии мультипликационных фильмов после рождения диснеевской «Белоснежки» в 1937 году.

Оглядываясь назад, Джобс говорил, что, знай он больше, сразу принялся бы развивать анимационное направление, вместо того чтобы возиться с продажей аппаратного и программного обеспечения. С другой стороны, если бы его заранее предупредили, что компьютеры и программы не будут приносить прибыли, он вряд ли вообще купил бы Pixar. «Жизнь словно обманом втянула меня в это — и, пожалуй, правильно сделала».